Чтение онлайн

Под таким углом зрения надо исследовать, например, такую проблему, как противоречие между современными методами обеспечения эффективности «больших систем», народохозяйственных комплексов — с одной стороны, а с другой — вытекающей из этих новых методов управления централизацией в рамках крупномасштабных организаций, а отсюда бюрократизацией. Эти явления весьма отчетливо дают себя знать в развитых капиталистических странах, и анализ возникших там противоречий мог бы дать большой материал и для понимания происходящих у нас процессов. Речь идет о новейших предпосылках бюрократизации, за которые наша бюрократия не несет «персональной ответственности». Однако, несомненно, что отрицательные явления, возникающие в условиях научно-технической революции, усугубляются в нашей стране в связи с тем, что в ней уже сложился чрезмерно централизованный и бюрократизированный аппарат управления, о котором уже достаточно сказано.

С этой центральной проблемой связана проблема информации и обратной связи в управлении страной и экономикой. Анализируя значение этой проблемы для дела преодоления бюрократизма в интересах демократизации, обнаруживаешь переплетение объективных и субъективных факторов. Объективные факторы — это сложность обеспечения обратной связи в сложившихся в обществе «больших системах» при наличии непредусматриваемых и неконтролируемых помех.

Между тем трудности обеспечения обратной связи в общественной и государственной жизни — одна из предпосылок е бюрократизации. В этой области и субъективная прямая вина бюрократии весьма велика и имеет неисчислимые пагубные последствия. Неполнота, недостоверность, а порой и лживость информации, которую получает через газеты и радио советское общество, — настоящее бедствие. Но в этом сила — определенных бюрократических групп.

Надо отметить и то обстоятельство, что внутри самого государственного аппарата информация часто извращается; иными словами, действует дефектная система обратной связи. В результате может оказаться под вопросом обоснованность и эффективность решений, принимаемых в рамках крупномасштабных организаций, да и всей страны.

Из сказанного вытекает, что, поднимая вопрос о «подконтрольной демократизации» или демократическом контроле, надо бы поставить вопрос о разработке кардинальных проблем, связанных с эффективностью методов управления в свете научно-технической революции, проблем информации и обратной связи…

…Заключение. В дополнение к вашей позитивной программе гибкой демократизации я в отдельных пунктах моего письма попытался сформулировать конкретные предложения по различным вопросам.

Я исходил из того, что осуществление постепенной, планомерной, подконтрольной демократизации или новых форм демократического контроля требует предварительной подготовки, разработки ряда вопросов, относящихся к самым различным сферам государственной и общественной жизни. При разработке этих разнообразных проблем ключевой задачей должно быть преодоление, пресечение, предотвращение влияния и последствий бюрократизации нашей общественной жизни, противопоставление демократической инициативы и общественной активности произволу и интригам бюрократических групп.

Очевидно, что выполнение этих задач нуждается в определенном организационном обеспечении. В качестве исторического примера напомню, что в двадцатых годах существовала основанная Керженцевым и Гастевым так называемая «Лига времени». Ячейки этой организации существовали во многих учреждениях и на предприятиях, в состав бюро этих ячеек входили представители партбюро этих учреждений; задача «Лиги времени» была двоякой (обе стороны были тесно связаны): борьба с бюрократическими формами работы аппарата и рационализация (НОТ) производственных процессов.

Конечно, я не предлагаю просто через сорок лет в новых условиях возобновить деятельность «Лиги времени», к тому же существовавшей недолго. Но я выражаю убеждение, что из выдвинутой вами программы вытекает необходимость коллективной е разработки и подготовки в определенных организационных формах. Один из возможных вариантов — обращение к правительству с просьбой разрешить создание добровольного общества по разработке проблем рационализации и социалистической демократизации (проблемы научно-технического прогресса и экономики, острые проблемы сельского хозяйства и жизни на селе, запросы молодежи и больные вопросы, волнующие деятелей литературы и искусства). Поскольку бюрократические извращения сказываются во всех областях нашей жизни, в состав проектируемого добровольного общества должны были бы войти представители разных профессий, а результаты его работы могли бы оказаться полезными самым различным государственным и партийным учреждениям. Дискуссии в таком обществе были бы открытыми, итоги исследований публиковались бы для всеобщего сведения…

14/01/1971

(ГНЕДИН)

Многоуважаемый, дорогой Андрей Дмитриевич!

