Чтение онлайн

Вот уже полчаса я расхаживаю по гостиной в ожидании того, что Илья нароет информацию о том, куда Агнешка с матерью могли переехать. Перец кружит возле моих ног, жалобно поскуливая, словно считывает мое душевное состояние.

— Нашел! — Илья выходит из кабинета на первом этаже, где помимо компьютеров расположена вся система безопасности дома.

— Где она? — подлетаю к нему и вырываю лист бумаги и его руки.

— Это адрес, по которому они предположительно проживают, — осторожно поясняет он. — Но это еще не значит…

— Да, да, конечно. Спасибо! — я уже не слушаю его и снова выбегаю из дома. — Перчик! За мной, малыш!

* * *

Ужасный район. Я ни за что не позволю ей жить здесь. Конечно, когда найду ее. А я найду.

— Мы найдем ее. Да? — смотрю Перцу в глаза, желая увидеть в них уверенность, что так и будет. Мне так это нужно сейчас.

Оглядываюсь по сторонам и вхожу в темный подъезд с неработающей лампочкой.

Внутри меня все холодеет, когда спустя минуту настойчивой трели дверного звонка к двери так никто и не подходит.

Где же ты, милая?

И где ее мама? Может, они уехали куда-нибудь вместе? Агния упоминала, что у ее бабушки проблемы со здоровьем. Вполне возможно, они поехали к ней. Поэтому Агнешка сорвалась в середине рабочего дня и убежала из клиники.

Хочется верить, что все дело в этом. Но моя интуиция кричит мне, что все гораздо серьезнее.

Выхожу из подъезда и оглядываюсь по сторонам. Где ее искать? Пока Илья найдет адрес ее бабушки, пройдет еще больше времени. Которое сейчас бесценно. Каждая минута неизвестности тянется для меня, как вечность.

— Эй! Ты куда? — кричу, когда Перец вдруг срывается и несется в кусты около подъезда. Я даже не подумал взять с собой поводок. — К ноге! Перец!

Он выбирается из кустов, зажав в пасти какую-то грязную тряпку.

— Ты чем это там занимался? Что это? — беру в руки грязный клочок шелковой ткани. — Это же… голубой платок Агнешки. Он превратился в коричневую от грязи тряпку. Но это точно ее платок. Он был повязан у нее на ручке сумочки, когда мы гуляли в парке.

— Ты унюхал ее запах, малыш? Молодец! — рассеяно глажу его. В воскресенье платок был точно при ней. Она могла обронить его в понедельник, когда шла утром на работу или когда вернулась домой. Возможно, это случилось сегодня. Хм. Она вышла из дома и направилась в неизвестном направлении.

Когда же именно она была здесь в последний раз? И что с ней случилось после этого?

Сейчас жизненно важно узнать, когда именно она выронила его. Мне кажется, в этом ключ. Оглядываю унылую улицу. Здесь нет ни магазинов, ни офисов, где могли бы быть камеры видеонаблюдения. Вечером здесь вообще малолюдно, двор пустой. Даже бабушек на лавочке нет. Неудивительно, так как сами лавочки выдраны с корнем. Не самая благополучная улица…

Осматриваю двор еще раз, и мой взгляд падает на довольно дорогую для этой улицы иномарку. То, что привлекает мое внимание, — авторегистратор на лобовом стекле.

Это пусть и небольшой, но шанс. Тянусь к телефону, чтобы набрать Илью, и в этот момент передо мной резко тормозит огромный внедорожник Никиты. Из него выходят босс и Илья.

— Чили, ты так быстро убежал, даже не подождал нас, — говорит Илья.

— Илья! Как я рад вас видеть! Пробей номер этой машины. Мне нужен телефон владельца. Кажется, я нашел зацепку, — выпаливаю на одном дыхании. — Регистратор! Видите?

Никита подходит к капоту и ударяет со всей силы по нему. Отчего начинает орать сигнализация.

— Так быстрее! — невозмутимо говорит босс.

И он прав. Через пару минут из дома выбегает растрепанный и очень злой мужик.

Он начинает орать и сыпать угрозами, но, подойдя ближе, тушуется под взглядом Никиты.

— Прости, мужик. Но у нас есть к тебе дело. Регистратор работает? — Никита кивает на лобовое стекло.

— А как же. Кто-то из соседских детей постоянно царапает мою машину. Хочу поймать этих маленьких засранцев.

— Нам нужна запись за последние сутки.

— За последние двое суток, — поправляю я босса. — мы хорошо заплатим, — говорю мужику, видя, что он собирается спорить.

— Он постоянно включен? — спрашивает Илья, наклонившись к машине.

— Нет. Запись включается автоматически, только когда есть движение в паре метров от машины.

Смотрю на подъезд, прикидывая расстояние.

— Это должно сработать. Нам нужен твой авторегистратор, — заявляю тоном, не терпящим возражений.

Всучив ему приличную сумму, я умираю от нетерпения, ожидая, когда Илья подключит регистратор к своему планшету. Мы рассаживаемся на заднем сиденье внедорожника Никиты.

— Ну же! Скорее!

— Андрей, ты должен успокоиться. С такими нервами ты не поможешь ей, — ворчит Никита с водительского места.

— Успокоится? Спокойствие — это последнее, что можно было сказать о тебе, когда Юлю похитили, — возражаю ему.

— Мы не знаем пока, что с ней случилось, — бормочет Илья. — Но попробуем выяснить, когда она была здесь в последний раз. Готово!

Мы вглядываемся в экран, где на быстрой перемотке назад видно, как мы говорим с мужиком, затем как машина Никиты подъезжает, как Перец убегает в кусты, прямо рядом с машиной.

В напряженном молчании мы просматриваем запись, проматывая те часы, когда машина ездила по городу днем. Утром пока она стояла у подъезда, камера зафиксировала, как разные люди выходят из дома и устремляются по своим делам. Разные. Но не Агнешка. Ее мамы тоже не было видно. Версия про бабушку снова набирает обороты.

— Сегодня она не выходила из дома, — констатирует Илья.

— Значит, в понедельник после того как она выбежала из клиники, она так и не пришла домой, — они переглядываются с Никитой. А у меня внутри все холодеет.

— Или пришла и сразу же ушла! Мотай дальше! — настаиваю.

Прошлой ночью никаких записей не было, поэтому мы сразу перескакиваем на вечер понедельника.

— Вот черт! — Илья придвигается ближе к монитору с сосредоточенным лицом.

— Нет! — кричу, вглядываясь в экран. — Только не это!

— Что? — Никита нависает над нами. — бл… Агнешка, — его челюсть напряженно дергается.

— Погоди! Останови запись! — трясу Илью за плечо. — Отмотай чуть назад! — перехожу на крик. — Я узнаю его! Я узнаю его!