Чтение онлайн

– Добрый день, генерал, – просто начал Владимир Александрович. – Как у тебя дела?

– Все в порядке. Ты убрал своего следователя? – спросил Лукошин.

– Не получилось.

– Как это не получилось? – разозлился генерал-разведчик. – Прикажи, чтобы передал дело – и все.

– Начальник следственного отдела заартачился. Отказывается менять следователя. Ты его знаешь. Генерал Нефедов, маленького роста, помнишь, я вас на приеме знакомил?

– Может, он что-то заподозрил?

– Да нет, ничего. Просто настаивает, чтобы его следователь завершил уголовное дело. Он вообще всегда поддерживает своих следователей, не любит их менять.

– Смотри сам, Владимир Александрович. Группа «Рай» в твоем ведомстве. Всплывет что-нибудь наружу – и будет нехорошо.

Лукошин больше ничего не сказал, но другой генерал его понял.

– Не будет, – успокоил Лукошина его собеседник, – постараемся что-нибудь предпринять.

– Может, я пришлю своего специалиста? – спросил Лукошин.

– Ты думаешь, у меня плохие специалисты? – обиделся генерал из контрразведки.

– Вижу, какие специалисты, если этот майор остался жив, – пробормотал Лукошин, зная, что их разговор невозможно подслушать.

– Твои тоже один раз промазали. В Минске, – напомнил Владимир Александрович.

– Сами ошиблись – сами и исправили, – веско заявил Лукошин.

– Мы сделаем то же самое, – заключил разговор Владимир Александрович.

Он положил трубку. Две больших звезды на его погонах тускло блестели. Первый заместитель директора ФСК Владимир Александрович Миронов был еще очень молод. По старым традициям КГБ – недопустимо молод. Ему шел всего пятьдесят второй год. Всю свою жизнь он работал в системе КГБ – МНБ – ФСК. И каждая перетряска органов выбрасывала его наверх. Иногда помогал случай, иногда – нужные люди, с которыми он умел дружить. Теперь от его умелых шагов зависело, займет ли он в своей организации высший пост, или так и останется первым заместителем. Он вызвал секретаря.

– Полковника Фогельсона ко мне, срочно.

Знакомая Арчила оказалась немолодой женщиной лет шестидесяти. Правда, квартиру она содержала в идеальном порядке и без лишних разговоров предоставила каждому из гостей по комнате. Но спали они плохо, просыпаясь от любого постороннего звука. Квартира была расположена на втором этаже, и сюда долетали любые звуки с улицы.

Рано утром они покинули квартиру без сожаления, взяв с собой свои вещи. Сдав их в камеру хранения Киевского вокзала, они неспешно наметили план на этот день, завтракая в одной из многочисленных закусочных, расположенных у вокзала.

У банка «М» они появились около часа дня, когда Русаков, по их расчетам, должен был ехать домой на перерыв. К их удивлению, он вышел не один, а с женщиной, которую Дронго уже видел. Это была вторая женщина, заходившая в кабинет Русакова, – из бухгалтерии. Ей было лет тридцать пять – сорок. Дронго тогда обратил внимание на ее уверенную походку, умение держаться и красиво уложенные волосы.

Русаков и женщина сели в его «Крайслер» и поехали в сторону центра. Поймав такси, Дронго и Манучар отправились следом. У ресторана «Парадиз», прямо в центре города, «Крайслер» остановился, и двое его пассажиров прошли обедать в этот один из самых дорогих ресторанов города.

Дронго, взяв пистолет у Манучара, пошел за ними. Манучару он приказал оставаться у автомобиля. Русаков и понравившаяся Дронго женщина обедали в глубине маленького зала. Они не обращали никакого внимания на посетителя, пока он бесцеремонно не сел за их столик.

Разгневанный Русаков повернулся к нему и узнал Дронго.

– Вы? – спросил он, не зная, что сказать.

– Как ваши ребята себя чувствуют? – очень участливо спросил Дронго. – Все в порядке?

Русаков сделал какое-то нервное движение.

– Спокойно, – произнес Дронго, чуть показывая оружие под пиджаком. Плащ он оставил Манучару. – Одно лишнее движение – и я буду стрелять.

Русаков замер, не поднося вилку ко рту. Женщина с интересом посмотрела на Дронго.

– Неужели вправду будете стрелять? – спросила она.

– Обязательно, – улыбнулся он ей. – Вчера этот мерзавец сначала послал за нами одного громилу, а когда мы его убрали – еще двоих. Причем таких нахальных, что они чуть не задушили моего друга.

– Вы дали не свой паспорт, – переводя дыхание, произнес Русаков.

– Конечно, я же не настолько глуп, как вы.

– Что вам нужно? – спросил Русаков.

– Прежде всего чтобы вы вели себя спокойно. Даже если вам удастся сбежать отсюда от меня, на улице вас застрелят. Там стоят наши люди.

– Я же ничего не сказал, – попытался оправдаться Русаков. Дронго подозвал официанта.

– Счет, пожалуйста.

Официант удивленно посмотрел на обедавших.

– Разве вы платите наличными? – спросил он Русакова.

– Сегодня плачу я, – поспешил сказать Дронго. – Это мои гости.

– Сто сорок долларов, – пожал плечами официант.

– Возьмите двести. Сдачи не надо, спасибо, – улыбнулся еще раз Дронго. В конце концов, он тратил деньги Давида.

– Теперь очень медленно встаем, – приказал он обедавшим.

На улице их уже ждал Манучар. Увидев его, Русаков окончательно пал духом, поняв, что Дронго не блефовал.

За руль сел Манучар, рядом разместилась женщина. Сзади сели Русаков и Дронго.

– У вас есть телефон в автомобиле? – спросил Дронго. – Позвоните и скажите, что вы сегодня не будете.

– Это невозможно, – попытался возразить Русаков, весь покрывшийся бледными пятнами.

– Возможно, – уверенно сказал Дронго, – звоните.

Русаков дрожащими руками набрал номер.

– Сегодня я не буду, – заикаясь, сказал он, – да, не приеду.

Он вернул трубку Дронго.

– Выедем за город, Манучар, – предложил Дронго.

– Что вы собираетесь делать? – закричал Русаков.

– Просто поговорить с вами. Кстати, кто эта женщина? Вы нас не представили друг другу.

– Наша работница, – отрывисто произнес Русаков. – Татьяна Николаевна.

– Очень приятно, – наклонил голову Дронго.

– Мне тоже, – чуть улыбнулась женщина. Судя по всему, ее даже забавляла эта ситуация. Она совсем не боялась, и это все больше нравилось Дронго.

– Вы всегда обедаете только со своими работницами? – спросил он, сознавая, что вопрос звучит несколько двусмысленно. Но сейчас ему важно было расставить некоторые акценты.

– Не всегда, – отвернулся Русаков.

Женщина молчала.

– Зачем вы послали за нами наблюдение?

– Я не посылал.