Чтение онлайн

С этой главой по настроению очень хорошо сочетаются песни "Pictures of Home" группы "Deep Purple" и "Fire Dance" группы "Rainbow".

Когда третьего января сразу после завтрака Драко увидел сову, к лапе которой был привязан огромный конверт с печатью Министерства, то нисколько не удивился. Более того, юноша заранее подготовился ко всем возможным последствиям такого послания.

Как и следовало ожидать, текст письма гласил:

Уважаемый мистер Малфой,

Настоятельно прошу Вас явиться сегодня в полдень в кабинет №312 для разъяснения некоторых вопросов.

А. Грегсон

Закончив чтение, Драко отправился на кухню и сказал эльфийке:

— Орти, если я не вернусь домой сегодня вечером к ужину и не предупрежу о том, что задерживаюсь, ты немедленно трансгрессируешь в больницу Святого Мунго миссис Малфой, не слушая возражений. Затем ты спросишь у целителей, сколько нужно денег, чтобы оплатить ее дальнейшее лечение до полного выздоровления, и немедленно – слышишь, немедленно! – передашь им всю сумму из этого Уменьшающего кошелька. Если сможешь, присмотри за домом – деньги бери из маленького сейфа на кухне. Когда мама вернется домой, передай ей, что средства на жизнь лежат в сейфе в кабинете отца; пароль прежний. Осмотреть тайник тоже не помешает…

— Сэр, случилась какая-то беда?! – маленькое личико домовухи исказилось от тревоги. – Сэр, я вас очень прошу, если у вас возникли какие-то проблемы, то, пожалуйста, обратитесь за помощью к вашему начальнику — мистеру Артуру Уизли! Он вас очень любит и непременно поможет!

— Если понадобится, я так и поступлю, Орти. Но ни в коем случае не забудь мои слова! До свидания!

— Я все запомнила, сэр! – эльфийка поклонилась. — До свидания, сэр!

Затем юноша, на собственном опыте успевший усвоить, что в отсутствие магии одежда простецов согревает лучше, надел джинсы, толстый свитер, подбитую мехом куртку и теплые магловские ботинки. В карман джинсов Драко убрал Уменьшающий мешок, куда еще вечером первого января сложил личные вещи, которые, возможно, не отберут при аресте. Завершив сборы, юноша, молча ругая себя за сентиментальность, быстро прошел по всем этажам. Он не знал, когда вновь увидит родной дом, и хотел на всякий случай проститься с ним.

Напоследок Драко зашел в фамильную сокровищницу – проверить, все ли из немногих уцелевших украшений лежат на своих местах. Не найдя никакого беспорядка, юноша уже повернулся к выходу, но, удивляясь сам себе, взял браслет, в котором ходил на недавний торжественный прием в Министерстве, и надел его. Сначала Драко сам удивился, зачем это сделал, — ведь любые украшения все равно отберут при аресте, — но, поразмыслив, понял, что поступил правильно. Когда высокородный волшебник является по вызову мракоборца, нарядившись очень модно (пусть и по–дурацки) и надев фамильные украшения, то очевидно, что ничего плохого для себя от посещения Министерства визитер не ждет… А если случится худшее – даже самые циничные мракоборцы не рискнут прикарманить майоратное украшение, защищенное очень древней и сильной магией. Так что после ареста владельца браслета это старинную безделушку, скорее всего, передадут миссис Малфой…

Обойдя дом, юноша попрощался с матерью, стараясь выглядеть веселым, а затем вышел из дома и трансгрессировал к входу в Министерство. Мыслей о побеге у Драко не было: он по–прежнему оставался на принудиловке, и его волшебная палочка была зарегистрирована Министерством. Кроме того, если подозреваемый сбежит, чиновники могут отыграться на его матери…

Огромный холл Министерства оказался непривычно и предсказуемо пуст. День сегодня был еще не рабочим, но стражи порядка, разумеется, трудятся без выходных и праздников…

Шагая по бесконечным коридорам третьего этажа, юноша позволил себе улыбнуться наивности Орти. «Ваш начальник Артур Уизли вас очень любит и непременно поможет!» Надо совершенно не знать нищеброда, чтобы ляпнуть такое!

