Выживает сильнейший
Шрифт:
Думаю, это было действительно хорошее время.
– Надо же. Меня тоже воспитывали в NERV тренеры.
Они подошли к большой смотровой площадке, за которой открывался живописный склон к озеру Фудзи. Вид был потрясающий.
– Красиво, - восхитилась Аска, - надо было фотоаппарат взять.
– Странное небо, да? – Акира показал на фиолетовые пятна, растущие с каждым днём.
– Ага. Интересно, откуда эта грязь?
– Не знаю, но её всё больше и больше. Может, спросить кого-нибудь в NERV?
– Да. Уверена, они в курсе. Вдруг это как-то связано с Ангелами? Может, это проделки одного из них.
– Может. Интересно, каким будет следующий.
– Как всегда – урод. Большой и омерзительный урод. Я бы сотню таких завалила!
– Да. Они точно не красавчики. Хотя до какого-нибудь шоу мировых уродцев доросли. Может, их взяли бы для съёмок Годзиллы?
Аску разобрал смех – она представила себе, как к Ангелу подкатывает какой-нибудь модный продюсер и начинает его уламывать сняться в фильме. В её представлении это выглядело забавно.
Акира опёрся руками о поручни и стал смотреть вдаль, слушая шум ветра.
Создалась весьма идиллическая обстановка, которая была разрушена в один миг.
– Эй, детки, - окрикнул Аску и Акиру неприятный басовитый голос, - Что это вы тут потеряли?
Вначале оба пилота подумали, что это из службы безопасности, но когда обернулись – поняли, это не их охрана. Перед ними стояло трое каких-то парней лет двадцати в кожаных куртках и джинсах. Все как один были с омерзительными рожами без грамма интеллекта.
“Одухотворённые морды”, - подумал Акира.
“Почти такие же уроды, как и Ангелы”, – подумала Аска.
– Э, детки, а ну-ка выручите дядей – нам тут на ужин не хватило! – Один из троицы – самый противный – с огромной бородавкой на носу – явно был их боссом. И он был, наверное, и самым умным, раз мог говорить.
– Кажется, у нас проблемы, - заметил Акира, глядя на Аску, которой было немного не по себе.
– Ага, - негромко шепнула та, - что делать будем?
Акира молча взялся за поручень и, не поведя ни одной мышцей лица, погнул стальную трубу.
Дядьки слегка взгрустнули с лица.
– Без вариантов, - сказал им Акира.
– А ну-ка! Ты, цветной, сейчас получишь! – главный, видимо, решил рискнуть, и посему со всего маха попытался вмазать Акире под глаз.
Не тут-то было.
Седовласый парень ловко увернулся от удара и, перехватив руку оппонента, надавил на неё запястье. Послышался треск косточек и хриплый вскрик байкера-отморозка.
– Хорош! Отпусти! – проорал он.
Акира осторожно выпустил его сломанную руку.
– Поди отсюда, - спокойно сказал он.
Спустя несколько минут троица поспешно свалила, проклиная детей и всё на свете.
– Чёрт. И куда смотрит служба безопасности? – Акира устало сел на брусчатку, прислонившись к поручням.
Аска, не мигая, смотрела на него.
– Когда я перевёлся в RTD, меня поселили в общую казарму. Тогда ведь я жил на обычной военной базе, так что и казарма была курсантская. А эти ребята действительно не любят новичков, особенно если эти новички по статусу лучше их, - не спеша, рассказывал Акира, - Думаю, меня там избивали за всю жизнь – наперёд. Хм, ребята там были крепкие. Первый день был особенно неприятным.
Аска молча слушала.
– Один раз мне даже руку сломали. После этого Мицуно-сан попросил полковника Хайаси, чтобы меня перевели в отдельную комнату. Потом он и начал меня тренировать. Хотя в школу там тоже ходили почти одни курсанты, и мне порой доставалось. Я всегда был один против толпы – тут выстоять трудно. А потом случилась авария, и мне… заменили руки. Один раз я отыгрался. Был там один самый отмороженный курсант – Недзи, но все его звали Киба – однажды он снова решил надавать мне, но я взял в руку каменный шар – знаешь, такие ещё для украшения на заборы ставят – и раздавил его в руке в крошки. Бедный Недзи обмочился. После этого меня все стали бояться. Не думаю, что это мне нравилось, но хотя бы я не получал по шее.
– Ты совсем этих не испугался? – спросила Аска, глядя в ту сторону, куда ушли громилы.
– Испугался. А что толку? Меня били очень много раз – я уже привык, наверное. Хотя обычно всем хватало наблюдений за скручиванием железок.
– И тебе не трудно это делать?
– Нет, но руки потом очень сильно болят. Это в принципе, не моя сила – просто прочный сплав и всё. Порой я ломаю стаканы или тарелки. Это выходит не специально – не рассчитаешь силы и бах! Одежду в стирку. И ладно если пьёшь что-то холодное. А я обычно утром немного не рассчитываю - спросонья, и горячий кофе начинает удобрять мой живот снаружи, а не изнутри. Это больно.
Аска рассмеялась.
– Ты странный, Акира.
– Да? Наверное. Не каждый день увидишь парня с седыми волосами и красными глазами. А ещё с двумя железными руками. Про меня даже шутку потом придумали – один мальчик с двумя железными руками решил стать робокопом.
Аска опять рассмеялась.
– Да, думаю, это действительно забавно. Чёрт… никак в толк не возьму, почему каждый раз так болит, - Акира прижал руки к себе и начал слегка ими раскачивать, словно бы нянчил.
– Так больно?
– Ага. Когда их ставили – тоже было ужасно. Эти железки так трудно срастались с телом. Я пару недель лежал в больнице под анестезией.
Аска только кивнула и села рядом.
– Я могу как-нибудь помочь?
– Не-а. Сейчас пройдёт, - жмурясь от искрящейся боли, пробормотал Акира, - это довольно символично, да? Плата за способность гнуть железки и дробить камушки руками. Век бы не видал этой силы.
– А почему ты всегда в перчатках?
Акира только посмотрел на Аску молча.
– Представь, что будет, когда все узнают, что у меня вместо рук. Я даже думать об этом не хочу.
– Ладно. Оставим это.
– Чёрт. Даже свидание у меня не может пройти нормально. Мне кажется, что это такой прикол судьбы.
– Свидание? – Аска начала приходить в себя.
– А как ты это назовёшь? Свидание и есть. Прогулка по парку, драка с доходягами. Романтично.
Аска хихикнула.
– Я бы смогла им надавать. Просто… я не люблю подобные моменты. Они всегда неподходящие.