Чтение онлайн

– Даже не знаю, с чего и начать. Видите ли, обстоятельства сложились так, что по прибытии на Землю мне надо будет оказаться в двух местах одновременно. Ни в одном, ни в другом случае я не могу перенести или отменить свое присутствие. Дело касается моей чести...

– И вы хотите воспользоваться нашим сходством? Но, ведь, при ближайшем рассмотрении, видно, что мы - разные люди.

– В одном из мест, где мне необходимо быть, лицо будет скрыто.

– Карнавал?

– Сейчас все расскажу. Я состою членом привилегированного клуба. Раз в три года члены клуба устраивают что-то вроде исторической игры. Надевают рыцарские доспехи и, разбившись на две группы, сражаются между собой. Сражаются - громко сказано. После нескольких серьезных травм, еще во времена далекие, доспехи, мечи, топоры стали пластмассовыми, с высокой степенью имитации. Впрочем, доспехи могут быть и металлическими, как, например, у меня. Но пластмассовые и легче, и дешевле. Противники сходятся на поле, при огромном стечении зрителей и минут тридцать-сорок усердно машут своим оружием. После чего одна сторона признается судьями побежденной. Тогда начинают пить вино, поедать зажаренного на вертеле быка (настоящего), петь песни и плясать. Вот такая забава для банкиров, предпринимателей и просто рантье, каждый из которых, как минимум, баронет. Для людей, чьи родословные насчитывают не одну сотню лет.

Исключение делается только для глубоких старцев и тяжелобольных людей. Все остальные обязаны принимать участие в игре. Это священная обязанность для членов клуба. А поскольку дата игры известна заранее, каждый располагает временем, чтобы отменить, перенести деловые встречи, решить свои проблемы и тому подобное.

Но! Девушка, расположения которой я добивался два года, назначила мне встречу на тот день и час, когда состоится игра. Она должна дать мне ответ, согласится ли стать моей женой. Попросить ее перенести время встречи я не могу. Вы же знаете, что в таких случаях говорят девушки: "Выбирайте, или я, или ваша дурацкая игра". Особенно, красивые девушки. Так что тут тоже дело чести. Нельзя же не прийти к ней?! Отправить вас вместо себя на встречу с девушкой я не могу. А вот заменить меня в рыцарской игре вы вполне могли бы. На поле участники игры заранее расставляют свои шатры, где они облачаются в доспехи. Вы с Шортером приедете пораньше, войдете в шатер и выйдете оттуда уже в доспехах с гербом Гамильтонов. Сразу после сражения, когда победители и побежденные с криками вздымают вверх оружие, зрители кидаются на поле. В такой сумятице вам не составит труда проскользнуть в шатер и снять доспехи. Мое отсутствие возле бочек с вином и вертела с быком не скоро будет замечено. А вечером в клубе я объясню, что растянул связку и заторопился домой, чтобы доктор наложил повязку. Каков план?

– А почему бы вам не сказаться больным?

– Что, вы, что, вы! Во-первых, надо быть серьезно больным, даже с насморком и кашлем участвуют в игре. У кого повышенное давление, неважно с сердцем, те выступают в роли судей, герольдов, оруженосцев. На поле обязательно присутствует несколько врачей и пара машин "Скорой помощи". Во- вторых, пришлют клубного врача, симуляция всплывет наружу, а это - позор. После такого - лучше стреляться сразу.

– Хорошо, а как быть с вопросом чести, когда вы посылаете меня вместо себя?

– Герб Гамильтонов должен быть на поле битвы. Он там будет. Я посылаю вместо себя заслуженного боевого офицера, а не какого-то наемного актера. В вопросах чести, порой, важно соблюдение внешних приличий. Вы моего роста и почти моего телосложения. Под забралом никто не увидит вашего лица. Шлем искажает звук голоса. Сегодня - среда. Игра состоится в субботу. До этого времени я успею вам подробно объяснить все тонкости, чтобы вы ничем себя не выдали.

– А если бы вы не встретили меня на "Баварии"?..

– Я был в отчаянии. И тут Господь послал мне вас. Шортер ручается головой за вашу порядочность и я ему верю. Согласны мне помочь?

– Ну, что ж. Надо же отплатить добром за подаренный мне костюм...

– Перестаньте издеваться! Я в трудном положении.

– Простите, милорд. Отрыжка солдафонщины. Я готов вам помочь. Честь десантника тому порукой.

Гамильтон схватил мою руку и с жаром ее потряс.

– Спасибо. Рад, что не обманулся в своих ожиданиях.

Расстались мы с лордом почти друзьями. Остаток дня я провел в своей каюте, глядя поочередно, то комедии, то ужастики. От боевиков меня тошнило - настолько все неестественно. За просмотром кинофильмов потихоньку прикончил всю бутылку джина из бара в каюте. Перспектива торчать два дня отпуска из четырнадцати в "старой доброй Англии" меня не прельщала. Приземлиться мы должны были именно в Англии, недалеко от Лондона. Но я тут же собирался пересесть на флаер, идущий в Россию и через полтора часа быть в Великом Новгороде. А на следующий день уже сидеть с удочкой в руках на берегу озера - ловить рыбешку для новгородских кошек.

Черт! Придется "сражаться" за фамильную честь Гамильтонов, размахивая пластмассовым мечом. Черт! Заказывая себе ужин в каюту, попросил бутылку джина и тоник. Морозилка едва успевала замораживать лед. К полуночи я уснул полупьяным.

Глава 2

Утро ничем не отличалось от предыдущего. Тренажерный зал с Шортером, бассейн с Гамильтоном, тарелка овсянки и свежевыжатый апельсиновый сок. Затем уложил в сумку спортивный костюм с кроссовками, аккуратно сложил туда форму, оставшись в костюме, подаренном лордом, но без галстука. Недолюбливал я эти "селедки".

"Бавария" приземлилась минута в минуту по расписанию. Багаж Гамильтона, не в пример моему, был солиднее. Пришлось подождать, пока его выгрузят. Вместительный, роскошный флаер, отъехав от "Баварии", взлетел и через четверть часа опустился на площадку возле старинного замка. Если бы не этот флаер, стоящий на бетонной площадке, можно было бы подумать, что мы перенеслись на машине времени веков на десять назад. На высоких башнях развевались флаги, массивные стены замка окружал широкий ров, заполненный водой.

К флаеру подбежали пятеро дюжих молодцев в униформе, вытащили чемоданы и сумки лорда. Гамильтон шел налегке, Шортер нес в руке кейс с документами, пристегнутый наручниками к запястью. Я сам понес свою нетяжелую сумку. Мы подошли к мосту, перекинутому через ров.

– Поднимается?
– С любопытством спросил я.

– Конечно,- с гордостью ответил Гамильтон,- как и положено, со скрипом и лязгом цепей. Все натуральное, никакого эрзаца. Хотя это сейчас влетает в копеечку,- добавил со вздохом,- пластик и алюминий дешевле. Впрочем, барабан подъемника крутит электромотор. В замке пара генераторов, водопровод, канализация. А то стремление к натурализму черте до чего может довести. Да и мост поднимают не каждый день. Обычно он опущен.

Мы прошли под каменной аркой и вышли на широкий просторный двор, вымощенный тесаным камнем.

– Слева - конюшня, справа - людская, то есть, помещение где живет прислуга,- показал на двери Шортер,- прямо - парадный вход.

– Конюшня - это, кажется, помещение, где раньше держали лошадей?

– Почему держали? Их и сейчас там держат,- спокойно ответил лорд.

– Вы хотите сказать, что там живые лошади?

– А что вас так удивляет?