Чтение онлайн

— Я не могу понять одну вещь, мистер Эпштейн, — юноша пытался поточнее сформулировать возникшее у него странное ощущение. – Ладно, я на принудиловке и должен делать, что велят. Но остальные-то свободны! Почему они позволяют Фиску так над собой издеваться?!

— Потому что им нравится жизнь, которую они ведут, мистер Малфой, — сказал задохлик так, словно это само собой подразумевалось. – Им любопытно проверить, на что они способны, понять, как долго они могут преодолевать боль, интересно заниматься тем, что не только в нашем, но и в магловском мире умеют немногие.

Драко потерял дар речи и не нашелся, что ответить.

Но даже страшная усталость и подспудное беспокойство не помешали юноше задуматься, чему студентов всех боевок учат на занятиях по магловедению. Преподавательница рассказывала ученикам о принципах работы электричества, систем связи, жизнеобеспечения и транспорта, а вторая половина учебника, до которой студенты еще не добрались, была посвящена магловскому оружию и структуре магловской армии… Впечатление складывалось вполне определенное.

Однажды Драко не выдержал и после очередного воскресного крышесносного занятия и обеда предложил Сэму прогуляться в парке, благо погода в сентябре была по–летнему теплой.

— Скажите, мистер Эпштейн, — юноша очень тщательно подбирал слова, — вы не задумывались, зачем мы изучаем столь специфические сферы жизни маглов? Можно подумать, Министерство готовится к войне с простецами!

— Мне не кажется, что цели Министерства именно таковы, мистер Малфой, — столь же осторожно ответил Сэм. — Но, увы, в нашей несовершенной жизни верна поговорка: «Хочешь мира – готовься к войне!»

Драко на мгновение потерял дар речи, а потом выпалил:

— Но как же так! Вы все осуждали Волдемрта за то, что он выступал против грязнокровок и маглов, а сами… — он замолчал, не находя слов.

— Видите ли, мистер Малфой, недоброй памяти Волдеморт намеревался УБИВАТЬ грязнокровок и маглов, а мы ИЗУЧАЕМ магловские обычаи на случай войны с ними. Согласитесь, это не одно и то же…

— Но ведь Волдеморта победили именно маглолюбцы! Или они врали?!

— Дело в том, мистер Малфой, что людям – всем людям – удобно жить в мире иллюзий. Волшебникам приятно думать, что маглы даже не подозревают об их существовании. Это внушает чародеям чувство безопасности и уверенность в своем превосходстве над прочими людьми. На самом же деле о нашем существовании знают очень многие: премьер–министр маглов, летчики и космонавты, которые видят с высоты скрытые от прочих простецов волшебные здания, родственники и друзья маглорожденных студентов Хогвартса, сотрудники спецслужб, расследующие преступления волшебников в магловском мире… Как видите, о чародеях известно великому множеству маглов, и нет ничего удивительного в том, что в числе посвященных в нашу тайну имеются высокопоставленные армейские чины и сотрудники внешней разведки. С их точки зрения, мы потенциально опасны, потому что, будучи гражданами Британской империи, не ощущаем себя ее частью, а подчиняемся собственному правительству и живем по своим законам, не принимая в расчет маглов.

При этом среди чародеев нечасто, но регулярно появляются уверенные в том, что простецов нужно просвещать или порабощать. В двадцатом веке, как ни парадоксально, нам еще повезло: и Грюндевальд, и Волдеморт открыто провозглашали свои цели, так что незадачливых властелинов мира было легко обнаружить и сравнительно несложно уничтожить. Вот в конце XIX века Невилл Сент–Клэр, в магловском мире известный под именем профессора Мориарти, действовал гораздо умнее и осторожнее. Он почти сумел тайно захватить контроль над магловской Британией, и разоблачить негодяя удалось благодаря нескольким случайностям и отчаянным усилиям двоих искателей приключений – чародея Альбуса Дамблдора и магла Артура Конан Дойла. Повезло нам тогда!

Юноша счел за лучшее промолчать: его родные и друзья восхищались Невиллом Сент–Клэром, считая его достонейшим наследником великих волшебников прошлого.

