Чтение онлайн

– Повеселись хорошенько. Тебе это необходимо, – сказала она. – Сила приходит с радостью и удовольствием.

В Сан-Франциско Джек и Стюарт остались у своих друзей, пары лесбиянок, в Ноб-Хилле, в нескольких кварталах от отеля «Никко», где Анна заказала номер. Ее тоже приглашали остаться в доме, но она нуждалась в уединении и спокойном сне.

Почти весь первый день они со Стюартом посвятили походу по магазинам. Купили белье и мыло для ванны в эксклюзивных бутиках, а в Чайнатауне – шелковые пижамы, пару тапочек для Флинн и нефритовую статуэтку собаки.

– Хватит магазинов, – сказал Стюарт; его руки были полностью нагружены пакетами. – Мы никогда не вместим весь этот хлам в самолет.

Анна положила браслетик из нефрита, а потом взяла его снова и кивнула продавщице. Браслет был небольшим и должен подойти Флинн. Ей уже пора носить красивые украшения. Нефрит приносил удачу.

Снаружи по улице тянулась похоронная процессия, добрая сотня человек. Впереди несли огромную фотографию погибшего. Все были одеты в традиционные китайские костюмы. Анна отвернулась, взяла браслет, который купила для Флинн, и бусинки неожиданно сорвались с нитки и рассыпались по полу.

– Все в порядке, – сказала продавщица. – Это просто недоразумение. Я принесу другой.

– Нет, – возразила Анна. – Нет. – Она протянула кредитную карту. – Я хочу, чтобы вы вернули мне мои деньги. Переведите на мой счет.

Женщина спорила около десяти минут, показывая на вывеску, в которой было сказано, что деньги назад не возвращаются, и, когда Анна ей не уступила, в конце концов пошла за менеджером.

– Извини. – Анна повернулась к Стюарту, который стоял в дверном проходе и наблюдал за похоронами.

– Нет проблем, – ответил он. – Как ты думаешь, все они дети этого мужчины?

Анна обернулась и насчитала семь детей, одинаково одетых, в возрасте-от двух до пятнадцати лет.

– Да, – ответила она, рассматривая женщину, вероятнее всего, вдову. – Возможно.

– Мадам, – произнес менеджер магазина за ее спиной. – Это очень печальный день для вас, конечно.

– Что? – переспросила Анна.

– Пожалуйста, примите мои глубокие соболезнования.

Анна оглянулась на него. Менеджеру, несомненно, было лет сто, и он был слепым. Продавщица что-то сказала ему по-китайски.

– Я просто хотела вернуть свои деньги, – объяснила Анна.

Мужчина чуть повернул голову, словно прислушиваясь к барабанному бою снаружи, и кивнул:

– Да. Но, пожалуйста, примите мои соболезнования в связи с потерей близкого человека. Мы не создадим вам дополнительных проблем.

Анна была без сил, когда они со Стюартом дошли до границы Чайнатауна, чтобы встретиться с Джеком в ресторанчике «Нан Кинг» и поужинать.

– Он что, подумал, я принимаю участие в похоронной процессии? Нет, конечно же, он знал, что я просто глупая туристка. Он просто вывел меня из себя.

– Кто знает. Возможно, языковой барьер. – Стюарт придержал для нее дверь.

Пока они ужинали, Анна чувствовала, как в ней растет страх, вызванный словами старого китайца. Она посмотрела на соседний столик – там сидела молодая пара с двумя маленькими детишками – и, не понимая почему, вдруг почувствовала глубокое убеждение, что запомнит этот день и этого слепого менеджера до конца дней своих.

– Дорогу Анне, – сказал Джек.

Она посмотрела на него и улыбнулась:

– Между прочим, ты выглядишь прекрасно. С румянцем все в порядке. И я проверяла твои анализы – они приходят в норму.

– Ты думаешь? В любом случае, должен напомнить, что ты на каникулах. Перестань волноваться. Ты едва притронулась к свинине. – Он подвинул к ней тарелку.

Анна рассмеялась:

– Как ты догадался, что я волнуюсь?

Он протянул ей свой мобильный телефон:

– Видно по глазам. Успокойся, впереди у нас удивительная ночь, милая.

Анна вышла на улицу и набрала номер Виолетты. Все было в порядке. «Девочка поужинала и сейчас танцует. Ты знаешь, эти ирландские подскоки и перевороты. Флинн – настоящее сокровище. Хочешь поговорить с ней?» Анна отказалась, она просто хотела убедиться, что все в порядке, и завтра позвонит снова.

Она прикурила сигарету, глядя на мужчин через окно. Стюарт никогда не казался ей безусловно подходящим партнером для такого человека, как Джек, но он принес ему успокоение; это очевидно. Точно так же она чувствовала себя с Хью много лет назад. Она подозревала, что Стюарт боролся со своими желаниями. Когда они раньше жили вместе, Джек не очень хорошо относился к партнеру, однажды он высказался в том духе, что у людей либо есть ген моногамии, либо его нет, и как можно обвинять человека в том, что ему не дано природой? Анна в ответ обозвала Джека ослом. Все же, что бы между ними ни происходило, она была рада, что к больному возвращались силы. Анна могла бы поклясться, что количество здоровых клеток возрастает. Так было, когда ее дочь была младенцем, – каждое утро ребенок казался ей больше и круглее.

Она прикурила другую сигарету от той, которая еще не потухла, и плотнее укуталась в плащ. Туман двигался к заливу, он висел низко, окутывая витрины. Улицы были темными и мокрыми под дождем.

Когда Джек и Стюарт вышли на улицу, сердце Анны билось так сильно, что она чувствовала, как горло сжимается в такт пульсу, затрудняя дыхание. Наверное, это тот проклятый чай. Весь день она пила зеленый чай и только сейчас вспомнила, что в нем много кофеина.

– Ты готова? – спросил Джек. – Мы взяли с собой остатки ужина.

– Хорошо, – с трудом выговорила Анна. – Может, нам пропустить по стаканчику спиртного перед сном? Но только не в Чайнатауне.

– Мы как раз приготовили стаканчик тебе на ночь, дорогая. – Джек с дьявольской улыбкой прошел вперед и поймал такси.

– Джек думает, что пришло время расширить твои познания, – сказал Стюарт.

– Что?

Он пожал плечами:

– Места для геев. Места, которые ты сможешь увидеть только с нами.

Анна взглянула на него. Стюарт выглядел усталым, словно усталость, болезнь и тревога были мешковатым серым свитером, который они носили втроем, и сейчас была его очередь.

Такси остановилось перед зданием, которое, очевидно, было чем-то вроде секс-клуба. Снаружи на улице стоял мужчина, одетый в черную кожу, в парике, его глаза были накрашены, подводка доходила до висков.

– Вы шутите. Вы привезли меня в секс-клуб? – Но ее возмущение было не так глубоко, как она притворялась.

– Не переживай. Это клуб пятьдесят на пятьдесят, – сказал Джек.

– Что это значит?

– Здесь бывают и геи, и натуралы. Геи занимают два верхних этажа. – Он достал кошелек и оплатил три входных билета.