Чтение онлайн

Вскоре Клаус вышел из транспорта на крыше торгового центра рядом с площадью Неминуемой победы. Сама идея о том, что очень скоро война закончится безоговорочной победой Беллатории, очень активно культивировалась в провластных СМИ. Об этом Клаус слышал, когда был маленьким мальчиком и ходил с родителями на парады, об этом же он слышит и сейчас во время еженедельных церемоний поднятия флага у академии наук. Но вот беда, на протяжении всех этих лет победа срывается каждый раз. То из-за предательства высокопоставленного генерала, то из-за новейших разработок Телармы, подрывающих все принципы морали, то из-за природных катаклизмов. После каждого такого срыва менялись генералы, возглавлявшие вооруженные силы на Срединном материке. В настоящее время в должности генерального директора военного штаба Беллатории находится генерал-лейтенант Руфус Росс. Плакат с его портретом висел на боковом фасаде торгового центра. Статный рыжеволосый мужчина озирал площадь полным уверенности взглядом.

Бар «Пиримидин» находился в нескольких кварталах к северу. По тротуару, испещренному разноцветными световыми полосами, вальяжно шагали люди. Несколько раз на глазах Клауса к прохожим подлетали дроны-стражи, просили предъявить документы, а затем желали приятного вечера и взмывали вверх. По витрине магазина морепродуктов плавало голографическое изображение карпа, за которым внимательно следил сидящих рядом серый кот. Передняя левая лапа его была заменена черным карбоновым протезом. Клаус остановился рядом с животным, нагнулся и аккуратно погладил пушистика. В ответ он принялся лосниться, не отрывая пристальный взгляд от цифровой добычи. Кот восьмеркой прошелся между ног Клауса и сел на свое место у витрины.

Браслет сообщил о необходимости повернуть за угол здания. На короткое время Клаус оказался в полумраке. Сюда свет от уличных фонарей не доставал. По мере движения вперед тьма начала рассеиваться фиолетовыми лучами от неоновой вывески, висевшей над дверью. Вычурная надпись гласила: «Пиримидин». Слева от нее мерцало изображение структурной формулы какого-то химического элемента. Логика тут же подсказала, какого именно. Одна из букв постоянно моргала, лишь изредка останавливая свои конвульсии. Недалеко от входа стояла компания из двух девушек и одного парня. Они весело общались о чем-то и выпускали в воздух разноцветные клубы пара. Когда Клаус поравнялся с ними, из темноты вынырнул мужчина и подошел к двери бара. Даже в тусклом неоновом свете можно было понять, насколько плохо он выглядел. Верхняя одежда в нескольких местах была порвана. Судя по походке, ботинки мужчине были явно велики. В руках он нес большую сумку. Как только он подошел к дверям бара, его тут же осветили голубые лучи сканера. Такие приборы стояли у всех подобных заведений и заменяли охранников. Если твой внешний вид не соответствует характеру заведения, ты проносишь с собой оружие, или твой запах превышает предельно допустимую норму, то двери не откроются. Попробуешь вломиться силой, так дроны-стражи мгновенно прибудут на место и обезвредят. Таким образом у бедолаги, что сейчас стоял перед дверью бара, просто не было никаких шансов. По первому и третьему критерию он не подходил однозначно. И кто знает, может быть, и по второму тоже. Когда мужчина с сумкой увидел всплывший перед ним голографический сигнал о запрете входа он крепко выругался о бесчеловечности современных технологий, развернулся и медленно растворился в ночи.

– Даже отсюда его запах чувствую. Бомжара немытый, – с отвращением сказала одна из девушек.

– Мозги свои пропил и бар с ночлежкой перепутал, – добавила вторая.

Сканер досконально прошелся по телу Клауса и ничего подозрительного не обнаружил. Дверь с еле уловимым свистом отворилась. Из недр бара хлынула волна синтетической музыки. Внутри было оживленно. Мимо столов летал официант, разносящий напитки. За стойкой бородатый мужчина с зеленым моноклем смешивал в шейкере коктейль. По правую руку от него располагалась сцена, на которой сейчас выступала голограмма Джанин Линдгрен, известной среди молодежи певицы, трагически умершей несколько лет назад во время теракта в метро.

Часы на дисплей браслета показывали девять двадцать. Человек Амира должен был прийти с минуты на минуту. По договоренности Клаус сел с правого края барной стройки и заказал коктейль «Рассвет мертвецов». Немного погодя над ним навис улыбающийся бармен. Он поставил перед ним стакан неправильной формы с жидкостью цвета монокля и удалился. Клаус плавным движением развернулся на магнитном стуле и огляделся.

