Чтение онлайн

Внезапно, он опускается передо мной на колени и обхватив мои ноги руками, начинает тихо плакать. Слезы текут по моим щекам. Господи, уберите эти слёзы с его лица! Поднимаю голову к потолку и начинаю реветь. Через секунду опускаюсь на колени рядом с ним и, уткнувшись в его плечо, меня начинает трясти от слёз. Это похоже на безумие. Сладкое безумие.

Обхватываю лицо Лео и смотрю в его опухшие от слез глаза. Сильные парни тоже плачут. Запускаю пальцы в его волосы и притягиваю к себе. Сквозь боль, он накрывает мои губы своими. По нашем щекам текут слезы, которые мы пробуем на вкус.

Он целует медленно, пытаясь растянуть момент. Момент нашей вечности.

У меня словно вновь вырастают крылья. Черные крылья.

Рядом со мной сидит демон. Демон, которого я люблю.

– Прости меня, - шепчет Лео, прикасаясь лбом к моему лбу.

– Прощаю, и ты меня прости.

– Прощаю.

Выдох двадцать пятый

Лео

Утром я проснулся в кровати вместе с Диной. Мы любовались друг другом почти всю ночь. Моей радости не было предела. Нам не нужно было слов. Я не мог поверить, что все встало на свои места, что она меня простила. Как мне теперь себя вести? Каким она теперь хочет меня видеть?

До школы три часа, поэтому у меня есть время поговорить с ней о чем-нибудь. Дни, когда мы лежали вот так вместе, кажутся такими далекими.

– Как мне себя вести?
– спрашиваю я у нее, лежа на животе и обхватив подушку руками.

– Будь самим собой. Слегка извращенцем, но все же милым, - она повернулась набок, тем самым, ко мне лицом.

Потом поднялась с кровати. Я вновь начал задыхаться, когда она встала передо мной в одном красном белье. Вчера ночью, после поцелуя, ничего не было, мы просто разделись и смотрели друг на друга при слабом свете ночника. Взяв мою футболку, она начала надевать ее и мышцы на животе потянулись. Я чуть не взорвался от такой картины и, чтобы не натворить глупостей в первый же день нашего примирения, залез под одеяло с головой, подтянув свои спальные штаны.

Когда Дина вышла, я нахмурился. Через пару минут она зашла с какой-то маленькой коробкой и забралась ко мне под одеяло, я, привстав, набросил его на ее плечи и откинулся на подушку. Дина села в позе лотоса и открыла этот маленький серый коробок.

– Надень их, - я удивился, когда она протянула мне мои гвоздики для бровей. Молча, без всяких вопросов, я взял телефон с тумбочки, заменяя им зеркало, и вернул железяки на бровь. Сделать это было не просто. Откинув «лопату» в сторону, я посмотрел на Дину. Она смотрела на меня с обожанием и восхищением, - тебе они очень идут. Не снимай их.

– До школы еще три часа, чем займёмся?
– спросил я, все еще чувствуя какое-то неудобство в брови. Как дырочки не заросли за это все время?

– Может сделаем вид, что никакой ссоры не было?
– Дина перекинула через меня ногу и села на мой живот, натянув одеяло на свои плечи, укрывая нас.

Когда ее пальцы коснулись кубиков моего пресса, я напрягся. Давненько ее не чувствовал. Дина дотрагивалась до каждого, словно мучая, затем она провела по линии волос от пупка и до резинки штанов. Обвела пальцем напрягшуюся от сладких прикосновений грудь и, наклонившись, поцеловала меня, вкладывая в поцелуй то, как сильно по мне скучала и как ей меня не хватало.

Положив руки на место, которое вновь принадлежало мне, я немного сжал его. Дина выдохнула и на секунду чуть отстранившись, чтобы взять глоток воздуха, обрушилась на меня с новой силой. Поцелуй был такой, что я удивился: напористый и грубый, вперемешку с чем-то нежным. Руки Дины блуждали по верхней части моего тела и, не выдержав, я повалил ее на спину и слегка дернул за ноги, чтобы она немного съехала с подушки. Прильнув к ее шее, я почувствовав спокойствие, будто все худшее позади. Но разве оно позади? Конечно. Взяв руки Дины, я поднял их над её головой и сцепил наши пальцы, превратив их в замок. Вновь перехожу на ее губы, спелые и такие сладкие. Она дернула рукой, чтобы освободить их, но я не позволил. Хочу вновь знать, что я главный в наших отношениях. Нет, в отношениях нет главных, я имею в виду другой смысл. Хочу показать этим жестом, что мы с Диной под замком собственного счастья, а на наших руках наручники любви.

Я сильно дернулся от испуга, когда прозвенел будильник в соседней комнате. Альберт. Надо было изолировать и эту комнату тоже, но руки не дошли. Я займусь спальней Альберта и ее комнатой, обещаю!

Дина засмеялась.

– Почему ты смеешься?
– спросил я, и, обняв ее за талию, лег на ее грудь, слушая равномерный стук любимого сердца. Сердце, которое меня любит.

– Не всегда мне предоставляется возможность увидеть, как пугается сильный парень, у которого нет страхов, - она начала гладить меня по волосам, и глаза предательски начали слипаться.

– У меня есть страх, - тихо сказал я, прикрыв глаза.

– Какой?
– с нескрываемым любопытством спросила Дина.

– Потерять тебя... еще раз, - в два раза тише, ответил я и почувствовал, как засыпаю.

Когда я проснулся, кровать была пустая, а часы показывали семь часов утра. Встав и заправив кровать, конечно не так прекрасно, как это делает Дина, я вышел из комнаты, но когда проходил мимо ванной, услышал звук, словно кто-то чистит зубы. Открыв дверь, Дина посмотрела на меня через зеркало. На ней были черные джинсы, больше похожие на лосины и этот чертовски сексуальный красный бюстгальтер. Многие девушки мечтают о такой груди, как у Дины. Ей никакая вата в лифчике, или как эта хрень называется, не нужна. Она показала мне средний палец, но в глазах можно было увидеть веселость. Я засмеялся. Люблю ее, даже когда она может дерзить и выгибать пальцы.

Умывшись, она взяла полотенце и протерла им лицо. Посмотрев на себя в зеркало, она провела языком по верхним, белоснежным зубам и обворожительно улыбнулась. Я стоял облокотившись спиной к двери и наблюдал за ней. Такое простое действие согревало меня. Могу смотреть на нее вечно.

– Ты пойдешь сегодня в школу? Как ты себя чувствуешь? Не забыл, что надо принять таблетки?
– начала интересоваться Дина, повесив сиреневое бархатное полотенце.

– Сколько вопросов. Да, я пойду сегодня в школу, я нормально себя чувствую, - сказал я и кашлянул. Тупой кашель, - и я еще не выпил таблетки, так как только проснулся.

– Жду тебя на кухне, - она легонько стукнула меня ладонью по груди, надела майку и вышла из ванной. Я улыбнулся своему отражению и подошел к умывальнику.

На кухне собралась вся наша семья. Альберт с Леной бурно обсуждали грабителя, которого до сих пор не удалось найти и словить, а Дина молча ела хлопья, подперев кулаком свою щеку. Как обычно, с её хвоста выбилось несколько прядей. Дину всегда это раздражало, а меня наоборот умиляло. Неужели я научился находить красоту в мелочах?