Чтение онлайн

— Ри, а я тебя искал! Давай пройдемся, посмотрим, для проформы других лошадей, а потом поговорим где-нибудь в стороне!

Они прошли вдоль рядов предназначенных к продаже лошадей, периодически останавливаясь у некоторых, якобы заинтересовавшись, подошли к длинным столам с напитками и закусками, взяли по запечатанной стеклянной бутылке воды и отошли подальше, на берег небольшого озерка. Нашли скамейку, спрятанную в кустах. Мишель остался караулить, что бы никто не подслушал друзей.

Эльриан вошел на территорию конезавода через пять минут после того, как лимузин «шейха» проехал в ворота. Знакомые охранники приветствовали его, как своего, и даже не спросили приглашение, он прошел дальше, нашел стол регистрации, слава Богу, там сидел один из секретарей Смайса, не знающий его в лицо. Сразу прошел к конюшням, нашел знакомых работников, переговорил, потом очень удачно встретил главного тренера конезавода. Он сразу вцепился в него, попросил поучаствовать в показе лошадей, но принц отказался и вообще предупредил, что на работу не вернется, расстроив мужика чуть не до слез.

— И вот с кем работать? — горестно вздохнул тот, — ты уже третий, кто увольняется! Вот что происходит, когда невежественный дилетант берется за дело. Наш-то никого не слушает, считает, что растить лошадей может каждый крестьянин, и платить им можно меньше, а последнее время у него гуру тот взбалмошный маразматик, что Дитятку загубил! Слышал, наверное! Так наш хозяин Дитятю сегодня на торги выставил, и знаешь, что удумал — задешево его и еще пару лошадей постарше продать своему партнеру — у того парк развлечений, хочет прокат лошадей организовать. Ладно, пенсионеры, окончили карьеру, на племя не годятся, пусть доработают на спокойной работе, но Дитятя! Молодой, перспективный, успокоить, нервы подлечить, и готов чемпион, так нет, понравился тому коммерсанту, он его первого отобрал. И знаешь, что еще наш вытворил? Продал тому же коммерсанту племенную арабскую кобылу, мать того двухлетка, что сейчас на аукцион выставлен. Наш престарелый умник убедил его, что Морион арабам не подходит. Нет, представляешь, чистокровную арабскую кобылку в прокат! Я тебе сейчас родословную жеребенка покажу, это что-то, особенно с материнской стороны. А в ответ его приятель дал ему монополию на закусочные по всем своим центрам!

Главный тренер увлек Эльриана в свою контору, показал родословную, даже сделал копию по его просьбе, заодно рассказал, как жеребая кобыла появилась у них в заводе. Узнав все его интересующее, принц пошел искать Наджара, уверенный, что тот заинтересуется и матерью Солнечного лучика — так назвали жеребенка.

Все услышанное он пересказал Наджару, показал копию родословной, объяснил, что кобыла Солнце Аравии досталась бывшему хозяину как выигрыш в пари и где ее можно найти сейчас. Наджар загорелся идеей приобрести еще и ее. ги лошади, вручил програмку и пожелал удачных покупок. ом 23, предъявленное Мишелем, старат

Аукцион начался. Первыми шли более дешевые лошади, в числе которых Эльриан и Наджар с удивлением увидели и Лучика и Дитя. К счастью, Лучик шел одним из первых и Наджар, довольно легко перебив цену, купил его. Дитя шел через лот. Наджар, выделявшийся среди покупателей экзотическим нарядом — белым плащом с золотым шитьем и головным убором в виде фески, украшенной пучком из трех соколиных перьев — отличительным знаком принадлежности к правящей семье, привлекал всеобщее внимание.

В его тени был незаметен одетый в серое Эльриан, ждавший своего часа. Неожиданно за жеребца разгорелся настоящий торг. Коммерсант, уже было посчитавший его своей собственностью, принял вызов Наджара и принялся азартно поднимать ставки, так что цена быстро взлетела до 40 тысяч. Харрец виновато косился на Эльриана, но тот был совершенно спокоен. Наконец, на 50 тысячах конкурент сдался. Аукционист торжествующе провозгласил: — 50 тысяч раз, 50 два, — сделал небольшую паузу, готовясь провозгласить — «три, продано»!

Но тут прозвучал спокойный голос принца: — Пятьдесят пять тысяч!