По количеству посетителей в будний день, вывод о его популярности напрашивался сам собой. Практически все присутствующие были младше Клауса. Оставалось надеяться, что здесь не было его студентов. Люди сидели за столиками, выпивали и весело разговаривали между собой. Часть присутствующих танцевали у небольшой сцены, пытаясь повторять за голограммой движения. За стоящим ближе к левой стене столиком сидел мужчина в очках. Он был один, но при этом оживленно беседовал с кем то, как будто на пустующих стульях были люди. Клаусу всегда казалось забавным наблюдать со стороны за этим и представлять, как на другом конце города или страны точно также сидят его друзья и общаются с пустотой.

В скором времени рядом с Клаусом вальяжно сел пухлый розовощекий мужчина в блестящей золотой рубашке и с пепельными волосами. Пот стекал по его лицу. Сказывались энергичные танцы, за которыми он был замечен ранее. Стрелки на черны штанах были идеально выглажены и смотрели строго вперед. Гравистул под мужчиной просел, пару раз покачался, будто поплавок, и выровнял высоту.

– Джоржи, дорогой, испарителем не поделишься, а то свой я забыл в машине? Организм требует никотина, аж сил нет.

Клаус только хотел сказать что-то в роде: «Вы обознались», и даже открыл для этого рот, как волна осознания настигла его. Одна неверная фраза могла стать непоправимой ошибкой. К нему подошел информатор, и чтобы получить от него сведения, необходимо было ответить оговоренной заранее фразой. Тело Клауса сковало напряжение. Он забыл, чье имя должен назвать в ответе. Возможно, это имело не решающее значение, но что, если из-за такой маленькой оплошности сейчас все сорвется. Дорати или Дейзи? Дейзи или Дорати? Пауза затягивалась. Нельзя было тянуть.

– Мой взяла Дейзи, но она уехала домой, прихватив за одно и его, – выпалил Клаус в надежде на лучшее.

– Вот же зараза! Придется идти до машины. Ну ладно, не теряй меня, я скоро, – проговорил информатор и хлопнул своей рукой по руке Клауса.

Клаус почувствовал прикосновение холодного металла. Он сжимал в кулаке долгожданный ответ на вопрос, что так долго не давал ему покоя.

Разжав ладонь на половину, он посмотрел на лежащий в ней небольшой серебристый шарик. Немного покатав его, он опустил шарик во внутренний карман. Информатор к тому времени пританцовывая удалялся в сторону выхода. Клаус протер глаза. Ему казалось, что информатор уже не был таким тучным, волосы стали темнее, а рубашка поменяла цвет на светло зеленый. Информатор окончательно затерялся в толпе, и больше Клаус его не видел в тот вечер. На всякий случай Клаус оглянулся, но никто не смотрел на него. От почти завершенного дела он почувствовал прилив радости. Сложности на сегодня оказались позади. Можно было немного расслабиться.

Он развернулся к барной стойке, заказал еще один коктейль и продолжил выпивать. Клаус представлял, как запустит завтра симуляцию и каким будет результат. Совсем скоро он будет одним из немногих людей в мире, кто знает истинные размеры материков. Но что ему делать с этим знанием, было непонятно. В момент, когда коктейль оказался практически допит, до плеча географа дотронулась молодая девушка.

– Прошу прощения, могу ли я присесть? – сказала она мягким голосом и указала открытой ладонью на соседний стул.

– Конечно, присаживайтесь, – ответил Клаус.

– Меня зовут Ева, а как вас? – продолжила девушка. Гравитационная подушка под ней даже не шелохнулась.

– К.. Джорджи, меня зовут Джорджи, – сказал Клаус и неловко улыбнулся.

– Скажите, Джорджи, а вы в этом городе живете или проездом?

– Живу в столице столько, сколько себя помню.

– Это просто замечательно. Я приехала в Латор-Сити буквально на пару дней, и хочется посетить действительно стоящие места, а вокруг так много всего, что я не могу никак определиться. Вы не подскажете мне, куда стоит сходить в первую очередь? – говорила Ева, опершись на барную стойку и проведя рукой по красивым темным волосам.

Клаус окинул взглядом девушку, пока она говорила. На вид ей было не больше тридцати. Глаза темно-карие, сережки-гвоздики в мочках ушей. Бордовое платье облегало стройную фигуру. На пальцах рук обнаружилось несколько тонких колец. На изящных скрещенных ножках были черные туфли. Уже немного выпивший Клаус оказался очарован видом собеседницы.

– С удовольствием расскажу про лучшие места нашего города. Только разрешите для начала угостить вас коктейлем.

Сразу после того, как на столе оказались два «рассвета» в причудливых бокалах, Клаус приступил к рассказу о достопримечательностях Латор-Сити. Начал он с живописных парков и аллей, затем перешел на музеи, выставочные центры и галереи. Следующими на очереди были необычные рестораны. Практически во всех места, о которых он рассказывал, Клаус не бывал. Он черпал свои знания из подборок в интернете и в разглядывании карт.