Выжженная свобода
Шрифт:
Он вновь бежит вперед, целится кулаком в живот, замахивается ногами, но она блокирует все, даже не двигаясь с места, просто успевает отбить удары рукой. Последний замах ногой, она не просто останавливает, а хватает мальчишку за ногу и резко тянет на себя, заставляя того грохнуться на спину. Она может скрутить его сейчас, прижать к земле, но не делает этого, вновь позволяя ученику встать.
Хрономия уже тяжело дышит, дыхание сбилось, но поднимается он резко, не оставляя попытки вновь нанести удар, он яростно машет кулаками, надеясь попасть хоть как-то.
Безуспешно.
Когда очередная попытка, останавливается ладонью, и Джей уже готов взвыть от безысходности, Краст ловко хватает его за плечо и развернув к себе спиной, выворачивает его руку назад так, чтобы он застыл и не смог вырваться.
Ожидаемо, прием слишком болезненный, так что Хрономия тихо шипит от боли. Теперь уж точно, бой окончен, из такого захвата, ему не выбраться.
– Не знаешь, что делать, верно? – голос Джессики, жаром обдает его ухо, заставляя парня покраснеть.
А вот сейчас, когда Краст наклонилась к нему ближе и прекратила так сильно сжимать его запястье, захват кажется уже не таким тяжелым, но вырваться, все равно не удается.
– Не знаю, – сипло удается ответить Джею. Ему слишком жарко, чтобы он мог сказать больше. А ему определенно есть что.
Например то, что он сильно смущен из-за того, что чувствует своей спиной ее грудь. Из-за того, что ощущает ее дыхание, игриво щекочущее ухо.
Он чувствует жар ее тела так остро, что становится невыносимо.
«Чертов пубертат!» – про себя взвывает Джейсон.
Хочется, чтобы она его отпустила, но в то же время, эта странная близость ему нравится, ведь никогда еще никто не касался его так. Не держал за запястье так уверенно и одновременно нежно. Не смеялся прямо в затылок, задевая его самолюбие…
У Джея не было друзей. Не было даже приятелей. А сейчас, пускай и ненадолго, у него есть Джессика. Наемница, что несмотря на его ошибки, слабость и откровенную бесполезность, не поставила на нем крест, а продолжает тянуть его за собой, вливать в его тело и разум нужные навыки, необходимые ему самому и его отцу, что всучил ей Джея в обучение, в обмен на круглую сумму.
Парень чувствует, что деньги не являются единственной мотивацией для Краст. Ни деньги, ни рекорд по выполнению заданий – не стали бы настолько мощным толчком, чтобы продолжать возиться с Джейсоном.
Тут есть что-то еще. Она видит в нем что-то еще.
Возможно… себя?
– Ну, чего замер, как жертва? – она кладет свой подбородок на его макушку, заставляя съежиться от волнения, – Знаешь, будь я твоим врагом, уже бы сломала тебе руку или еще что-нибудь.
Да, он знает, но дыхание сбито слишком сильно, чтобы ответить без запинки, поэтому, Джей молчит, и только сипло вздыхает, знаменуя свое согласие с ее словами.
– Ладно, хочешь знать, как отпихнуть мое наглое вторжение в пространство?
В ее голосе, такая игристость и легкость, что Хрономия краснеет еще больше, хотя, казалось бы, куда еще. Теперь, он напоминает перезрелую ягоду, которая уже изрядно потемнела от налившейся красноты.
– Игнорируй боль и дискомфорт, я практически не блокирую твои ноги, ты можешь выгнуться вперед и впечатать пяткой по моим коленям – беспроигрышный вариант. Мне будет настолько больно, что я сильно ослаблю хватку, если вообще не выпущу, а ты, сможешь сбежать или контратаковать. А будь я мужчиной, – Краст тихо хмыкает, – мог бы врезать мне в пах, вообще бы нокаутировал.
– Не думаю, что даже такое, остановило бы тебя… – тихо произносит Хрономия, пытаясь абстрагироваться от неприятного жжения в мышцах и начать действовать.
Сразу повторить этот прием не выходит, парню приходится совершить две попытки, прежде чем попасть ногой по колену Джессики, да и удар, приходится не таким сильным. Однако, Краст его отпускает, удовлетворенно хмыкнув.
Джейсон уже готовится развернуться и вновь ринуться в бой, но наставница останавливает его, говоря, что на этот раз, этого достаточно.
– Я был полным отстоем, да? – Джей отводит взгляд в сторону, не желая видеть на лице Гончей даже отблеск недовольства.
– Вовсе нет, – вдруг говорит она, к большому удивлению парня, – для тренировочного боя это было неплохо. Ты слишком много думаешь во время драки, вот что я скажу.
– А что, должно быть наоборот? Разве я не должен просчитывать каждое движение противника, чтобы одолеть его?
– Частично – да. Но в настоящей драке, в основном полагаются на инстинкты. Человек не думает, знает, как уклониться и как ударить. Ты должен чувствовать интуитивно, а не думать.
Легко ей говорить, не думать. Парню кажется, что она была рождена такой – с инстинктами наружу. Он не раз видел, как она, задумчиво втягивала носом воздух, словно пыталась почувствовать далекие запахи. Как она сканировала взглядом территорию и точно указывала им, куда идти и какой путь будет более безопасным. Наверное, именно поэтому, им удалось так успешно добраться сюда, минуя всякое отребье и особо опасных личностей, которые могли бы загореться желанием поживиться их добром, хотя у них, его не так уж и много.
Конечно, особый деликатес представляет собой его глаз. Функции которого, ему даже не известны.
Помнится, Джессика говорила ему, что они с этим разберутся?
– Джесс, а мой глаз… – Хрономия запинается, не зная, правильно ли он поступает, напоминая ей об обещании сейчас, когда у них первая тренировка в самом разгаре?
– Да, я помню, – Краст сокрушенно потирает подбородок, – но честно, я пока еще не придумала, как нам узнать его особенности. Есть, конечно, одна мысль на примете… но займемся этим позже, сначала, я должна научить тебя всем основным приемам рукопашного боя и владению ножом, плюс, проведем пару тренировок с катаной.
– А потом? Что за план?
На лице Джессики, мелькает эмоция отвращения и какого-то легкого испуга.
– К сожалению, есть только один человек в моих контактах, который разбирается в кибернетике, и я очень, очень, не хочу к нему обращаться… но выбора нет, иначе, мы с твоим глазом никогда не найдем общий язык.
Специалист в кибернетике?
Джею вдруг резко стала интересна эта тема, хотя до этого, он особо не задумывался о киберконечностях. Он помнит тот день, когда в его пустую глазницу, вставили этот странный имплант с фиолетовой радужкой. Несколько дней, глазница ужасно болела, зрачок вертелся как больной, с трудом удавалось сосредоточить свой взор на каком-нибудь объекте.