Чтение онлайн

Мы выходим в просторный холл, который превратили в гостиную. Посередине стоит большой угловой диван и длинный стол с деревянными лавками. В углу — огромный холодильник и встроенная мини-кухня, как делают в апарт-отелях.

На диване сидят еще две девушки, недружелюбно рассматривающие меня. Между ними устроился высокий мужчина, одетый в элегантную темно-серую рубашку. Но это не делает его образ менее отталкивающими и пугающим.

— Я Марек, — он убирает руку с бедра одной из девушек и встает, возвышаясь надо мной. — Пойдем, прогуляемся к шефу, Агнешка.

— Где я? Кто вы такие? Зачем вы схватили меня? — спрашиваю на внезапной волне храбрости, сжимая кулаки.

— Ты смелая, — говорит он с одобрением в голосе. — Тебе пригодится это здесь, — заключает он уже без улыбки. — Твой папа должен нашей организации много денег, милая.

Он бесцеремонно хватает меня за локоть и ведет к железной двери с кодовым замком.

Я не хочу, чтобы он называл меня милой. Так говорил Андрей. Только это звучало совсем по-другому. Андрей! Я так и не успела позвонить ему, не успела сказать, что он мне нравится. Я убежала в расстроенных чувствах из его дома. И теперь он уже никогда не узнает, что я сожалею об этом.

Мы спускаемся по лестнице на первый этаж в еще более просторный холл. Это место кричит о богатстве, как и одежда моего похитителя. Сколько же денег им должен папа? И почему они взяли меня, а не его?

Меня вталкивают в кабинет, в котором царит полумрак. Несмотря на разгар дня, жалюзи здесь опущены и единственным источником освещения служит старая громоздкая лампа на столе.

В огромном кожаном кресле сидит мужчина, по сравнению с которым Марек просто агнец.

— Здравствуй, Агнешка, — растягивая слова говорит пугающий незнакомец за столом. — Твой отец должен мне много денег. Поэтому ты здесь.

— Но я… я не видела папу уже очень давно. При чем тут я? — борюсь с дрожью в голосе, но безуспешно.

— Долги всегда надо отдавать, — бесстрастно отвечает он.

— У меня нет денег. Это недоразумение. Пожалуйста, отпустите меня. Я никому ничего не скажу. Я просто пойду домой.

— Боюсь, твой дом слишком далеко, чтобы дойти до него пешком, — смеется он. — К тому же так это не работает. Если ты будешь вести себя тихо и слушаться, с тобой ничего не случится. Как только твой отец вернет нам деньги, с процентами конечно, мы сразу же вернем тебя ему.

— Но я даже не знаю, где он. Он просто пропал.

— О, мы знаем, где он. От нас так просто не скроешься, — он потирает самодовольно руки. — Он уже оповещен. Если он уложится в срок, то ты вернешься домой.

— А если нет?

— Тогда, боюсь, тебе придется отрабатывать долг за него, дорогая, — он многозначительно оглядывает мое тело, задерживая взгляд на моей груди.

— Сколько времени вы дали ему, чтобы вернуть долг? — мои руки дрожат, а на глазах выступают первые слезы.

— Две недели. У тебя есть две недели. Конечно, если ты не захочешь начать раньше.

«Не захочешь начать раньше». Его злобная улыбка преследует меня, даже когда я снова оказываюсь одна в комнате, которую мне выделили.

Мой папа… тот человек, которым он был раньше, обязательно бы спас меня. Он сделал бы все, что нужно. Но сейчас, когда его разум находится в плену болезненного пристрастия к азартным играм, могу ли я рассчитывать на него?

За мной никто не придет. Никто не спасет меня. Ни папа, ни волшебный принц, не благородный герой из моих фантазий.

Когда терпение этих людей закончится, и они поймут, что денег им никто не вернет, что они сделают тогда со мной?

Превратят в одну из шлюх? Будут держать в этом доме вечно?

Неизвестность и ожидание самого худшего невыносимы. Хватит ли у меня сил сопротивляться нарастающей панике?

16

Андрей вторгается в мои мысли постоянно. На самом деле воспоминания о нем — это то единственное, что помогает мне не сойти с ума в плену.

Наши последние минуты вместе. То, как он смотрел на меня, как нежно его губы касались моих. Я была полностью в его власти, одурманена его ласками. Наверняка он с его большим опытом видел это. И мог бы использовать в своих интересах.

Но вместо этого он сказал, что не хочет торопиться. Теперь, лежа здесь в темноте и одиночестве, я понимаю, я вижу его истинное отношение.

Мне бы еще один раз испытать это волшебное чувство, почувствовать, как его губы ласкают мои, покусывают и тянут нижнюю губу. Потом спускаются на шею, плечо, сменяя поцелуи на легкие покусывания, рождая порхание тысячи бабочек в моем животе.

— Вставай! Уже время ужина, — дверь распахивается и яркий свет, льющийся из коридора, бьет мне в глаза. — Не будешь же ты все время лежать здесь! Пойдем! — Джина входит в комнату и встает рядом с кроватью, уперев руки в бедра. — Познакомишься с остальными девочками.

Мой желудок урчит, и только сейчас я осознаю, что не ела уже сутки.

Мне не очень хочется знакомиться с теми девушками, которые прижимались к Мареку на диване. В их взгляде не было ничего дружелюбного. Но есть внезапно очень хочется. Так что я заставляю себя встать с кровати.

Когда мы входим в общую зону, я вижу этих девушек, сидящих за столом. Но больше никаких новых лиц. Только они и мы с Джиной. Если честно, я думала, что в борделе должно быть больше женщин.

Эти девушки выглядят как супермодели одного из самых престижных модельных агентств мира. Они роскошные, высокие, с идеальной кожей, пухлыми губами. В них есть природная грация. Только вот глаза пустые.

Судя по количеству дверей в коридоре и стульев в зоне кухни предполагаю, что девушек изначально было больше. Что же с ними случилось? Их отпустили или…?

Я стесняюсь подойти к холодильнику в незнакомом месте, но Джина берет меня за руку и подводит к нему.

— Бери, все что хочешь. Продукты часто привозят. Только эти обезжиренные йогурты с синей крышкой не трогай. Это Алены. Она за них и убить может, — Джина улыбается, а я силюсь понять, шутит ли она или говорит всерьез.

Быстро делаю себе салат и бутерброд и присаживаюсь с краю за стол. Нервозность и страх снова охватывают меня, но я заставляю себя жевать, так как мне нужны силы. Силы, чтобы бороться. Силы, чтобы сбежать отсюда.