Чтение онлайн

— …дьявол вас побери, дьявол вас побери, дьявол вас побери…

Потом смысл фраз стерся, и голоса стали всего лишь фоном, подобным биению пульса, дыханию и ударам ступней о землю. Фрэзер отключил передатчик. В этих условиях ему не следовало попадаться на радиоперехват. Бояться уже было некогда. У него оставалась одна секунды — мысленно попрощаться с Евой. Он так и не смог представить себе ее лицо; а потом был уже слишком занят.

Отряд Тома Хоши бросился к западу, чтобы подойти к космопорту с неохраняемой стороны. По мере приближения к Авроре, Фрэзер стал различать силуэты людей на открытом месте, недалеко от восточной оконечности города. Они пробирались так скрытно что походили больше на домовых, чем на мужчин. Фрэзер даже не был уверен, на чьей стороне они воюют. Может, на обеих. Скорее всего, Свейн отрядил тех из экипажа, кого мог, не оставляя без расчета орудия корабля; и еще надо было охранять жителей города — от попыток улизнуть, и для того, чтобы при необходимости пополнить ими пехоту, раздав немногое из имеющегося оружия.

Пройдя вдоль зданий, они оставили их позади. Строения загородили батальную сцену и отсекли большинство радиошумов. Фрэзер увидел, как Том развернулся под прямым углом и бросился к посадочной площадке.

Что-то схватило и отшвырнуло Фрэзера. Он приземлился с таким ударом, что в глазах потемнело. Секунду он лежал, слушая звон в ушах и пытаясь остановить вращение окружающего мира. Наконец, вещи встали на свои места, Фрэзер сел и с удивлением понял, что все еще жив. Череп у него раскалывался, а во рту было солоно, но он был жив.

Фрэзер автоматически поискал утечку воздуха. Таковой не оказалось. За несколько ярдов от него в лаве зияло отверстие нового кратера. Было ли причиной этого близкое падение снаряда? — отвлеченно подумал он. Вырвавшиеся газы облаком пронеслись над головой, не причинив вреда. Если бы в устройстве боеголовки было предусмотрена стрельба шрапнелью по горизонтали… но она предназначалась для боя с кораблями и космическими станциями. Фрэзер поднялся и зигзагом побежал за остальными. В бок вгрызлась боль, но он не обратил внимания.

Камень уступил место бетону. Вблизи возникла «Олимпия», странным и массивным силуэтом выступив на фоне полумрака. «Они видели, как мы подходим, — подумал Фрэзер, — но мы уже попали в мертвую зону для артиллерии». Люди сгрудились возле юпитерианского корабля. Пробился голос Тома:

— Все внутрь!

Они понеслись к крейсеру компактной группой. Он высился перед ними, огромный, как вселенная, расставив посадочные опоры, подобные колоннам храма. Но, как только они распределят торделит (здесь, здесь и здесь) — станет ясно: взорвись он — и гигант рухнет. Корпус корабля, будучи тонким, не выдержит треснет под давлением собственной массы; а потом еще несколько пакетов взрывчатки в каждый двигатель.

Лучики огня из теней под днищем. Колонист вытянул руки и упал навзничь. Еще один умер на бегу и по инерции врезался в опору. Луч продолжал стрелять, снова и снова, пока трупы не устлали пол веером, и от их пробитых скафандров поднялось облачно морозного тумана.

Наступление разбилось и откатилось назад. Фрэзер обнаружил рядом с собой убегающего Махоуни. Они остановились рядом с «Олимпией». Фрэзер с трудом хватал ртом воздух, но Махоуни стоял прямо, кричал и махал руками до тех пор, пока к нему не подошла оставшаяся половина отряда. Тома Хоши среди них не оказалось. Должно быть, он погиб еще в первой схватке.

— Лазерные пистолеты, — прорычал Махоуни. У них там внизу целый взвод. Должно быть, они предвидели, что мы собираемся делать. Да ничего, у нас еще получится умыть этих ублюдков!

Кто-то выругался.

