Чтение онлайн

Мэдди на несколько секунд затихла в его объятиях, но в конце концов мягко, но твердо отстранилась.

– Рид, может, вскипятишь чайник? Чашечка горячего чая мне сейчас не помешала бы.

– Конечно, конечно. Я мигом.

Он влетел в дом, обрадованный, что может принести хоть какую-то пользу. Мэдди обернулась к Лансу. Он самый старший из них троих, самый уравновешенный, самый умный. Когда родители погибли, он взял на себя заботу о младших – Риде и Мэдди. О нем она всегда беспокоилась больше других. Если он узнает о ссоре между родителями накануне их гибели, это будет для него сильным ударом.

Он смотрел на нее задумчиво и серьезно.

– Ланс, а ты отрежь всем нам по кусочку шоколадного торта и свари кофе. – Мэдди указала на коробку на столике.

Он потрепал ее по щеке с хорошо знакомым покровительственным выражением, означавшим: «Я всегда о тебе позабочусь, малышка».

– Как скажешь, Мэд.

Мэдди кивнула, едва сдерживая слезы. Ну что ей делать – наброситься на братьев с кулаками или объятиями?

«Нет, убить их мало», – думала она час спустя. И чего они пристали? Проще их вздуть, чем выносить жалостливое кудахтанье. Парни быстренько прикончили торт, развлекая ее шутками и анекдотами, в чем она совершенно не нуждалась, а за кофе намекнули, что Джефф может переменить свое решение и согласиться на женитьбу.

«Ну да, после того, как вы его окончательно запугаете», – мрачно подумала Мэдди. И зачем ей одолжение с его стороны? Она мечтает о человеке, который будет ее любить всем сердцем и почтет за величайшее счастье быть с ней до конца дней своих. Он не станет требовать от нее, чтобы она ради него отказалась от сюих целей и планов. И позволит ей время от времени брать инициативу на себя, даже в постели.

– Разрыв с Джеффом – самое большое мое достижение за последнее время. Теперь я сама себя хозяйка. И не хочу, чтобы Джефф указывал мне, что делать. – Мэдди отложила вилку с самым решительным видом. – Я собираюсь встречаться с мужчинами и жить одна. Может, мне удастся найти единомышленниц, и тогда мы создадим клуб незамужних женщин Саванны, вроде того мужского братства холостяков, которому вы поклялись хранить верность, когда вам было лет двенадцать.

– Наше братство – другое дело, – возразил Ланс.

– Да, мне моя жизнь нравится, – пробормотал Рид. – Не надо следить, чтобы крышка унитаза была закрыта, а каждую ночь у меня новая подружка.

Мэдди расхохоталась:

– Позвоню Софи, спрошу, не поедет ли она сегодня в стриптиз-бар, где выступает известная Леди Шабли и торгуют наркотиками. Не терпится посмотреть...

– Никуда ты не поедешь, – твердо заявил Ланс.

– Тем более к Леди Шабли, – добавил Рид.

Услышав это, Мэдди ощетинилась, хотя нарочно назвала бар, пользующийся самой дурной славой, чтобы позлить братьев.

– А почему бы и нет? Я совершеннолетняя, и каждый житель Саванны видел...

– Ты женщина и никуда не пойдешь, – перебил ее Ланс тоном, не терпящим возражений.

Рид резко встал, стукнулся о кашпо с папоротником и поморщился.

– Благовоспитанные женщины обязаны посещать чайные и кофейни. А в баре ты станешь добычей для... для...

– Для симпатичных холостяков вроде вас? – сладким голоском закончила за него Мэдди.

Чейз перестал раскачиваться на качелях, откинул голову и расхохотался:

– Ребята, мне кажется, Мэдди нас разыгрывает. – Мэдди бросила на него лукавый взгляд:

– Кто бы говорил! Я многое упустила, потратив время на Джеффа. И теперь хочу пожить в свое удовольствие.

Ланс и Рид испустили стон отчаяния, а глаза Чейза стали чернее ночи.

– Тогда возьми с собой кого-нибудь из нас, коротышка. – Мэдди взмахнула вилкой.

– Ну да, конечно! За мной будут ухлестывать молодые люди и приглашать на танец, а вы трое, как встревоженные наседки, станете вокруг меня суетиться.

– Почему как наседки? – обиженно буркнул Рид. – Мы просто опытнее тебя.

– И нечего всяким прощелыгам возле тебя вертеться, – рявкнул Ланс.

– О Господи! – простонала Мэдди. – Да вся разница между мужчиной и женщиной в том, что у вас есть...

– Мэд, как ты можешь! – возмутился Ланс.

– Y-хромосома, – закончила Мэдди, плутовато ухмыльнувшись. – А теперь переменим тему.

– Ну-ну! – в один голос воскликнули Ланс и Рид. Чейз снова ничего не сказал. Он по-прежнему хранил молчание и только бросил на Мэдди мрачный взгляд, по которому она ничего не могла прочесть. Интересно, он заметил, что она надела под белое платье черные трусики? Мэдди положила ногу на ногу, и взгляд Чейза моментально переместился на ее бедро в том месте, где заканчивался разрез платья, но тут же опустился вниз, на его потертые ботинки. Все ясно, он больше не считает ее двенадцатилетней девочкой.

Мэдди, довольная собой, отбросила прядь волос и чуть подалась вперед, чтобы Чейз мог видеть ее обнаженную спину в вырезе платья.

Делая вид, что не замечает его укоризненного взгляда, она продолжала:

– Ну, как поживает наш бизнес?

Братья встрепенулись и заговорили разом, торопясь сообщить ей последние новости о тех коттеджах, которые они будут ремонтировать, и своих планах насчет острова Скидуэй.

– Да, там есть где развернуться, – сказал Рид. – Двести коттеджей, площадки для игры в гольф, бассейн и теннисные корты. Если все пойдет, как задумано, наша компания будет процветать.

– Нас собираются включить в программу смотра коттеджей Саванны, – добавил Ланс.

Рид усмехнулся:

– Чейз будет заниматься дизайном – значит, «ужасная троица» обречена на успех.

– Может, нам проставить это прозвище на визитках? – сострил Ланс.

Мэдди раскачивалась на качелях, и в голове ее постепенно вырисовывался план.

– Послушайте, а что, если мне принять участие в работах по дизайну?

Ланс и Рид замялись, и оба разом потянулись за чашками с кофе. Ланс налил первым и сыпанул в чашку пригоршню сахара.

– Не знаю, сестренка. Ты ведь частенько не закончишь одно, а уже переключаешься на другое.

– На этот раз я настроена серьезно.

– То же самое ты говорила про художественную школу, – заметил Ланс. – Помнишь, как ты рисовала обнаженную натуру?

– Голых мужчин ты рисовать стеснялась, – подхватил Рид. – Поэтому включила свое воображение и...

– Таким образом, пропорции отдельных частей тела были нарушены.

– Мне было всего шестнадцать, – возразила Мэдди, густо покраснев. – И я рисовала по памяти. Не виновата же я, что в последний раз видела вас голыми, когда вам было лет по пять.

– Только не говори никому, что мы были твоими натурщиками. А то придется каждому объяснять, почему возникло такое несоответствие пропорций.

Мэдди рассмеялась:

– Надеюсь, ваше мужское самолюбие не сильно пострадало.

– Нет, но все же... – начал было Рид.

– А помнишь, как ты хотела вступить добровольцем в «Корпус мира»? – безжалостно продолжал Ланс.

– Я хотела помогать людям, – процедила Мэдди сквозь стиснутые зубы.

– А пауков боялась, – ввернул Рид.

– Арахнофобии подвержен почти каждый.