Чтение онлайн

— Она смотрела про Мида, — сказал я. — И про вас, инспектор. И даже про Ирвина. И про камрада Кетаки. И про меня…

— Ну, я же говорил… — шёпотом простонал Хёугэн. — Я же чувствовал!

— А ещё про кого? — поинтересовался Ирвин.

— Цзайчжи Саласар, — зачитал я. — Симон Юсупов, Нана Фицджеральд, Ядвига Зив, Анис Цзян…

— Ну, это, наверное, из-за суда, — заметил Ирвин.

— Наверное… Уистлеры… Я знаю их младшего. О, и Адамсы тоже! Ха, Макс Рейнер… Тут много имён!

— Главное, Мид есть, — сказал инспектор. — Так что будем делать? Сами разберёмся — или других подключим?

— А как разбираться? — усмехнулся Ирвин. — Как вы собираетесь воздействовать на журналиста? Вы хоть представляете, что будет?!

Инспектор вновь принялся полировать голову ладонью. Щетина шуршала — очень хотелось попросить его перестать, но я не стал начинать ссору.

— Что, будете просить журналиста не рыть? — продолжал Ирвин. — Может сразу — не дышать? А вообще, я бы посмотрел, что будет, если обэшник и помощник аж самой Главы начнут придавливать нашего брата! О, это был бы тот ещё театр!

Я кинул взгляд на стопку неразобранного. Верхнее имя — «Григорий Перельман». Математик. Отказался от награды, что вызвало широкий резонанс в обществе. Которое в то время было очень крепко завязано на получении прибыли. Потому что находилось очень и очень далеко от нашего уровня развития. Потому что не осознало ещё, что пока есть возможность умереть с голода, никакой свободы нет и быть не может.

— Я с ней поговорю, — предложил я. — Выясню, что у неё уже есть. Попробую объяснить, как это серьёзно…

Инспектор и журналист посмотрели на меня с недоверием. Я не стал им объяснять, что собираюсь изучить профиль Елены Бос. Чтобы прийти на разговор не с пустыми руками — и надавить на неё, если понадобится. Хотя это будет нарушением закона. Значит, нужно найти что-то такое, что было бы одновременно разрешено и болезненно…

Зацепки, опять зацепки. Елена, Нана — кто ещё? Леди Кетаки? А почему бы и нет? Чего мне терять? Что они со мной сделают? Отправят в ТФ? Отключат? В последнем я сильно сомневался. А даже если и так — ну, и что? Постоянно думать о возможном отключении — и этим оправдывать бездействие и трусость?

Я едва успел перехватить его перед началом работы — нагнал в дверях «В1-Б-9», и мы сразу же отошли подальше, чтобы ненароком ни с кем не столкнуться. Выбрали пустую рекреацию — скромный закуток в дальнем конце библиотечного блока.

— Что, получилось? — с надеждой спросил Йохан.

Он был такой несчастный, нескладный, неудобный сам для себя — в общем, абсолютно безобидный. Когда я увидел его в первый раз, то подумал о хрупком медлительном палочнике, который умеет только прятаться. Казалось, он в принципе не способен причинить вред!

Но Йохан был прав, когда записывал в свой личный список достижений «уговорить помощника Главы заглянуть в базу данных». Он постарался, настраивая меня должным образом. Решение принимал я сам, но я пошёл на это, переступая через внутренние убеждения, потому что хотел помочь. Мне было жалко его, Нортонсона, всех остальных — больше, чем себя.

Кто знает, как бы сложилась жизнь у бедного лейтенанта, если бы я не залез в профиль Ядвиги Зив… Но как теперь будет складываться моя — сомнений нет.

— Я посмотрел, — кивнул я, присаживаясь на диванчик. — Всё посмотрел.

Йохан остался стоять.

— И?

— Думаю, тебе надо уйти прямо сейчас. Я имею в виду, не прощаясь.

Он не сразу осознал, что произошло.

— Просто выйди из группы. Без объяснений, — продолжал я. — Возвращайся к себе. И занимайся своими делами. Ну, или придумай что-нибудь — у тебя это неплохо получается. Хотя я сомневаюсь, что камрад Шелли или ещё кто будет интересоваться, что произошло… Яся сам загребёт всю славу, — вспомнил я слова Йохана. — Без тебя.

— А как же Нана? — прошептал он. — Как же…

— Согласно решению суда, камрад Фицджеральд год проработает в ТФ. А может быть, и больше, если ей там понравится. Хочешь быть поближе к ней? Переводись туда.

— Но ты хотя бы посмотрел…

— Фикс-Инфо запрещает обсуждать с тобой этот вопрос.

Он отвернулся, пробормотал еле слышно:

— Ты всё-таки андроид…

— А ты не знал?

— Рэй, ты не понимаешь…

— А чего тут понимать? Ты гоняешься за ней уже пятый год. Прилетел на «Тильду» ради неё. Переводишься из сектора в сектор, чтобы быть поближе. Соцмониторинг собрал на тебя большое досье. Знаешь, а не факт, что тебя отпустят в ТФ или позволят приблизиться к ней! Ради её же блага — запретят!

Мои слова ранили его — он вздрагивал, попеременно краснея и бледнея, скрещивал предплечья, как будто хотел закрыться от ударов.

— Ты и в Восточный хотел перевестись, да не пустили! Операторам проще, не то что Службе Досуга, так? Яся упёрся. Не захотел брать тебя в свой отдел, потому что прекрасно понимал, зачем тебе сюда надо. И тогда ты нашёл лазейку! Благородное дело, чего уж там: помочь школьникам, дополнить программу… А заодно — шанс узнать что-нибудь про неё — от меня.

— Ты не понимаешь, что такое любить, — сказал он, глядя в сторону. — Не понимаешь…

— Зато я понимаю, что такое преследование, — усмехнулся я, наблюдая за его мучениями. — И понимаю, насколько это «приятно»!

— Не понимаешь, — упрямо повторил Йохан. — Я всё про тебя знаю! Тебе всего девять лет! Тебя закончили делать девять лет назад, выпустили, как камилла! Потом набили твою голову знаниями, подучили… Но ты не понимаешь ничего, что касается людей! Не понимаешь, что такое чувствовать, хотеть, желать, любить, не понимаешь, как плохо, когда дорогой человек даже смотреть на тебя не хочет!

Я вспомнил Линду — и поразился отсутствию обычных симптомов. «Я перестал скучать по ней — или ситуация способствует?»

— Не важно, что я понимаю, а что — нет, — сказал я. — Либо ты прямо сейчас вернёшься в свой Северный сектор, либо я сообщу всей команде, что ты присоединился к нам, чтобы продолжать следить за своей пассией. Хочешь, чтобы они узнали?

Он молчал.

— Или они знают? — уточнил я. — Туччи, наверное, догадывается. Дэн знает наверняка. И Бос…

Вспомнив о журналистке, я выглянул в коридор — и увидел её в дальнем конце, на углу. Послание моё она получила и отреагировала. Теперь ждала, когда я закончу с Йоханом.