Выбор ее жизни
Шрифт:
Джессика с сомнением посмотрела на Соню.
— Они уже обсуждали меня с новенькой?
Не желая вдаваться в детали, Соня только кивнула.
— Что они говорили?
— Ты не хочешь этого знать.
Какое-то время девушки смотрели друг на друга, а потом Джессика упала в свое красивое светло-бежевое кресло.
— Я сама догадаюсь. Продвижение через постель? Девка, которая переспала с начальником, чтобы подняться по карьерной лестнице как можно быстрее?
— Они рассказывают одно и то же всем новичкам.
Непроницаемая маска застыла на лице Джессики. Эмоции кипели где-то внутри, сердце болело. Но лицо было непроницаемым.
— Что еще?
— Ты хорошо все пересказала.
— Соня, не надо меня жалеть. Я просто хочу узнать.
Соня вздохнула.
— Зная Себастьяна, ты должна понимать, что это одни сальные комментарии.
— Я - потаскушка, которая спит со всем, у чего есть мужские причиндалы, начальник, клиенты…
— Ты все поняла.
— Комментарии Себастьяна редко поднимаются выше пояса, — прошептала Джессика, чувствуя, как ее накрывает тошнота. — Он словно какой-то одержимый, у которого вместо мозга – ширинка. Ты знала, что он хотел со мной встречаться в самом начале?
— Нет, я была не в курсе.
— Он этим не хвастается, потому что я довольно быстро поставила его на место. Я не мешаю работу и личную жизнь, и не дружу с коллегами. И я никогда не встречаюсь с ними.
Соня не знала, что ответить. Она не знала обо всей этой истории между Джессикой и Себастьяном. Это могло бы объяснить злобу и ненависть, которую испытывал мужчина. Себастьян злился на нее не только из-за работы и занимаемого ей положения, но еще и из-за того, что Джессика его отшила.
Но по поводу того, что Джессика не смешивала работу и личную жизнь…
— Он не был коллегой! — огрызнулась Джессика.
— Я ничего не сказала!
— Ты думаешь слишком громко.
— Это меня не касается, — решила Соня, слегка смущенная ситуацией. — Это не касается никого из нас.
— Именно, — согласилась с ней Джессика, в то время как ее взгляд вновь обратился к блондинке, которая выпендривалась в соседнем кабинете. Когда девушка увидела, что Селин встала, а Кристоф взял свою спортивную куртку, острая боль пронзила ее сердце.
Но она просто крепче стиснула зубы.
Джессика не должна была удивляться, когда обнаружила Селин рядом с Кристофом и Жан-Марком в конференц-зале. Однако, когда она заметила, что блондинка сидит между двумя мужчинами, Джессика бросила вопросительный взгляд на своего начальника.
— Селин захотела учиться у нас. Она не умеет работать с нашими программами и хотела бы задать воспользоваться ситуацией, чтобы задать пару вопросов.
— Я думала, не укладываешься в сроки, — ответила Джессика, смотря на Жан-Марка.
— Не беспокойтесь, — с широкой улыбкой, которая, однако, не отражалась в глазах, успокоила ее Селин. — Я возьмусь за это, когда закончу учиться. Меня это действительно интересует.
Джессика лишь отмахнулась от ее объяснений:
— Вы не должны передо мной отчитываться. Вы не в моей команде.
— Конечно, я с желтыми.
— Прошу прощения?
— С кем? — добавил Кристоф.
Только Жан-Марк рассмеялся.
— Желтыми. Это их шутка, — объяснил тот. — Желтые находятся с одной стороны, а с другой – красные. Себастьян настоящий фанат Ко Ланты, и таким образом он объясняет, кто с кем работает.
— Если у нас и были какие-то сомнения по поводу его умственных способностей, то теперь их нет…
— Мне нравится Ко Ланда, — признался Жан-Марк. — Когда я дома, то всегда смотрю его по телевизору. Кэрол тоже его фанатка.
— Признаюсь, что мне он тоже нравится, — отважилась сказать Селин, наблюдая за неодобрением Кристофа.
— У Джессики нет телевизора, — резко сказал последний. — Вместо него у нее сотни книг с пугающими названиями. По крайней мере, если ничего не изменилось. Возможно, она и не знает, что такое Ко Ланта.
Жало внезапно пронзило сердце Джессики. Огромными усилиями она пыталась сдержать поднимающийся в ней гнев. Какое у него было право высмеивать ее таким образом? Какое у него было право просто говорить, что он был у нее дома? Она бы с удовольствием отвесила ему пощечину. Вместо этого она прикусила губу и напряглась, чтобы ответить спокойным тоном:
— Вообще-то у меня есть телевизор. Я не смотрю его постоянно, потому что у меня нет много свободного времени, но у меня он есть.
— Могу поспорить, что для программ на Arte. (Arte – франко-немецкий телеканал, транслирующий культурные программы. Как «Россия - Культура»).
Словно школьники, Селин и Жан-Марк наклонились, чтобы скрыть свой смех. Жало все больше и больше впивалось в сердце Джессики.
— Я не посмотрела в календарь… Сегодня мой праздник?
— Не воспринимай это плохо, Джессика, — попытался успокоить девушку Жан-Марк, — эта история с желтыми и красными довольно забавная.
— А Себастьян – самый уморительный юморист, я знаю, — несмешливо ответила девушка, немного отделяясь от троицы.
— Мне удалось немного с ним поговорить, он довольно милый. Но все же, не похоже, чтобы вы ему сильно нравились…
— Мягко говоря, — прокомментировал Жан-Марк.
Все взгляды устремились на Джессику, которая что-то царапала в своем блокноте, игнорируя остальных. Поняв, что девушка скоро не сможет больше сдерживать свои эмоции, Кристоф пришел ей на помощь.
— Девушки, может, вы могли бы обращаться друг к другу на «ты»? Это нормальное дело среди коллег.
Джессика подняла голову и посмотрела на этого «посредника».
— Я только за, — вызывающе заверила Селин.
— Я тоже, это всегда было политикой компании… Кажется, пришел ответственный по обучению, — поменяла тему Джессика и направилась к человеку, которого Мануэла вела к конференц-залу.
Обучение длилось чуть больше двух часов. Все это время Селин пыталась произвести хорошее впечатление и задавала горы вопросов, на который преподаватель спешил давать ответы. Когда они закончили, девушка его поблагодарила, а затем довольно сильно пожала руку Кристофу.
— Спасибо, монсеньор Леклерк, что позволили мне посетить это занятие. Я узнала много нового.
— Мне нравится, когда мои работники интересуются своей работой и относятся к ней серьезно, — ответил ей Кристоф, не отпуская руку девушки. — А тянуть вверх тех, кто этого действительно хочет, — для меня настоящее удовольствие. Посмотрите на Джессику. Когда она пришла сюда, ей было девятнадцать лет, и она все еще училась. Через одиннадцать лет она стала одним из столпов этого офиса. Если вы решительно настроены, если вы упорно работаете и доказываете, что вы хотите здесь работать, тогда я всегда вас поддержу, подбодрю и дам вам такие возможности, о которых вы возможно и не думали.