Чтение онлайн

***

Держать в руках нитку с иголкой Вир пока не могла, и свободные часы, которых внезапно оказалось очень много, проводила за расходными книгами или чтением. Ни то, ни другое, к сожалению, не отвлекало целиком и полностью ни от тягостных мыслей, ни от воспоминаний об Арви Вейсдгаре. Выходило некрасиво, как ни крути, но она даже извиниться перед ним не имеет возможности. И складывалось так, что и перед Бьордом тоже: он упорно избегал жену уже который день, хотя лекарь обмолвился, что о её самочувствии муж справляется ежедневно.

Виррис сидела над раскрытой книгой, пытаясь вникнуть в смысл; солнце пригревало вовсю, ветер шевелил лёгкие полупрозрачные занавеси в распахнутом окне мастерской. Шкатулка с шитьём и швейные инструменты она разложила на столе: нравилось поглядывать в ту сторону, вид рабочего стола дарил ей уверенность, что пальцы восстановятся, специальные упражнения помогут вернуть прежнюю гибкость и разработают повреждённые каналы. Пока что, по настоянию целителя, девушка продолжала носить жёсткую повязку, а с книгой училась справляться одной рукой.

Бьорд вошёл по-кошачьи неслышно, замер в паре шагов от двери; Виррис всей кожей ощущала его присутствие и даже, казалось, чувствовала его дыхание на своей макушке. Мучительно медленно, преодолевая неловкость, подняла от раскрытых страниц лицо и заставила себя смотреть на Бьорда. От выражения его глаз хотелось расплакаться, упасть на колени и вымаливать прощение.

Он был одет в дорожный костюм; непокорные жёсткие волосы лежали аккуратно, волосок к волоску. Очень прямой, совершенно бесстрастный, ни единой эмоции на худом лице, ни единой искорки в неподвижных ледяных глазах.

— Я уезжаю, — сообщил он сухо и медленно перевёл взгляд на окно над головой жены. — Меня пригласили прочесть курс лекций в Академии Кондарты, это в Экте. Ориентировочно на три недели, возможно, дольше. В моё отсутствие, разумеется, все права хозяйки этого дома за вами сохранены. Берг будет согласовывать с вами практически все распоряжения и траты. В случае необходимости — связь со мной через Берга, у него есть координаты и доступ. Деньги на прежнем месте, вы знаете, где их найти.

Он замолчал, а Виррис лишь беспомощно открывала и закрывала рот. Уезжает? Сейчас, прямо сейчас? Но она ни сборов ни видела, ничего! Что, и даже экипаж заложили? Ей так много нужно сказать этому человеку! Но, глядя в холодное, отстранённое лицо, видела: ни одного слова не примет, и от этого на языке разливалась горечь.

— Лекции? — растерянно проговорила Вир. — В это время, летом?

— До конца июня занятия идут в обычном режиме, — равнодушно сообщил муж. Что касается…нас с вами. Думаю, ваше предложение касательно нашего брака более неуместно, вернёмся к первоначальному соглашению. Когда закончится этот год, вы свободны от меня, я от вас. Считаю, что расторгнуть этот временный союз будет самым правильным решением; на развод можете подать вы, это будет менее оскорбительно для вас, а мне всё равно. Ближе к делу и обсудим все детали: денежные вопросы, имущественные претензии и так далее. Ну, наверное, всё.

Книга вывалилась из ослабевших пальцев и с глухим стуком свалилась на пол. Его имя застряло на языке, Виррис не могла издать ни звука.

Бьорд шагнул к выходу, но, взявшись за ручку двери, снова неторопливо обернулся.

— Да, по поводу Арви…

Девушка дёрнулась, как от пощечины, а мужчина продолжал вбивать гвозди в тот забор, который уже выстроил между собой и Виррис:

— Арви Вейсдгар — будущий граф. Ольверские большое значение придают выбору спутниц жизни. Женой графа может стать только одобренная кланом… семьёй женщина, с безупречной родословной, зачастую сама особа титулованная. И непременно — той же породы, что и все Вейсдгары…почти все — я не в счёт. Под породой я подразумеваю вторую ипостась Ольверских. От человеческих женщин дети рождаются без способности к обороту — я тому пример, кроме того — у обычных женщин и дети-то от ортейров крайне редко появляются. А дети нужны: после не столь давних в Герриарде событий численность оборотней сильно сократилась. Даже если у племянника и есть к вам какие-то…Его симпатии, увлечённость — ни на что не повлияют. В положенный срок ему выберут пару. Максимум, на что вы могли бы рассчитывать — это роль любовницы, неприметная закрытая жизнь в купленном для вас доме и, не исключено, щедрое содержание. Не уверен, что это подходящий вариант для вас. Впрочем, в наличии у него чувств я тоже не уверен. Арви прекрасный парень, но для него крайне важна родовитость.

