Чтение онлайн

— Не пускайте к ней отца, — в следующее мгновение бросил он врачу. Она неопределённо покачала головой.

Копы открыли дверь и указали Трэвису на выход. А он, в свою очередь, вновь посмотрел на меня. Эти синие глаза с нашей первой встречи завораживали меня.

— Не давай загнать себя в угол, пока меня нет рядом, — тихо произнёс он и вышел из палаты.

Слёзы брызнули из глаз. Это конец. Аппарат, стоящий на тумбе рядом с койкой, издал противный писк, и врач тут же подошла ко мне.

— Мисс Палмер, пожалуйста, успокойтесь. Я вам сейчас вколю седативное. В вашем состоянии нельзя переутомляться или нервничать. Мистер Митчелл оплатил все расходы, связанные с лечением. Когда вы проснетесь, то я принесу вам обед. А сейчас отдохните, — тихим и размеренным голосом произнесла эта женщина и вколола мне в капельницу какое-то вещество.

В голове звучали слова Трэвиса, что он не оставит меня… Мне так хотелось, чтобы у меня появился защитник. Я об этом редко, но мечтала. Мечтала о крепких объятиях. О широкой спине. И вот, вроде, такой появился. А я всё равно попала в западню, ведь отец не перед чем не остановится. Он отомстит ему за всё. Даже за то, чего он не делал. Отец поступит с ним так же, как и со мной. Трэвис ответит за все грехи этой планеты, просто потому что познакомился со мной.

Всё вокруг меня стремительно закружилось, и я начала вновь проваливаться в бездну.

Последнее, о чём я успела подумать, были синие глаза…

Трэвис

— Трэвис, не ори. Я всё понимаю, но её отец подал заявление. Здесь только Джойс может повернуть дело в обратную сторону, — пытался вразумить меня Глен, вызволив из допросной, в которую поместили два тупых копа.

Я уже орал минут пять какие они безмозглые и полночи допрашивали меня. Поскольку у меня был всего один звонок, то я позвонил ему. Но попросил не только вытащить меня, но и отправить Диего к Джойс. Но он опоздал. Этот мудак, её отец, забрал Джойс через пару часов после моего задержания.

— Какого хрена эти мудаки взялись за меня?! Они не соизволили опросить свидетелей? Они не соизволили всё проверить? Нет же, сразу схватили меня и начали допрашивать! Какое, к чёрту, изнасилование?! Они совсем охренели?! Я, мать вашу, единственный, кто относился к ней нормально! Если не сказать нежно! Что для меня, вообще-то, нетипично! Да я порву этого несчастного ублюдка! Он обвиняет меня в том, в чём сам грешен! Он её избивал! — вопил я около полицейского участка.

Меня просто разрывало от отчаяния и негодования. Я готов был ехать к ней домой прямо сейчас, но Глен сказал, что это может быть чревато последствиями и лучше поехать утром.

— Всё сказал или есть что добавить? — фыркнул Глен, облокотившись о свою тачку.

— Нет, мне есть что сказать! Только в лицо этому мудаку! Я же сказал, чтобы его к ней не пускали! Я же…

— Трэвис, мать твою, — окрикнул меня Диего, подходящий к полицейскому участку. — Ты чего разорался?!

Оглянулся на своего друга, который приехал, чтобы забрать меня и отвезти к моей тачке около больницы.

— Наш гонщик негодует, — усмехнулся Глен. Бросил на него гневный взгляд. — Но его можно понять, — примирительно добавил он.

— Понять-то можно, но криками ты тут ничем не поможешь, — подошёл ко мне и положил свою крепкую ладонь мне на плечо. — Извини, что не успел к ней. У меня была тренировка, когда Глен позвонил. Я приехал сразу, как освободился.

У меня лучшие друзья на этой планете, правда. Я решил, что именно Диего смог бы обеспечить полноценную защиту для Волчонка, пока я разбирался с копами и их обвинениями. Но он готовился к очередному бою. Я этого не знал, поскольку был в допросной без возможности связаться с ним. Полночи меня мурыжили эти дебилы-копы, пока Глен договаривался о моём освобождении. Он же мне и сказал, что Диего не успел. Поэтому я и вопил, у меня было полное право быть сейчас разъярённым.

— Ты не виноват, — выдохнул я, пытаясь успокоиться. Но это было невозможно. — Но врачи не должны были его пропускать к ней! — снова заорал я, ткнув ногой по колесу тачки Глена.

— Он её отец, Трэвис. У них не было оснований не пропускать его, — резонно заметил спокойный Диего.

— Да таких отцов сажать надо! — взвыл я на всю улицу.

— Ты сейчас докричишься, и я сам тебя вырублю. Можешь потом сказать, что это он тебя ухандокал, — усмехнулся Диего. — Успокойся и не ори. В таком состоянии ты реально натворишь ненужной херни, — посмотрел на меня.

— Да он уже хотел поехать и силой забрать эту девушку из её же дома. Хорошо, что ты приехал. Может тебя он послушает и дождётся утра. Ночью такие дела не решаются, — встрял Глен, отпив кофе из бумажного стаканчика.

— А что мне делать?! А если этот ублюдок решил продолжить начатое и добить моего Волчонка?! А я, мать вашу, сижу в допросной и ни хрена не могу сделать?! Если ей нужна помощь?! А она ей нужна! Он не имел права забирать её из больницы! Она не восстановилась! Она провела меньше суток там! Что за это время можно вылечить?! Она истощена! У неё сотрясение и трещина в ребре! — орал, как ненормальный.

— Твою мать, посмотри на меня! — зарычал Диего и схватил меня за грудки. — Если ты будешь вопить, то я тебя вырублю, клянусь. Ты должен быть спокойным и уверенным в своих действиях. Эту хрень не решишь с наскоку. Угомонись, не нервируй меня, — пронзил своими почти чёрными глазами.

Начал дышать глубоко и размеренно, смотря в его глаза.

— Давно он её бьет? — уже спокойнее продолжил Диего.

— С пятнадцати лет. Почти четыре года.

— Она обращалась в полицию?

— Нет. Ни в полицию, ни в больницу. Она запугана до смерти, — с горечью в голосе ответил ему.

— Почему нам ничего не сказал? — не унимался Диего.

— А что бы вы сделали? Я ничего не мог, а вы? Тем более я пообещал, что никому не скажу. Разве что с Гленом советовался, — ответил ему, и он отпустил меня.

— Я бы просто и его вырубил, — пожал плечами он. — Только так, чтобы у него провал в памяти образовался и мозги набекрень съехали, — ухмыльнулся он.

Я тихо рассмеялся. Говорю же, у меня лучшие друзья. Диего правда мог сделать из человека инвалида. В его руках было столько силы, что мне самому бывало не по себе. Я спарринговал с ним с четырнадцати лет и не понаслышке знал о его возможностях.

— Поверь, я первый в очереди, чтобы проучить его, — усмехнулся в ответ.

— Чёрт бы меня побрал, но я тоже не отказался бы навалять этому членоносцу, — тихо засмеялся Глен.

— Ты проследишь, чтобы он не вышел, когда его задержат, — кивнул ему. — А то Джойс говорила про какие-то его связи с копами.

— Срать я хотел на его связи. Спорим у меня, как у копа, связи посерьёзнее? — коварно улыбнулся Глен, и я нервно рассмеялся.

Но всё же немного выдохнул. Осталось только поймать за жопу этого хитрого ублюдка и усадить за решётку. Но для этого Джойс должна была сказать своё слово. Она должна была сделать выбор. Выбор в пользу свободной жизни.