Выжить дважды 3
Шрифт:
– Нет. Будут какие новости, я сообщу!
– Скажи, ты чувствуешь недалеко от нас, есть крупные животные?
– Да, есть. Но они не опасны.
– Что это значит? Они нам не угрожают сейчас или вообще не опасны?
– Они не используют для питания другие живые существа.
– Они траву едят?
– Да, они питаются растительностью.
– Сколько их? – подобрался охотник.
– Четверо больших и один маленький.
– Направление сможешь показать?
Шадорец вытянул одно щупальце в направлении, почти параллельном их маршруту.
– Спасибо! – сказал Варм и посадил шадорца на его, гарга.
Сообщив Ларе, что едет на охоту и указав направление, вдоль которого нужно продолжать им ехать, мужчина вскочил на Буцефала, и, рысью поехал в указанном шадорцем,направлении. Через некоторое время, охотник спешился. И, осторожно идя под прикрытием, завешенного шерстью тропа, стал медленно приближаться к семье рогачей.
***
Уже в сумерках Варм привёз к месту ночевки переселенцев, на спине тропа, тушу убитого рогача. Костры были видны издалека, люди, уставшие за день, вповалку спали, придвинувшись максимально близко к живительному теплу.
Варм и Копатель, быстро освежевали тушу, и, нарезав прямо там, на шкуре, его мясо, насадили на гибкие прутики, росшего неподалёку кустарника. Вскоре, над лагерем, поплыл божественный аромат, жарящегося на углях, мяса. Люди, учуяв его запах, стали просыпаться, подходя к кострам за своей порцией.
Варм наскоро перекусив, и покормив Буцефала и тропов, везущих поклажу, требухой рогача, пошёл искать шадорцев. Те уютно расположились на толстом одеяле и потягивали свои питательные коктейли. Охотник быстро оглядел головоногих, и сразу отыскал, своего. Как ни странно, но мужчина заметил, что с некоторых пор, шадорцы перестали ему казаться одинаковыми и некоторых из них, он уже отличал от прочих. Присев на край одеяла, он протянул руку и осторожно взял в руку одно из его щупалец. Тот час, между человеком и пришельцем, установилась телепатическая связь.
– Ну, что, есть новости?
– Есть.
– А почему не говоришь ни чего? Ты обещал!
– Не хотел тебя до утра беспокоить. Уже ночь.
– Не важно! Что случилось?
– Пропали твой сын и твоя женщина.
– Что!? И ты об этом молчишь? Что с ними?
– Они живы.
– Откуда это известно?
– Женщина, говорящая как мы, сказала.
– Агайя?
– Да. У вас трудные имена.
– Какая моя женщина пропала? Моя рабочая жена? Или…
– Новая женщина.
Вам вскочил и выругался. Взъерошив волосы, он принялся нервно ходить туда-сюда, думая, как ему поступить. Затем, резко сел на место, и снова взяв шадорца за щупальце, спросил:
– Тебя как зовут?
– Смотрящий.
Варм вздрогнул. Ты, этот, с корабля-разведчика? Марта рассказывала.
– Нет. Я там не был. У нас нет имён, у нас, - шадорец замолчал, подбирая понятное для человека, определение. – Тебя называют, - охотником, потому, что ты охотишься. Так?
– Да.
– У нас есть Смотрящие, Говорящие и Видящие. Имён индивидуальных у нас нет.
– А как же Доо-Ттель?
– У самок, есть.
– Ладно. У нас жил маленький шадорец, его назвали, Василием. Мне нравится. Будешь тоже Василием.
– Как хочешь, я не против этого имени.
– Василий. Я собираюсь немедленно выехать на помощь своей семье! Ночи сейчас, светлые, я хорошо вижу в темноте. Думаю, к утру доехать до горного ущелья. Прошу тебя поехать со мной! Без тебя я их не найду в скалах! Обещаю тебе давать свою кровь для питания!
– Я согласен.
***
Быстро переговорив с Копателем, Ларой и Шестиногом, Варм предоставил им шадорца для общения с Василием. Чтобы через головоногих они могли держать связь. Захватив кусок жареного мяса и посадив на плечо своего связного шадорца, Варм вскочил на верного Буцефала, и уехал в ночь.
Глава 58
Челнок медленно и аккуратно, сел на засыпанный каменными осколками, пол пещеры. Скрежет раздавленных в крошку камней, гулко разнесся под высокими сводами огромного грота. Открылся люк, и оттуда вышли оба старпома и девушка. Все трое сразу закашлялись, пытаясь прикрыть нос ладонями. Джим вдруг замычал и снова нырнул в недра челнока. Через минуту он вернулся, держа в руках, связку защитных масок. Две протянул Надежде и Роджерсу, одну быстро одел сам и, показав рукой на две ковыляющие к ним, кашляющие фигурки, глухо проговорил:
– Для них тоже взял! Кстати, кто это? Никак, капитан Торес? А кто это с ним? Симпатичная!
– Сейчас узнаем, - также гулко, сквозь маску, ответил Роджерс и все трое, осторожно наступая на нагромождение камней, поспешили навстречу людям.
В этот же момент, из облака пыли, словно демон из страшных мистических историй, выскочил огромный покрытый костяными пластинами, хищник. Роджерс и Джим, испуганно ахнули, тогда как девушка, стоящая рядом с Торесом, обрадовано кинулась обнимать огромного зверя.
– Глотик, миленький, я уж испугалась за тебя! Где же ты пропадал? А Томас где? Я что-то его не вижу, - принялась озираться девушка, и в ее глазах мелькнул испуг.
Огромный хищник сел и подняв вверх свою страшную, клыкастую морду, протяжно завыл. Скорбный плач зверя, многократно усиленный эхом, разнесся под сводами пещеры. Лицо девушки сильно побледнело, и она тихо прошептала:
– Нет. Только не это. Только не Томас!
Затем, порывисто повернувшись к зверю, отчаянно прокричала:
– Где он? Где Томас?
Глот посмотрел на хозяйку виноватым взглядом и, развернувшись, потрусил к самой большой глыбе каменного потолка, лежащей в нескольких метрах от них. Агайя бегом, бросилась за ним.
Торес, Роджерс и Джим, беспомощно переглянулись и пошли за девушкой.
Глот остановился с той стороны плиты, где были видны следы его недавних раскопок и снова сев, горестно завыл. Из-под края плиты, торчала нога человека.
***
Пара часов, прошла в сильном волнении. Шестиног мерил шагами пещеру и время от времени, горестно вздыхая, качал головой. Вельма взволнованно следила за метаниями своего мужа. Остановившись около нее, мужчина грустно проговорил:
– И что же я скажу своему другу!? Что не уследил ни за его сыном, ни за любимой женщиной! А ведь он выбрал Надежду женой для души!
Вельма, прижав руки к лицу, пораженно ахнула. И замахала руками. – Не хорони их раньше времени! Если мы не видели их тел, то ещё есть надежда, что они живы! Мальчик вообще не должен пострадать! Что опасного в пустой пещере? Тем более, он с Глотом ушел!
– Ну, хорошо, - чуть посветлев лицом, ответил Шестиног.
– А Надежда? Она то, где? Балкон отвалился и она исчезла! Не могла же Надя испариться, как вода на жарком солнце!?