Чтение онлайн

В ответ я пожала плечами. Никакого стыда, неудобства или внезапного пробуждения сладко дремлющей совести я не испытывала.

«Во-первых, истребители мне не конкуренты. Мы же не искатели сокровищ и не охотники за головами. Нежить истребляет вся команда в целом, а не отдельные ее члены».

— Оказывается, вы дружные ребята. Рад за вас—Иронии в голосе Ахурамариэля заметно прибавилось. —А во-вторых?

«В каком смысле?» — непонимающе нахмурилась я.

— Ну ты же сказала «во-первых», значит, должно быть и «во-вторых».

«Хорошо. Если для тебя так важны мои слова, то, во-вторых, я, разумеется, извещу начальство о том, что мне известно, но только после того, как сама осмотрю место портала. Думаю, я имею на это право. Меня вообще не хотели брать с собой на это задание».

Меч хмыкнул, но от комментария воздержался. Я автоматически засчитала это как согласие с моей точкой зрения и отправилась вслед за мышом.

Комната, где хозяйка замка открыла свой портал, находилась чуть ли не на чердаке замка. Так что пока мы до нее добрались, я успела неоднократно помянуть «добрым» словом хитроумную леди, которая додумалась телепортироваться на такой высоте. Искренне надеюсь, что дамочку долгое время мучили неудержимые приступы икоты, а красные уши напоминали вареный бурак. Я, конечно, за физические нагрузки и регулярные занятия спортом, но не за мировые рекорды ценой собственного здоровья.

Мое горе было практически безгранично, когда моему ошарашенному взору предстала допотопная винтовая лестница с крутыми каменными ступенями. Создавалось впечатление, что первоначально архитектор решил построить что-то вроде каланчи до луны, но умер, не завершив свой труд. Позже предприимчивый народ выстроил вокруг незавершенного творения безумца замок. Когда я поднялась наверх, внутри поселилось стойкое ощущение, словно я альпинист, которому посчастливилось подняться на Эверест.

Мышь даже не запыхался, и я больше всего на свете мечтала сжать хрупкое тельце в руках и задушить его, паразита. Мое обессиленное тело, в котором все мышцы, даже те, о существовании которых я и не подозревала, просто вопили о перегрузке и грозились устроить лежачую забастовку, устало рухнуло на лестничную площадку. Я перевела дух, облизнула пересохшие губы и вперила ненавидящий взгляд в чересчур жизнерадостную нежить.

— Ой! — удивленно пискнул мышь. — А почему ты лежишь?

— Угадай, — многообещающе прошипела я. Вампир озадаченно почесал лапкой затылок:

— Ты, наверное, устала. Да?

— Догадливый.

— Но тут совсем немного идти осталось.

Я наградила выносливую нежить испепеляющим взглядом, но поджечь его не удалось. Видимо, надо чаще тренироваться.

— Дай мне несколько минут, и я буду в порядке. А ты сможешь потом спуститься к Липаю и проводить ребят сюда?

— Конечно. — Драго опустился рядом с моей безжизненной рукой на одно колено и запечатлел на тыльной стороне поцелуй. — Сделаю все возможное и невозможное. Для моей прекрасной леди я готов на любой подвиг.

Через несколько минут я с трудом отодрала свои бренные телеса от каменного пола и приняла вертикальное положение. Это удалось далеко не сразу. Пару раз быстро приближающийся пол грозил серьезными увечьями и без того пострадавшему организму. Пришлось пойти на хитрость и поискать поддержки у стены. Передвигаться без опоры я тоже не могла, ноги тряслись и отказывались держать вес, даже если я пыталась опереться еще и на хвост. К вожделенной комнате ползла по стеночке, как забулдыга со стажем.

Вампир не соврал. Искомая комната действительно располагалась совсем недалеко, буквально через две двери. Вползти-то я туда вползла, но на этом силы окончательно покинули меня, я рухнула в какое-то довольно мягкое кресло и потеряла интерес к происходящему. Восстав из пепла, я обнаружила, что перепуганный Драго пытается вернуть мой перегруженный организм к жизни: бедняга устроил из своих крыльев импровизированный вентилятор и размахивал ими у лица на манер ветряной мельницы. От такого ветродуя волосы на голове приобрели особенную стильность, с пасторальным налетом утра в курятнике.

