Выжившие
Шрифт:
— Что-то мне здесь не нравится. — Мы как раз стояли на крыше последнего здания в конце улицы. Посредине, чуть в стороне от нас была огромная парковка с распотрошёнными машинами. Стёкла разбиты и забрызганы кровью, двери вырваны с корнем, колёса спущены. Вот и прячься теперь в машине во время апокалипсиса!
За жуткой с виду парковкой с сотнями разбитых машин, высилось многоэтажное сооружение в восемь этажей с кучей вывесок и плакатов на стенах. Прошлое место для весёлого сопровождения и то, каким это здание предстало нам, сразу вызывало одинокую скупую слезинку.
Торговый центр казался тенью прошлого себя — гиганта развлекательной индустрии. Подходы были засорены так, что придётся идти как по минному полю. Везде валялись поеденные трупы не только людей, но и особей. Встречались также гигантские останки, похожие на животных — собак и кошек.
Сцена походила на ожесточённое побоище между двумя крупными силами. Если бы сняли и показали про это фильм — я бы пошёл в кино посмотреть. Иронично, что противостояние произошло не в стенах кинотеатра, а на его пороге.
— Не время предаваться унынию. — заметили товарищи моё состояние, — по-моему, это отличное место! Здесь должно быть всё, что нам нужно. Вряд ли другие успели всё вытащить, так что поторопимся!
Особей нигде не было видно, что странно. Обычно в таких местах их должно быть много. А здесь пустынные улочки и редкие, я бы даже сказал — редчайшие повизгивания издалека. Обстановка с каждой секундой мне нравилась всё меньше, но мои товарищи придавали уверенности бодрыми шагами, вперемешку с перебежками от одной машины к другой.
Вход приветствовал нас тихим завыванием ветра и с разбросанными вокруг пластмассовыми вешалками из магазина одежды. Откуда они здесь взялись — загадка, ответ на которую я знать не хотел. Прошёл мимо них, чуть наступив.
Внутреннее помещение напоминало собой мой знакомый гипермаркет: такая же площадка в центре с разрушенными ларьками, два неработающих эскалатора с противоположных сторон, маленькие магазинчики сотовой связи. Всё это было неплохо видно из-за пробивающимся сквозь матовые стёкла. Вообще, восьмиэтажный торговый центр освещался со всех сторон, так как вместо стен были одни окна, кроме первого этажа, позволяющие рассмотреть практически всё что угодно, при неплохом освещении. Сейчас как раз был рассвет, ещё довольно темно, но через пару часов будет нормально. Это на руку…
— Стоять! Побросали свои побрякушки на землю и легли мордой в пол!
— … или нет. — Закончил свои мысли уже вслух.
Из-за перегородки на втором этаже поднялись десятки вооружённых людей, с не очень дружелюбными лицами и направили его на нас.
— Эй-эй! Мы люди! — сказал Алекс, поднимая руки.
— Да нам насрать, кто вы! Вы глухие?! Оружие на землю и мордой в пол!
Да уж, вот такого никто из нас точно не ожидал. Каждый из нас стоял с поднятыми руками и недоумённо переглядывался между собой. Понятно, что такое прекрасное место уже успели облюбовать другие выжившие. С этим никаких проблем, найдём другое приятное местечко! Но какого хрена они не опустили оружие, даже после того, как мы подтвердили свою принадлежность к человечеству?!
— Давайте остынем, народ! Почему вы такие агрессивные? Присядем, поговорим — может, придём к взаимопониманию! — пока остальные молчали, я включил переговорщика.
Что делали в такой ситуации герои боевиков? Вроде бы не пытались вызвать недовольство у собеседника? Это очень легко, когда на тебя направлено оружие! Даже учиться этому не нужно! Что там дальше? Заболтать и выведать нужную информацию у плохишей? Включаем всё своё красноречие! Чувствую небольшой прилив сил и уверенности перед этими ушлёпками.
— Вы тупые или притворяетесь? Оружие на землю! — закричал агрессивно настроенный мужик с арбалетом в руках. Он единственный держал арбалет, пока остальные были с ружьями и карабинами.
— Мы же вам ничего не сделали! Поч… — широкий наконечник порезал мне щеку, из которой моментально потекла кровь, заливая лицо и шею. Я успел среагировать и отдёрнуть голову в самый последний момент, когда заметил, как он сдавливает палец на курке, иначе он не прошёл бы мимо и ударился между ног Сёмы, а торчал аккурат у меня между глаз. Уверенность, что я смогу сгладить углы — схлынула, как будто её и не было.
— Это было последнее предупреждение. — Сказал, как отрезал их главарь.
А вот это уже не шуточки! Ладно бы они в целях профилактики лишали гостей оружия. Я бы тоже сидел как на иголках, когда ко мне в гости пришли бы люди с ножами и огнестрелом. Он не просто кричал, а подтвердил свои слова дело, чуть не лишая меня жизни. Хреново.
Эхом прозвучали звуки падения моего заплечного рюкзака с висящим на нём карабином, звякнул лук с колчаном, ударяясь об плитку. Моя группа повторила тоже самое, оставаясь без своего оружия. А Сёма только скину топор и остался стоять.
— Всё оружие, я сказал! — он успел перезарядить арбалет и направил его на нашего друга.
— У меня больше ничего нет. — Сёма не дёрнулся, когда оружие сразу четырёх человек направилось ему в голову. Я тоже не хотел доставать скрытые ножи, слишком много мы с ними прошли. У братьев тоже остались пневматы, но…
— Кирпич! Проверь его!
От них отделился один человек и направился к нам, держа его на мушке гладкоствольного ружья. Чего они боятся? Двадцать с лишним человек контролируют каждое наше движение. Шаг влево, шаг вправо — расстрел. В чём причина?
— Руки покажи! — сказал подошедший мужчина. Теперь понятно, почему у него такая кличка. Морда кирпичом — это про него. Буквально. Видел раньше таких в компании дворовой шпаны — много драк и побоев не проходят бесследно для лица. Сбитые кулаки и татуировки на пальцах мастей карт: буби, крести, пики и черви — бледноватыми, почти выцветшими чернилами.
Ну, теперь хотя бы понятно, почему у них такой говор и поведение. Хорошо хоть понты не кидают. В тюремных понятиях я не разбираюсь — сольюсь в первом же раунде, если завяжется битва на их языке.
Кирпич стоял в четырёх метрах от нас и нервно ждал, когда Сёма исполнит его приказ. Наш друг очень медленно начал поднимать руки, сверля его глазами и загадочно улыбаясь.
— Мазила, помоги ему! — стоящий в другом конца зала на втором этаже мужик натянул стрелу. Его в честь браузера назвали или у него руки кривые? Надеюсь на второй вариант.
— Реще пакли поднимай! — зек почему-то сильно нервничал.
Рукава куртки удачно скрывали страшную конечность нашего друга. Но, ничто не вечно под луной, как и терпение нашего строительного материала. Подолы куртки спали, позволяя рассмотреть руку нашего друга в плохо освещённом помещении.