Чтение онлайн

Командир добровольцев тоже вышел почти на середину зала, сопровождаемый двумя спутниками, и остановился на таком же расстоянии от предполагаемого места обмена, только с противоположной стороны. Один из помогавших командиру бойцов был долговяз и нескладен, другой – невысок и тощ; оба они также, судя по цвету наклеек на лице, пришли в подземелья по собственному желанию.

Доброволец–коротышка достал из Уменьшающего мешка необходимые вещи и передал командиру. Тот взял их, отдал свою палочку долговязому и направился в центр зала, вытянув перед собой руки, в которых держал карту и бутылки с водой. Драко забрал пакеты с едой и карту у Совы, оставил палочку Саймону и пошел навстречу добровольцу.

Встретившись в середине зала, командиры передали друг другу вещи, быстро проверили их и спрятали в свои Уменьшающие мешки.

Теперь, когда сделка успешно завершилась, можно было поговорить.

— Есть какие-нибудь новости? – спросил Драко. – Мы четыре дня ни одной живой души не видели…

— Все по–прежнему, — негромко ответил доброволец. – Даже, можно сказать, все тише, чем обычно. Затишье, словно перед бурей!.. Кстати, почему ты ходишь без шлема? Это небезопасно! У нас есть один лишний, мы можем поменяться или просто подари… — он вдруг осекся и совсем другим тоном спросил: — Малфой, ты, что ли?

Нет, Хагрид, — юноша удивился: он был одним из немногих охотников на инфери, категорически отказывавшихся надевать шлем и очки, и считал, что его трудно с кем-то спутать.

Командир добровольцев молча снял шлем, открывая коротко остриженные темные волосы, и негромко сказал:

— Твое выступление в Хогвартсе придется перенести, но мое предложение по–прежнему остается в силе, тем более что и новые темы для рассказов появятся…

— И давно вы здесь? – видеть мерзкого Поттера и его компанию было крайне неприятно, но ситуация требовала сохранять хоть какое-то подобие приличных отношений.

— Наш отряд здесь с третьего дня после открытия Туннелей – первые два дня собирали всех наших. Невилл прибыл из Бразилии через неделю, он ходит не с нами, но я знаю, что он жив и не ранен…

— А что же ты без невесты? – окинув взглядом отряд Поттера, Драко узнал нескольких гриффиндорцев, но мелкой Уизли среди них не было.

— Она… в положении, — ответил Поттер сквозь зубы. Было видно, что он тоже не в восторге от встречи, но решил не провоцировать конфликт.

Юноша сначала не понял, что имеет в виду собеседник, но сообразил через несколько секунд и хмыкнул:

— Поздравляю, Поттер! Наш пострел везде поспел!

Мерзкий гриффиндорец явно хотел сказать что-то обидное, но, сдержавшись заметным усилием воли, все-таки промолчал.

Драко тем временем пытался побороть искушение, но потом все же не выдержал и громко сказал:

— Эй, Уизли! Как дела у отца?

Рыжий нищеброд вздрогнул от неожиданности, но после недолгой паузы хрипло ответил:

— Не знаю точно, но вроде в Азкабане все нормально…

В первый момент юноша оторопел, не понимая, за что начальничка могли отправить в тюрьму, но потом хмыкнул:

— Уизли, а у тебя в родне, случайно, нет троллей?! Я о твоем отце спрашиваю!

— А с ним все нормально! Сначала отец у Наблюдателей работал, но в Туннелях от Летающих глаз толку мало: темно, да и огнечерви часто их сжигали… Сейчас он ходит с одним из интендантских отрядов, — в голосе рыжего гриффиндорца звучала настолько явная гордость, что Драко не поверил ушам.

— Уизли, а тебе не кажется, что человеку с таким больным сердцем, как у твоего отца, не место в Туннелях?! – спросил он.

— За моего отца не тебе решать, Малфой! – нищеброд немедленно окрысился, совсем как в старые добрые времена. – Ты лучше за собой следи! Не понимаю, как тебя вообще пустили в Туннели!

— Пустили меня сюда потому, — ласково ответил юноша, — что в первые дни, — а я здесь с первого дня, — люди в подземельях горели, как бумага в камине! Пока вы раскочегаривались, умертвия бы вырвались на поверхность и половину Лондона порвали в кусочки, если бы не мы!

Мелкий Уизли набрал в грудь воздух, собираясь сказать что-то язвительное, но тут заговорила Грейнджер. Она тоже сняла шлем; ее волосы были острижены почти так же коротко, как и у Поттера, и непривычная прическа делала грязнокровку очень похожей на мальчишку.

— Мистер Малфой, к счастью, опасности для Лондона, — как волшебного, так и магловского, — сейчас нет, — быстро сказала она. — И Министерство, и больница Святого Мунго, ныне работающая как госпиталь, тщательно охраняются! В первую же неделю после появления инфери детское отделение и отделения, в которых пациенты находятся постоянно, были переведены из Лондона в безопасное место. Я об этом знаю из писем Полумны Лавгуд. Она в начале войны в Туннелях поступила на работу в больницу Святого Мунго, и мы стараемся не терять друг друга из виду. Кстати, в одном из писем Полумна рассказала, что ваш однокурсник Винсент Крэбб очень хорошо зарекомендовал себя во время эвакуации детского отделения из Лондона…

— А Крэбб по–прежнему на принудиловке? – резко спросил Драко, вспомнив, как молоденькая целительница говорила, что сотрудники больницы и родители маленьких пациентов обращались в Министерство с просьбой о досрочном освобождении бывшего Пожирателя Смерти.

Девушка заметно смутилась.

— Думаю, да, — ответила она после недолгого молчания. – Если бы Крэбба реабилитировали, Полумна об этом наверняка написала бы… — заметив ехидную усмешку собеседника, Грейнджер быстро заговорила: — А миссис Флинт теперь вновь управляет фабрикой по производству волшебной косметики! Там ведь и лечебные зелья варились, хоть и в небольшом количестве, вот бывшую владелицу и попросили увеличить объемы их выпуска…

— Великое благодеяние! – юноша хмыкнул. – Только непонятно, кто кому его оказал! Насколько мне известно, при новом управляющем фабрика работала себе в убыток. При миссис Флинт она была очень прибыльной, и Министерство, назначая управляющей прежнюю владелицу, заботится в первую очередь о собственной выгоде!

— Ты прав, Малфой, — вдруг разозлился Уизли, — лучше было бы этой старой Пожирательнице Смерти по–прежнему мыть полы в Министерстве! Там ей самое место!

Драко задохнулся от возмущения: он твердо знал, что миссис Флинт никогда не была Пожирательницей Смерти, а работать уборщицей в Министерстве согласилась, чтобы ее арестованного сына приговорили к условному сроку тюремного заключения. Юноша как раз собирался осадить нищеброда, но тут заговорил Поттер, и Драко замер, пораженный его тоном. В голосе Победителя Волдеморта звучала не злость или обида, а бесконечная, безнадежная усталость:

— Послушайте, может быть отложим выяснение отношений до того момента, когда выберемся на поверхность? Неужели вам сейчас не жаль тратить время и силы на абсолютно бесполезные споры?

Возвращаясь к реальности, юноша сообразил, где они находятся и чем займутся, как только покинут этот зал, и резко произнес:

— Хорошо, согласен, но разговор только отложен! — вдруг Драко почувствовал отчаянную, бесконечную усталость сродни той, что, видимо, сейчас испытывал Поттер, и продолжил неожиданно для себя самого: — Впрочем, что мне с вами обсуждать?! Вы победили, я проиграл… Мы никогда друг друга не поймем…