— Сдурел? — настойчиво поинтересовалась я, и в голосе тревожными нотками прозвучал металл. — Решил меня насмерть простудить?

— Ты перестала реагировать на внешний мир, — шмыгнул носом мышь, усаживаясь на подлокотник, но махать крыльями, как взбесившаяся стрекоза, перестал. И на том спасибо. — Я испугался.

В окружении антикварной мебели из ценных пород дерева мышь смотрелся особенно трогательно хрупким и беззащитным. Хотя беззащитные вампиры — это нонсенс. И все-таки стало как-то неудобно ругаться и злиться, глядя в эти заботливые глазки-бусинки. Я осмотрелась по сторонам.

В комнате царил полумрак. Тяжелые бархатные шторы хоть и были отдернуты, но солнце не спешило озарять комнату своими яркими лучами сквозь мутные стекла. Немногочисленные гобелены, развешенные по стенам, тоже не были новыми и выглядели так, словно разменяли уже не первое столетие. Жарко натопленный камин и видавший виды коврик просто вопили о нарушении техники безопасности: выпадет горячий уголек, и затрещит веселое пламя по старой шерсти.

Да-а-а. Небогато живут нынче похитители принцев. Видно, выкуп им действительно необходим: если в ближайшее время в обветшавшем замке не сделать ремонт, он обрушится на голову своих владельцев.

Закончив беглый осмотр, я принялась за более тщательный — магический. Магия тоже оставляет следы. Обычно они пропорциональны силе, применяемой в конкретном заклятии. То есть чем сильнее заклятие, тем ярче от него остается след и тем дольше он будет держаться на месте колдовства. Я закрыла глаза и сосредоточилась на другом, магическом зрении. Обычно закрывать глаза не обязательно, но мне так проще.

Странно. Магия ощущалась в дальнем от окна углу, но какая-то слабая. Тогда как открытие пространственного перехода требует много энергии, а значит, и следы должны остаться более четкие. А так, если бы я не знала, что здесь произошло, на мелкие изменения в магическом фоне просто не обратила бы внимания. Здесь возможны два варианта. Либо Драго что-то напутал и это не та комната. Либо кто-то умеет очень хорошо заметать следы.

Я попробовала подняться на ноги и… о чудо! — это мне удалось. Правда, коленки немного дрожали, но незначительно. Я подошла к месту возмущения магического фона и попробовала прощупать его. Вряд ли по такому слабому следу можно определить, что конкретно было сделано, но при изрядной доле везения я смогу узнать, насколько давно применялась магия.

— Что ты делаешь? — заинтересовался Драго. Он даже поднялся в воздух, чтобы рассмотреть мои манипуляции поближе.

Я открыла было рот для колкого ответа, когда воздух вокруг неожиданно вздрогнул, стал вязким, как сироп, и, что самое печальное, этот сироп сгустился вокруг меня и с влажным хлюпом втянул внутрь, как хищная росянка глупенькую муху. Я даже ахнуть не успела. Сознание померкло и вокруг сгустилась пугающая темнота.

— Вика! — возопил мышь, простирая кожистые крылья к исчезающей в воздухе ведьме.

Он всем телом рванулся вслед, но не успел. Виктория исчезла, как будто ее и не было. О ее присутствии в комнате напоминали только следы от кроссовок на пыльном полу и вмятина в старом кресле, где она сидела.

— А-а-а! Украли! — заорал мышь и ринулся по коридорам замка, вопя, как неупокоенный дух.

Мелена кралась по коридору бесшумно, как леопард на ночной охоте. Ведьма была настороже, вражеская территория, как-никак. Хозяева точно знали о присутствии на территории незваных гостей, и то, что они пока не показывались, вовсе не означало радостных приготовлений встречи. Хлеба с солью никто выносить не спешил. В руке девушки призрачным светом светил фаербол — на всякий случай. Вдруг раздался ужасающий вопль, заставивший напряженную как струна девушку совершить рекордный прыжок в высоту. Файербол чудом удержался на самых кончиках наманикюренных пальцев.