Чтение онлайн

Протополитарху всегда угрожала опасность со стороны членов своего рода. Отсюда стремление назначать на должности как в центральном аппарате, так и на местах простолюдинов (коммонеров). Даже в протополитархиях, в которых знать играла большую роль, на должность, которую этнографы обычно характеризуют как пост премьер-министра, протополитарх почти всегда назначал коммонера.

Общей тенденцией развития протополитархий было превращение всех должностей в такие, на которые протополитарх в любое время мог назначить любого угодного ему человека и с которых он мог тоже в любое время снять любого, ставшего неугодным. Тогда он становился полным распорядителем всего прибавочного продукта. Даже когда субпротополитарх сам собирал подати и сам оставлял себе часть их, настоящим распорядителем продукта был протополитарх. Именно он, назначая человека субпротополитархом, тем самым выделял ему долю прибавочного продукта, и он же мог в любое время лишить его этой доли, сняв его с этого поста. Наиболее прочной становилась протополитархия тогда, когда не только протополитаристы в целом и протополитарх прежде всего имели право на жизнь и смерть подданных, но когда протополитарх получал право на жизнь и смерть всех членов протополитосистемы.

Когда протополитарх отстранял членов своего рода от участия в управлении прагосударством, они не всегда тем самым теряли право на получение доли прибавочного продукта. Но теперь они получали его в силу принадлежности не к прагосударственному аппарату, а лишь к роду протополитарха. Обычно численный состав рода протополитарха довольно быстро возрастал. Прибавочного продукта для его содержания не хватало.

В результате возникали различные способы выведения членов этого, а также и других знатных родов, из состава господствующего протокласса. Так, например, начиная с определенного поколения, люди, происходящие от одного с протополитархом предка, переставали считаться членами его рода, переставали быть знатью и становились коммонерами. Разумеется, они теряли и право на занятие должности протополитарха. В Буганде, например, существовал целый слой людей, которых называли “крестьянскими принцами”. Это были потомки общих с протополитархом предков, но ставшие к этому времени простолюдинами.

Таким образом, данная тенденция развития протополитархий состояла в утверждении абсолютной власти протополитарха над всеми членами протополитосистемы, особенно субпротополитархами, прежде всего его права не только по своему произволу назначать и смещать их с должностей, но и на их жизнь и смерть, в превращении знатности в исключительно достояние протополитарха и ближайших его родственников. Члены протополитосистемы, особенно субпротополитархи, должны были составлять только протокласс, но не прасословие.

Но наряду с этой тенденцией в протополитархиях действовала и иная, причем прямо ей противоположная. Она состояла в стремлении протополитаристов вообще, субпротополитархов в особенности превратить занимаемые ими должности не только в пожизненные, но и наследственные. Победа этой тенденции означала превращение совокупности членов протополитосистемы в замкнутое привилегированное прасословие, в знать, аристократию и полное или почти полное прекращение социальной мобильности.

В обществе могла брать верх то одна, то другая тенденция, но обычно ни одна из них не реализовывалась полностью. В нем постоянно происходила социальная осцилляция. В результате в большинстве протополитархий существовал своеобразный баланс между этими противоположными тенденциями: была знать, но имела место и социальная мобильность и т. п.

Протополитарное общество, - один из самых важных, если не самый важный тип предклассового общества. Оно имело самое широкое распространение. В Африке южнее Сахары оно существовало у южноафриканских банту, баганда, басога, баньоро, баторо, баньянколе, бахайя, баха, базинза, васакума, фон, эдо (бини), хауса, тикар, бамилеке, моси, мампруси, волоф, менде, бемба, мальгашей о. Мадагаскар и многих других.

В Азии бытие протополитарного общества отмечено у накхи и лису Юньнаня (Китай), палаунов Юньнаня и Мьянмы (Бирмы), части качинов и чинов Мьянмы, у мейтхеев и части коньяк нага Северо-Восточной Индии, части муонгов Вьетнама, у бунгку о. Сулавеси, атони и тетумов о. Тимор, на о. Флорес, о. Ниас, о. Бутунг, о-вах Бату, о-вах Саву, о. Серам, о. Хальмахера. В Океании протополитарное общество существовало и в Меланезии (о. Новая Каледония, о-ва Фиджи, и в Полинезии (о-ва Таити, Тонга, Гавайи), и в Микронезии (о. Понапе, о. Яп). К моменту открытия Америки протополитархии существовали на о. Гаити (Эспаньола), о. Пуэрто-Рико, у собственно чибча или муисков Северных Анд и многих других народов Эквадора, Колумбии, Венесуэлы и Панамы. Одной из самых известных протополитархий Северной Америки является общество натчей. Другая, не менее известная, протополитархия этого континента - Поухатан.

В обществах рассматриваемого типа наряду с протополитарными отношениями существовали и иные образы и даже способы эксплуатации, прежде всего различные разновидности доминаризма и магнаризма. Например в Буганде и Кайоре наряду с протополитаризмом существовало рабство. Но все эти формы эксплуатации играли в данных обществах второстепенную роль. Ведущим в них был протополитарный способ производства, что дает основание характеризовать их как протополитарные.

Протополитарный способ производства возник из преполитарного образа эксплуатации. Пример перерастания преполитаризма в протополитаризм и соответственно становления протополитархии дают меланезийцы островов Тробриан. Первоначально протополитархии были невелики. В дальнейшем началось их укрупнение. Одни протополитархии подчиняли себе другие.

Вначале зависимость одних протополитархий от других выражалась в уплате дани. Возникали державы - объединения, состоящие из одной доминирующей протополитархии и некоторого числа зависимых. Следующий шаг - превращение ранее самостоятельных протополитархий в составные части - округа или провинции одной единой крупной протополитархии. Наглядный пример возникновения крупного протополитарного социоисторического организма, окруженного массой зависимых более мелких протополитархий, дает история зулусов (Южная Африка).

В 1816 г. Чака стал правителем протополитархии Зулу, занимавшей территорию в 100 кв. миль, с населением чуть более 2 тыс. человек. В его армии было 500 воинов. За год он подчинил себе 6 протополитархий. Территория, которую он контролировал, возросла в 4 раза, а армия увеличилась до 2 тыс. человек. К концу 1818 г. под властью Чаки оказалось более 30 протополитархий с общей территорией в 7 тыс. кв. миль. В конце 1821 г. территория протополитархии, возглавляемой Чакой, равнялась 11,5 тыс. кв. миль. В его армии насчитывалось 20 тыс. человек. К 1828 г. территория, контролируемая Чакой, увеличилась до 200 тыс. кв. миль, а его армия выросла до 50 тыс. человек .

В результате экспансии, но только растянувшейся на несколько веков, возникла протополитархия Буганда. К началу XIX в. ее территория равнялась 26 тыс. кв. км, а население составляло 1 млн. человек. В зависимости от Буганды находилось множество соседних областей, одни из которых представляли протополитархии, а другие - местные системы небольших протополитархий (Анколе, Торо, Коки, Кизиба, Бухайя, Карагве, Ихангиро, Бусога и др.). Их население в общей сложности равнялось 1 млн. человек.

Если мелкие протополитархии (вождества) представляли собой демосоциальные организмы, то крупные (“королевства” и особенно “империи”) прирастали к земле, приобретали территориальную структуру, превращались в геосоциальные организмы, хотя остатки демосоциальных структур еще долгое время продолжали сохраняться. С превращением протополитархии в геосоциальный организм совокупность людей, входивших в ее состав, начала выступать как ее население. Это сделало возможным формирование таких групп населения, которые именуются этносами, или этническими общностями.[15]