На оставшийся срок, согласно договору, вы были и есть моя жена, Виррис. Моё имя в этом городе также для меня важно, прошу…прошу вас с этим считаться. Что касается племянника: пока вы живёте здесь, Арви в стенах этого дома не появится.

На последних словах в размеренном голосе Бьорда звякнул металл.

— Не провожайте.

Муж удалился столь же бесшумно, а девушка плотно-плотно зажмурила веки, чтобы удержать непрошенные слёзы. Вся их соль не принесёт облегчения, не исправит ошибку; согнувшись пополам на красивом диванчике, обитым расшитым райскими птицами шёлком, она беззвучно кричала вслед уезжающей карете, катившейся по подъездной аллее всё дальше и дальше.

Некого винить, кроме себя самой. То, что она не вешалась на Арви, её не оправдывало. Она позволила, позволила себе и восхищение, и очарованность, и тайные мечты об этом молодом человеке, который, в свою очередь, ни разу не переступил границ, и её удержал от недопустимого падения, и всегда помнил, кто она.

Вир бы сейчас совсем не отказалась поговорить с сестрой, хотя бы несколько минут, о чём угодно, лишь бы заглушить эту пустоту и ядовитую горечь. Только у Элге сейчас свои заботы, и нагружать её своими проблемами будет некрасиво. Они давно не общались и это необходимо исправить, но лучше позже, когда Виррис возьмёт себя в руки.

…

Берг, сама учтивость и обходительность, деловито поинтересовался у хозяйки, намерена ли она возобновлять переделку оставшихся комнат, и Виррис вспомнила об остановленном ремонте.

— А если намерена? — вяло уточнила девушка.

Зоратт на этот счёт ей никаких указаний не оставил.

— Тогда я договорюсь с рабочими на ближайшую дату, — тонко улыбнулся дворецкий.

Виррис раздумывала недолго.

Глава 18

Элге стояла возле белоснежного окна, закрытого по случаю непогоды, и через залитое водой стекло смотрела в сад. Дождь лил почти двое суток, не давая природе опомниться.

— В ненастную погоду здесь немного тоскливо, — заметила Гайра, будто бы извиняясь.

Тоскливее, чем вид из окна маленького лесного домика на мокрую, прибитую к земле траву и почерневшие от влаги ветки, на стук бесчисленных капель воды в помутневшую поверхность озерца? Вряд ли.

— Этот ливень обязательно закончится, — пообещала Элге, отворачиваясь от стены воды.

Небо рыдало третий день, взяв окрестности Дертвинта и сам город в плотное кольцо свинцовых туч, и всё это время рыжая травница находилась во владениях баронессы Иджеру. Младшей. Мать Гайры декаду назад отбыла на тёплое южное побережье, поправить здоровье, освежить и улучшить цвет лица, а также завести короткую, ни к чему не обязывающую интрижку со знойным черноглазым красавчиком — о последнем юная девушка говорила с потрясающим хладнокровием. Гайру оставили на попечение компаньонки и целого штата безупречно исполняющих свои обязанности слуг.

— Всенепременно, — подхватила молодая хозяйка, мельком глянув за окно. — И хорошо бы солнце, чтобы дороги просохли побыстрее. Пока не просохнут, вам отсюда не выехать, леди Элге.

Обе тяжко вздохнули: Элге, в который раз за утро подумав о Дарриеле, Гайра из сочувствия к нечаянной гостье.

…

Их разговор, длинный, нелёгкий, начался в карете, пытавшейся обогнать грозу, и продолжился в роскошном белом особняке в двенадцати-пятнадцати рье от Дертвинта. Вопреки ожиданиям Элге, ненависти в синих глазах баронессы она не увидела. Изумление, недоумение — и только. В платье простого кроя нейтрального цвета, без какой-либо отделки и украшений, в удобном дорожном плаще, без макияжа и укладки, ни цветка в волосах, ни заколки с камнями, леди Адорейн рядом с леди Иджеру смотрелась почти деревенской простушкой.