Эпштейн тем временем продолжал рассказ:

— С другой стороны, среди маглов немало таких, кто считают нас или исчадиями ада, заслуживающими уничтожения, или наместниками богов, которым нужно поклоняться. Кроме того, порой чародеи становятся преступниками и нарушают не только наши, но и магловские законы. Но еще более удивительно, что некоторые магловские криминальные структуры тоже знают о существовании волшебного мира и пытаются с помощью работающих на них магов и сквибов установить здесь свои порядки… В общем, все очень сложно, и распутать этот клубок в обозримом будущем не представляется возможным…

— Неужели Министерство магии мирится с таким положением вещей?!

— Можете мне поверить: и наше Министерство, и маглы очень недовольны сложившейся ситуацией, но понимают, что любые попытки резко изменить ее чреваты непредсказуемыми, но очевидно страшными последствиями. Толковых людей, к счастью, больше, чем идиотов, поэтому обе стороны считают, что худой мир лучше доброй ссоры. Пока и мы, и они ограничиваемся полумерами: наверняка в Министерстве Магии действуют шпионы простецов, а некоторые сотрудники высших сфер магловской власти поставляют информацию нам. Впрочем, это скорее хорошо, чем плохо: со стороны многое легче заметить, а очередной Темный властелин – хоть маг, хоть простец – сейчас никому не нужен.

— Я могу понять, почему маглы работают на нас: за деньги они готовы на все, — Драко не верил ушам, — но как волшебники, пусть и маглорожденные, могут сотрудничать с простецами?!

— Думаю, чародеи поставляют информацию маглам, потому что понимают, чем опасен захват волшебниками власти над магловской Британией. Печальный пример Болгарии открыл глаза многим. Там с 1825 года тайно правят чародеи. Сменяются номинальные властители и идеологии, а маги все еще используют простецов как марионеток, пытаясь не тем, так иным способом создать в Болгарии идеальный общественный строй. Печальные результаты этих усилий общеизвестны…

Юноша закусил губу: конечно, дела в Болгарии очень далеки от идеала, но чего еще ждать от дикарей–славян?! В просвещенной Британии все будет иначе!

— Кроме того, — вновь заговорил Эпштейн, — в магловских спецслужбах большинства стран мира существуют специальные отделы, изучающие сущность и свойства магии. В этих отделах чародеи тоже работают… В силу данных причин нет ничего удивительного в том, что многие мракоборцы изучают магловскую технику, как мирную, так и военную. Но подобные занятия ведутся не столько для того, чтобы начать войну, сколько ради прямо противоположной цели. Если каждая из сторон знает, что противник прекрасно осведомлен о ее сильных и слабых чертах, это гарантирует мир лучше, чем любые заверения и договоры правителей. Можете не сомневаться, мистер Малфой: воевать с маглами британским чародеям вряд ли когда-нибудь придется! Так что наслаждайтесь мирной жизнью!

Драко потом часто вспоминал этот разговор. Эпштейн оказался прав лишь наполовину: война с маглами действительно не началась, но наслаждаться мирной жизнью волшебной Англии оставалось считанные дни…

Музыка, которую Драко слышит во сне, — это песня "Immigrant Song" группы "Led Zeppelin".

А этой главе и двум последующим хорошо подходит по настроению "Anybody There" группы "Rainbow".

На всякий случай напоминаю, что в рамках фикатона на Астробашне how сделала к этому фику иллюстрацию–коллаж. Посмотреть его и поделиться впечатлениями с автором вы можете здесь:

http://www.hpfiction.borda.ru/?1–15–30–00000007–000–0-0–1218735512

К фикатону я написала фик "Нарушая запреты", который потихоньку выкладываю на Хнете. Это не приквел "Выродка", а самостоятельная АУ, написанная в жанре флафф. Так что тех, кому "Выродок" нравится именно своей жесткостью, "Запреты" вряд ли порадуют, а всех остальных прошу любить и жаловаться!

В тот день, отправляясь на работу, Драко не предполагал, что именно сегодня его жизнь снова резко изменится. Конечно, юноша немного беспокоился за начальничка, который накануне вечером прислал письмо, извещавшее об отмене утреннего урока. Впрочем, Драко старательно успокаивал себя: подобное случалось и раньше, но через день (в крайнем случае – через несколько) занятия возобновлялись снова. Нищеброды живучие! Ничего с ублюдком Уизли не случится…