Выбирай меня. Финальная
Шрифт:
Да и трудностями ли?
Набрала побольше воздуха в грудную клетку, взмахнула руками, т.е. крыльями – и чудо: она тоже взлетела!
А это, оказывается так здорово – лететь!
Поднялась высоко-высоко, дальше Люца забралась и бросила любопытный взгляд по сторонам. И от неожиданности едва не пошла кулем на землю: вокруг, прямо над небольшим оазисом зелени и особняком Люца, а теперь и её, простиралась бескрайняя пустошь. То пустыня, то неприступные скалы. От тоски и осознания, где она на самом деле находится такая боль сжала сердце в груди, что даже зажмурится пришлось на пару мгновений.
«Не расстраивайся, Огонёк! Пройдёт время и ты привыкнешь. Со временем забудешь свою Землю, и мой мир станет для тебя родным».
«Но я не хочу забывать Землю! Там мне было хорошо!»
«Давай не будем торопится с выводами? Согласись, что ещё совсем недавно ты и на грамм не помышляла оказаться здесь, а сегодня являешься женой одного из генералов Ада. Тем более, что ты была рождена именно для этой своей роли».
«Ты прав. Да и Пресветлая богиня это подтвердила. Хорошо – я соглашусь с тобой. Только пообещай мне не торопить? И давай уже полетаем?»
«Обещаю. Догоняй!» - тут же раздалось весёлое в ответ и василиск Люца набрал скорость.
Василиска Фимы за ним.
Летали они долго, всё дальше и дальше удаляясь от чудесного сада.
Постепенно глаза Фимы начали привыкать к безжизному пейзажу внизу. Да и вокруг – ни одной птички не встретилось.
И вдруг вдалеке показалась какая-то приметная точка. По мере приближения к ней она увеличивалась в размерах, превращаясь в уже знакомый Фиме Храм Пресветлой Богини.
А возле Храма было на удивление многолюдно.
«Странное творится. Давай спустимся и посмотрим?» - предложил Люц.
И получив согласие от супруги, пошёл на снижение. Василиска Фимы за ним.
Ещё пара мгновений – и вместо ящера снова Люц.
А василиска Фимы перетаптывается с лапы на лапу и заметно нервничает.
«Я не могу снова принять свой человеческий облик!»
«Да всё ты можешь! Просто представь своё собственное тело, так – словно сейчас смотришь на своё отражение в зеркало».
Люц снова оказался прав: чёткий образ в голове и вот Фима снова человек. Только в отличие него полностью обнажена.
– Не переживай, со временем научишься зачаровывать свою одежду. И тогда она вся будет оставаться целой. А пока возьми вот это, - Люц протянул супруге свёрток, в котором обнаружилась необходимая одежда: от нижнего белья и платья, до гребня для волос и заколки, включая даже обувь.
И пока Фима одевалась, заботливо укрыл её от любопытных взглядов пологом невидимости.
А уже полностью одетую и причёсанную Фиму сгрёб в охапку и наградил таким горячим поцелуем, что у той все мысли разбежались в разные стороны. Как и унего самого.
– Да хватит вам уже миловаться! – рядом раздался хорошо знакомый голос.
Пришлось разрывать поцелуй и оборачиваться к настырному Асмоду.
– И тебе долгих столетий жизни, - поприветствовал его Люц.
Фима тоже поздоровалась.
Потом дед поздравил её с обретением своей василиски, сделал супер-комплимент.
И только после всего этого сообщил:
– А вас не интересует, что здесь такого необычного происходит?
– Ещё как интересует! – тут же подхватила Фима, - расскажешь?
– Да всё просто: зато время, пока вы с Люцем свою медовую неделю праздновали, ваш Назарчик оказался зачислен на факультет к Светлым. И в первый же день своего там пребывания запечатлелся с дочерью Флавиана и Алёны. Нет, вы только представьте себе: василиск и гибрид дракона и Ангела! Страшно представить, кто родится от их брака! – дед театрально взялся за голову.
Люц какое-то время соображал, не предпринимая никаких действий. Но когда до него дошёл смысл всего сказанного резко рванул вперёд, не забыв при этом ухватить за руку и Фиму.
– Да куда ты? – раздалось в след, - Назар и Ангелика давно уже освятили свой брак. Я сам не видел, но говорят, что как только они встретились, сама Пресветлая Богиня появилась с ними рядом и сграбастав обоих, унесла в свой Храм. Вот как ей надоели все эти.
Всеми этими оказалось просто огромное количество пар, то и дело радостно выходящих из Храма. Одни из них держались за руки, другие, стоило им оказаться вне стен ставшего ненавистным за время пребывания там, тут же расходились в разные стороны.
Но одно было ясно: все они были безумно рады.
– Значит, мой сын всё же сделал то, ради чего родился? – задал риторический вопрос Люц.
– И это означает, что у нашего Назара родится ребёнок, который сможет захватить власть над всем вашим миром? – спросила Фима.
– Нашим миром, нашим.
Три года спустя
– Уснули? – тихо, почти шепотом спросила Фима, заметив крадущегося в комнату мужа.
Люц осторожно прикрыл дверь, так же крадучись забрался на кровать. А потом быстро подгрёб Фиму к себе и зарылся носом ей в макушку.
– Ещё немного и я сам бы заснул. Никогда бы не подумал раньше, что воспитание детей такое энергозатратное мероприятие.
– Да брось! Самое страшное позади. Нашими девочки уже вполне самостоятельные. Даже освоили горшок, и сами едят.
– А ещё то и дело норовят меня своими кашками- пюрешками накормить. Фим, а давай пока не будем больше детей заводить? – просящее протянул Люц, укладываясь поудобнее на подушке жены.
– Давай не будем. Тем более, что я и сама хочу пожить немного для себя. Ко мне тут совсем недавно Алёна в гости заглядывала. У них, оказывается в Академии новый факультет в нового учебного года открывают: «Искусство в магмире». А я ведь уже так давно не брала в руки кисть и мольберт!
– Я только за. Жена Люца обязательно должна быть образованной.
– Спасибо, родной. А ты знаешь, как сильно я тебя люблю? – вдруг произнесла Фима и заглянула в бездонные чёрные глаза мужа.
– И я тебя люблю, Огонёк! – прошептал довольный Люц, дождавшийся заветных слов.
А после усталость и сон как рукой сняло, уступив место нежности и страсти.
Фима так поддалась ласкам и касаниям мужа, что совсем забыла рассказать, что Алёна была в гостях не одна, а со снохой и совсем ещё маленькой внучкой – дочуркой Назара и Ангелики.