Торги продолжились, Эльриан и Наджар еще по разу подняли цену, остановились на 65 тысячах Эльриана. Наджар «уступил» и поздравил «соперника» с покупкой. Эльриан облегченно вздохнул, но тут заметил пристальный, злой взгляд мистера Смайса, устремленный прямо на него. Прошли торги еще по нескольким лотам, затем объявили перерыв, перед второй половиной торгов. На возвышение для аукциониста вышел секретарь Смайса и объявил:

— Во время перерыва я прошу всех, купивших лоты в первой половине торгов оплатить их, что бы не создавать очереди на оплату по окончании аукциона! Для оплаты достаточно пройти к переносному терминалу в холле административного здания.

Принц подошел к терминалу одним из первых, приложил, по указанию работника банка, следящего за оплатой, сначала ладонь к идентификатору, затем — свою карту к окошку терминала, прибор пожужжал и из него выполз лист бумаги с договором купли-продажи лошади. Эльриан протянул руку, что бы взять документ, но был остановлен главой охраны мистера Смайса.

— Одну минуточку, молодой человек, нам поступил сигнал, что платеж был проведен по мошеннической схеме, мы должны убедиться, что с ним все чисто.

У банковского служащего отпала челюсть. Эльриан, ожидавший какого-то подвоха только поднял бровь:

— И кто посмел обвинить меня в мошенничестве?

— Платеж прошел по всем правилам, — отмер клерк, — я заместитель заведующего отделом электронных сделок на особо крупные суммы, мы специально проверяем личности плательщиков и контролируем, что бы сумма была снята именно с его персонального счета! Вы что, не видите, что карта платиновая?

— А я утверждаю, что этот молодой человек не мог заплатить такую крупную сумму единовременно! — в спор вступил лично сам мистер Смайс, — и у меня есть веские причины это утверждать! Весь прошлый год он работал у меня на конезаводе помощником тренера, что бы оплатить учебу, откуда вдруг у него такая сумма на счету?

— Мистер Смайс, — Эльриан вступил в разговор, — да, я не отрицаю, что в прошлом году у меня были определенные проблемы, заставившие, как и многих других курсантов искать подработку, но за время пребывания на каникулах, мне удалось их решить и сейчас я в дополнительном заработке не нуждаюсь, о чем и известил главного тренера буквально час назад.

— Извините, — клерк замялся, — мне обратиться к вам…

— Лорда будет достаточно, — улыбнулся Эльриан, — не надо посвящать всю толпу в мои обстоятельства.

— Вот, видите, он еще и скрывает свою личность! — высказался Смайс.

— И имеет на это все основания! — отрезал клерк, — Лорд Этерлинг, мне кажется, если вы позволите господину Смайсу взглянуть на данные идентификатора, то вопрос отпадет сам собой, если, конечно, у вас нет особых указаний вашего императора соблюдать инкогнито!

— Оно было, но теперь я получил разрешение в особых обстоятельствах его нарушать. Думаю, сейчас именно такая ситуация. Господин Смайс, прошу вас. Я даю разрешение, в виде исключения, открыть вам мои персональные данные. Смотрите.

Эльриан вновь приложил ладонь к датчику. Смайс наклонился над экраном, прочел, побледнел, покраснел, вновь уставился на экран, затем на Эльриана, на экран…

Принц спокойно смотрел на «ряд волшебных изменений» лица бывшего работодателя.

— Так как, господин Смайс, вы снимаете обвинения, или мне обращаться в соответствующие службы моей планеты?

— Да, да, конечно, такое недоразумение, я надеюсь заслужить прощение, надеюсь, мы сохраним прежние хорошие отношения!

К удовольствию ничего не понимающей публики, торопящейся оплатить покупки, инцидент был исчерпан. Эльриан нашел Наджара, и они пошли договариваться о найме конюшни, конюхов и всего прочего. Оформили все быстро. Эльриан нанял самого опытного конюха, который был рад подработать, тем более что за двух коней получал столько же, сколько и на основной работе. Принц предупредил, что тренировать коней не следует, этим он займется сам, только уход и ежедневная проминка, что бы не выходили из порядка. Пошли к лошадям. Наджар скормил своей покупке, наверное, килограмм яблок и гору сухого печенья, прежде чем гордый жеребец позволил ему завести себя в только что подготовленное стойло в другом крыле конюшни, где держали лошадей, чьи хозяева оплатили постой. Встреча Эльриана и Дитяти произошла более трогательно, жеребец его узнал, подсовывал морду, что бы почесали лоб, тоненько ржал, жалуясь, и в довершение, положил тяжелую голову на плечо и никак не хотел убирать. Наконец всех разместили, и друзья вышли из помещения. Тут же к ним шагнул низенький, толстенький человечек и высокомерно попросил уделить ему пару минут. Эльриан понял, что в спектакле наступил второй акт. Он остановился и не менее высокомерно кивнул.