— Ты не успеешь и на ярд подойти к человеку, а его уже превратят в факел. Один из этих пистолетов найдет тебя на полпути.

— Нас больше, — возразил Махоуни.

— Не настолько. Подожди, пока не подтянутся остальные. Может тогда наше численное преимущество станет очевиднее.

— Клянусь небесами, я пойду сам и сейчас, если у вас поджилки трясутся!

Фрэзер вцепился в плечо Махоуни.

— Нет, не пойдешь, — он, наконец, отдышался. Даже заметил, что вернулась способность соображать с точностью инженера и хладнокровием. — Мы не можем никого терять из-за ложного героизма. Главное — попасть на этот треклятый корабль, пока он не взлетел. Свейн раскусил наш план, это очевидно, но мы не ожидали, что он ждет нас в этом месте. Может, на самом деле он нас вовсе и не ждал именно здесь, но предчувствие заставило его принять превентивные меры на всякий случай. Потому нам остается только ждать, пока Сэм Хоши прорвется к площадке. Эти несколько человек под кораблем достаточно вооружены, чтобы остановить нас, но против сотни и более им не устоять.

— Ты имеешь в виду вариант, если Хоши прорвется, — уточнил Махоуни.

— Подожди здесь, а я пойду взгляну, что к чему, — предложил Фрэзер.

Он поднялся и потрусил на север, мимо запаркованных кораблей-лунников, пока не осмотрел все поле сражения. Постепенно глаза стали что-то узнавать в сумятице теней и вспышек, порхавших в той стороне. Пешие люди и «кошки» не образовывали ясно различимого строя, этому препятствовали рвущиеся снаряды. Завалы трупов и обломков свидетельствовали о том, что артиллерия не даром ела свой хлеб. Но особых повреждений уцелевшие машины и люди не имели, вопреки ожиданиям, и колонисты мало помалу продвигались к посадочной площадке. Один бы мощный бросок…

Взлетела сигнальная ракета. Знак от Сэма Хоши! Люди и «кошки» перестали суетиться. Радиоэфир сотрясся от утробного рева. Все, как один, ганимедцы бросились вперед.

Во мраке взорвался еще один снаряд. Машину разнесло надвое, силуэты людей разбросало. Но вот уже авангард Хоши пересек границу мертвой зоны турелей, а ракетные установки не могли взять такой низкий прицел…

Фрэзер рванулся назад. Рядом с «Олимпией» завиднелась темная масса его группы, затем он стал различать отдельных людей и пары — тройки.

— Они идут сюда, — крикнул он. — Через пару минут сможем начать.

Здания Авроры экранировали большую часть радиоразговоров. И вдруг в эфире, будто ураган ворвался. Под ногами тряхнуло почву. На противоположном краю поля плеснулся огонь. Прорвались главные силы колонистов.

— Вперед! — взвыл Махоуни и прыгнул.

Фрэзер последовал за ним на возможно более близком расстоянии. Атакованные с обоих флангов, охранники «Веги» не имели шансов. Его пальцы вцепились в бечевку, обвязывавшую пакеты.

Из тьмы вылетел лазерный луч. Скафандр Махоуни выпустил воздух, он упал на колени. Противник вырос над ним с боевым кличем на устах, но был убит на половине прыжка; он ужасно медленно падал, а упав, успел несколько раз подпрыгнуть, как мяч.

Вновь и вновь тьму вспарывали бесшумные вспышки. Инстинкт бросил Фрэзера оземь. Он поднял голову и посмотрел на нечто, напоминающее строй разбитых «кошек» с другой стороны поля. Начинали утихать выстрелы пистолетов, разрядников и автоматов, взрывы импровизированных мин, желавшие смести волну колонистов и отбросить ее назад. О, Боже, Боже, должно быть, Свейн оставил в корабле и в городе минимум своего экипажа, а на поле — вообще никого. Он сконцентрировал все свои силы в бетонных укреплениях, которые в неверном свете звезд не заметили, и Хоши пошел в атаку.