Драко не знал, любит ли ублюдок Уизли своих многочисленных детей, но вполне мог это допустить. Однако отношение начальничка к подчиненным вообще и к нему самому в частности юноша мог охарактеризовать лишь определениями, по смыслу диаметрально противоположными слову «любовь»…

Впрочем, поразмыслив, Драко решил, что это не так плохо. Вот если бы начальничек воспылал неземной страстью к своему подчиненному – тогда действительно начался бы кошмар! В отличие от высокородного Лайонела Кэрригана, ублюдок Уизли, объяснений не понимает! Представив, как нищеброд признается ему в любви, а затем немедленно переходит к наступательным действиям, юноша хмыкнул, радуясь, что хоть эта напасть его миновала.

Перед входом в кабинет №312 Драко выпрямил спину и нацепил на лицо самое надменное выражение. Чем бы ни закончился этот визит, министерские не увидят страха высокородного наследника Малфоев и Блэков!

— Добрый день! Меня вызвал мистер Грегсон…

— Да–да, мистер Малфой, проходите! – совершенно лысый человек, сидевший за заваленным бумагами большим столом, энергично закивал. – Присаживайтесь, пожалуйста! Я Алкид Грегсон, и причина моего приглашения столь же радостна для вас, сколь, боюсь, и печальна… Мистер Малфой, не затруднит ли вас объяснить, когда и при каких обстоятельствах вашей семьей были утрачены эти вещи?

Мракоборец взял с полки Уменьшающий мешок и высыпал его содержимое на стол. Юноша без особого удивления увидел украшения, некогда отданные Октавию Трэммеллу. Конечно, на столе у мракоборца сейчас лежало чуть меньше трети полученных Затейником фамильных драгоценностей, но майоратные вещи, защищенные особыми заклятьями, невозможно не узнать.

Грегсон молчал, внимательно глядя на собеседника. Драко собрался с силами и очень удивленно воскликнул:

— Да, это действительно наши фамильные ценности! Как же они к вам попали?!

— А как и когда они покинули ваш дом, мистер Малфой?

— Я пожертвовал их сотруднице благотворительного фонда – мисс Мелиссе Стивенсон. Это очень милая, приветливая девушка! Она собирала деньги на помощь осиротевшим во время последней войны детям и так ярко рассказывала об их страданиях, что невозможно было не помочь малышам!

Эту байку юноша сочинил после внимательного прочтения статей о Затейнике, опубликованных в «Ежедневном пророке». Свою историю Драко постарался сделать двухслойной – если мракоборец не поверит неожиданной доброте условно–досрочника, то, возможно, мальчишка, осыпавший подарками случайную подружку, покажется более убедительным.

— И когда же вы познакомились с мисс…

— С мисс Стивенсон я познакомился в середине февраля в баре «Веселый полтергейст»… или нет, в «Хромом фестрале»! А, может быть, в «Подвязке бэнши»? Увы, не могу вспомнить точно… Я тогда посещал многие бары, а мисс Стивенсон как раз зашла в один из них выпить чашку кофе по окончании рабочего дня!

— А вы тогда только–только вышли из тюрьмы, мистер Малфой? – на тонких губах Грегсона появилась легкая улыбка.

— Да, вы совершенно правы!

Юноша, глядя в глаза собеседнику, вспоминал действительно встреченную в первый вечер на воле девушку, стараясь, чтобы ни ее лицо, ни интерьеры бара Грегсон не увидел.

— Вы виделись с мисс Стивенсон только один раз?

— Нет, раз пять или шесть… Фамильные драгоценности я пожертвовал в ее благотворительный фонд во время нашей третьей встречи, — теперь нужно было смутиться. – Боюсь, когда мисс Стивенсон поняла, что я больше ничем не могу помочь сиротам, она потеряла ко мне интерес…