Вольномыслящий человек, сочувствующий Вашей деятельности, должен стремиться к тому, чтобы в той или иной форме оказать Вам посильную поддержку. А для того, кто уже подымал свой голос протеста против беззакония и произвола, выражая сво согласие с Вами, и даже участвовал в какой-либо предпринятой Вами акции, дальнейшая открытая поддержка Вашей борьбы — прямой гражданский долг. Это требование я отношу к себе, а между тем я сейчас этот свой долг не выполняю. Я воздерживаюсь от открытых выступлений по личным причинам, пожалуй, вполне уважительным, но, тем не менее, я вот уже скоро год испытываю горькое чувство, думая об этом или встречаясь с Вами и Вашей женой, соратницей.

Все же я пишу Вам это частное письмо, повинуясь внутренней потребности.

Я имел возможность прочесть Ваше предисловие к сборнику Ваших работ. Оно производит сильнейшее впечатление и внушает бодрость. Хочу сказать Вам, что я не только согласен с содержащимися в Вашей работе обобщениями, но мне также близок отраженный в Вашем предисловии личный опыт соприкосновения с определенной частью государственного аппарата.

Поясню: мне пришлось многие годы, работая в государственном аппарате, наблюдать механизм управления — и опыт, полученный мною, совпадает с Вашим. Когда мыслящий человек стремится участвовать в государственном деле, которому придает важное значение и в справедливости которого он убежден, то постепенно этот человек обнаруживает, что, как Вы сказали, — его нравственному чувству наносится ущерб. Я болезненно это ощущал, оказавшись в руках следователей и палачей (этот мой опыт отражен в моих неопубликованных работах).

Субъективный опыт соприкосновения с верхушкой государственного аппарата может служить дополнительным стимулом для обобщенных объективных выводов, которые Вы формулировали и на практике (в отличие от других) применяете. С социологической характеристикой лиц, в чьих руках находятся рычаги управления, и с пониманием всей сложившейся системы управления нашей страной связано практическое значение позиции, занятой Вами в отношении условий разрядки напряженности. Действительно, разрядка напряженности и реальное, подлинное мирное сосуществование в международной жизни останутся под вопросом и под угрозой, пока не изменятся методы управления нашей страной и вся внутриполитическая обстановка. Мне хочется привлечь Ваше внимание к историческому опыту. На протяжении всего периода между концом гражданской войны и вплоть до начала второй мировой войны внешнеполитические усилия по укреплению мира и предотвращению войны, да и вообще международное положение СССР, терпели ущерб из-за авантюр, перегибов и даже преступлений во внутренней политике (достаточно напомнить о международно-политических последствиях террора в деревне при раскулачивании или показательных процессах, но можно было бы привести и менее известные примеры).

Из сказанного Вы можете усмотреть, что в Ваших разногласиях с Р.А.Медведевым я на Вашей стороне, согласен с Вами. Собственно говоря, еще до того, как эта тема стала предметом полемики, я высказался по этому поводу, когда в отклике на Ваше выступление писал Вам, что «подконтрольная демократия нереальна, а нужен демократический контроль».

Из моего давнего письма Вы знаете, что я в принципе поддерживаю представление о конвергенции как неизбежном историческом процессе. Перечитывая теперь мои старые статьи в «Новом мире», я обнаружил, вернее восстановил в памяти, что эти статьи содержат — в подцензурной форме — аргументы в подтверждение того, что в обеих системах происходят сходные социологические и экономические процессы, и там и здесь личность находится в зависимости от крупномасштабных организаций, демократический контроль — злободневная задача, и в результате возникают сходные нравственные проблемы. (Позволяю себе преподнести Вам оттиски двух моих статей, в определенной части не потерявших злободневность).

Аналогия между процессами, происходящими в западных странах и в СССР, не ослабляет справедливости сформулированной Вами мысли, что «в условиях нашей страны нравственная и правовая позиция является самой правильной, соответствующей потребностям и возможностям общества».

Из сказанного мною по поводу проблемы конвергенции вытекает, что и в Вашем споре с А.И.Солженицыным я всецело согласен с Вами. Сформировалось мировое хозяйство, неразрывны и будут углубляться многообразные связи и формы взаимозависимости между отдельными его частями и элементами, складывается, впервые в истории, человечество как реальный фактор и как понятие осознаваемое людьми (чего не было в прошлые эпохи). Здоровый подъем национального движения с философско-исторической точки зрения не противоречит этому процессу, потому что национально-освободительная борьба и острое чувство национального достоинства фактически противостоят государственному и межгосударственному насилию, а не прогрессу человечества в целом.