Выбор оборотня
Шрифт:
Неро резко повернулся к воющему товарищу, замахнулся, хотел что-то возразить, но молча отбросил рацию в рюкзак. Ерсус тихо загоготал и тоже завыл. Но у него это получилось не так громко. Вой Ерсуса был неровным и коротким.
– Мы тоже уже в Охоте! – довольно буркнул он и откашлялся.
– У меня теперь другие планы, – заявил Неро, укладывая вещи в рюкзак.
Ерсус с интересом посмотрел на товарища.
– Я доставлю пленницу, куда надо, и получу от этого намного больше удовольствия, чем от вашей Охоты, и не только, – ухмылялся себе под нос Неро. – А вы давайте, участвуйте в Охоте.
– Отлично, не хотелось пропустить такое событие, – обрадовался Ерсус, видно, его не прельщало возиться с пленницей. Когда он услышал вой, весь оживился и недовольно косился в сторону Джунии.
– И замолви о нас словечко. Мы же в твоей команде, – попросил Понтиус. – Не зря же мы мотались тут по лесам.
– Ага, мы твои друзья, – поддержал товарища Ерсус.
Неро кивнул.
– Да, друзья, – не совсем довольно буркнул он, затем повернулся и ткнул пальцем в Понтиуса. – Держи рацию при себе, хорошо?
– Но на Большой охоте запрещено использовать всякие эти новые штуки! – возразил Понтиус.
– Я тебя вызову, как только управлюсь с этой кисой. Как только я буду в пределах слышимости, ответишь. Понял?
– Хорошо, – согласился Понтиус и убрал рацию в карман.
Ерсус смотрел на своих приятелей и довольно улыбался. Затем попытался снова завыть, но закашлялся.
Марианн, воспользовавшись новой заботой Волков-оборотней, подкрался к Джунии. Она внимательно следила за каждым его осторожным шагом. Марианн коснулся рук девушки. Они были холодными и оказались туго связанными веревкой. Он немного ослабил узел. Эти путы не представляли сложности, но тяжелую металлическую цепь, которая опоясывала талию девушки, снять было невозможно.
– Замок, – едва различимо шепнула девушка, трогая ногой тяжелый предмет на цепи у корней дерева.
– Я тебя спасу, – почти одними губами проговорил Марианн. На него смотрели все те же глаза, которые он хорошо помнил. Только теперь они казались Марианну немного иными.
«Джуния – оборотень! Кошачий оборотень!»
Девушка держала голову немного набок, словно стеснялась своего вида, но когда Марианн наклонился к ней, выпрямилась. Джуния увидела, что Марианн такой же, как она. Тоже с кошачьими чертами.
– Я помогу тебе, все будет хорошо. Только подожди, – шепнул Марианн и отскочил обратно в тень, вернувшись по своим следам. Затем укрылся у сложенных вещей между деревьями. Это было рискованным поступком, но ничего лучше Марианн все равно придумать не смог.
– И как ты поедешь теперь? С волчьими лапами это непросто, – спросил Понтиус.
– Не в первый раз. Доеду. К утру как раз доберусь до места. А там и руки мои вернутся. И не будьте глупцами, возьмите с собой ружья, – сказал Неро, пиная ногой рюкзак.
– Не надо оскорблений, хорошо? – вставил Ерсус.
– Между прочим, ружья не по правилам, – возразил Понтиус. – Я стараюсь чтить традиции Охоты. Если Вульф-Совет узнает…
– У нас есть сеткострелы, – сказал Ерсус. – Зачем таскать с собой лишний груз?
Понтиус кивнул и продолжил:
– А я не могу стрелять из ружья этим, – показал протянутую ладонь и кивнул на рюкзак. – И не хочу, чтобы мне оно спину натирало.
– Да, не по правилам, Неро, – повторил Ерсус. – Опять нам достанется из-за твоих хитростей.
Неро тем временем повозился в рюкзаке, извлек из него ружье. Держать его в руках с его когтями было неудобно. Неро взял его в зубы, но тут же бросил.
– Ну и черт с вами. Я за вас обоих переживаю! И за успех дела. А вы с сеткострелами к Волчьей горе собрались? Молодцы!
Товарищи ничего не возразили. Ерсус ближе уселся к костру и смотрел на пламя. Понтиус почесывал когтями ногу.
Выглянув на Волков-оборотней у костра и убедившись, что они заняты своими сборами, Марианн подкрался к самому крайнему из снегоходов, потянул капот. Он поддался, открывая внутренние рулевые тяги и небольшой пластмассовый бачок. Марианн не знал, для масла он или топлива, но идея кинуть в него снега показалась отличной. Марианн медленно открутил крышку бачка, придерживая второй рукой капот (в нос ударил резкий запах бензина), затем кинул горсть снега внутрь, зачерпнул ладонью еще.
«Талый снег выведет снегоход из строя»
Марианн был в этом уверен. По крайней мере, очень сильно надеялся. Послышались шаги. Они двигались прямо к навесу. Марианн в панике кое-как пристроил крышку бака, быстро выдернул руку и вернул капот на место. Шаги остановились.
– Что это? – резко спросил Неро. – Чуете?
Марианн пятился, прижимаясь как можно ниже к снегу.
Волки-оборотни, должно быть, принюхались. Повисла тишина. Марианн тихонько отползал все дальше, затем завернул за дерево и замер.
– Бензин, – сказал Ерсус.
Неро появился под навесом, замер у снегохода.
– Ага, бензин. – Неро осматривал снегоход, с грохотом откинув капот. – Кто крышку не до конца закрутил? Она еле держится. Отсюда и запах.
Ерсус и Понтиус переглянулись. Ерсус пожал плечами.
– Это твой скутер. Тебе лучше знать, – ответил Понтиус.
– Бак подтекает? – спросил Ерсус.
– Нет, с баком все в порядке. Крышка едва завинчена. – Неро отошел к другому снегоходу и снял с багажника канистру.
– На всякий случай еще заправлю. Хотя нет. Бак почти полный. – Неро посмотрел на индикатор топлива. Послышался глухой звук. Марианн старался не дышать и слушал, что делают оолки. Его могли учуять, но теперь запах бензина разлился в воздухе тошнотворной завесой. Неро повозился еще с минуту со снегоходом, затем вытолкал его из-под навеса. Вставил в специальный чехол, расположенный под рулем, свое ружье.
Теперь в образовавшееся под навесом свободное место было превосходно видно дерево, за которым затаился Марианн.
Марианн выждал, когда Волки-оборотни снова о чем-то заговорили, и быстро залез на дерево.
С высоты в пять метров он глянул вниз, попытался разглядеть оборотней. Двое у костра. Одного нет. Куда-то подевался Неро.
– Будешь дрыгаться, побежишь позади на привязи, – услышал Марианн противный голос.
– Чего ты с ней возишься? Пусти кровь. Или дай я это сделаю.
Неро находился около Джунии.
– Ей это не повредит.
– Всего-то выпустить чуть крови. Литр. И она будет покорна как твой рюкзак. Будет лежать без сознания еще неделю.