Чтение онлайн

Я достала свой блокнот и вырвала лист с набросками, шлепнув его поверх сияющего чертежа.

— Вот проект «Реновации». Мы не можем зашить дыру энтропии вашими магическими нитками. Она их съест. Мы построим тамбур. Шлюз из плотной, человеческой, бытовой реальности. Аркбутаны из рутины, стяжки из человеческих привязанностей, и всё это зальем раствором абсурда, который ничто не сможет переварить.

— Это ересь! — возмутился Михаил. — Смертная не может руководить починкой мироздания!

— А у вас есть другие варианты? — Асмодей подошел и встал у меня за спиной, положив тяжелые, горячие ладони мне на плечи. От этого жеста по моему телу разлилась уверенность. — Она главный архитектор этого апокалипсиса. Я назначаю себя главным прорабом, а вы все... — он хищно улыбнулся совету директоров, — вы теперь бригада гастарбайтеров.

— Мы не подчиняемся демону! И тем более девчонке! — вскочил Нафанаил.

— Мяу, — веско сказал Шрёдингер снизу. Кот запрыгнул на стол и прошелся прямо по божественным чертежам. — Я Песчаный Император, и если вы не подпишете акт приемки-передачи объекта этой женщине, я прямо сейчас выблюю фрактал энтропии вам на стол. Поверьте, это не отстирывается.

Ангелы переглянулись. Демоны зашептались.

Мальфас, дрожащими руками, достал чистый бланк договора подряда.

— Н-надо подписать, — пропищал он. — По ГОСТам... Иначе штрафные санкции от пустоты...

Михаил с тяжелым вздохом вытащил золотое перо.

— Хорошо. Но если этот ваш... тамбур... рухнет, мы стираем не только Землю, но и ваш ад. Согласны?

— По рукам, — Асмодей щелкнул пальцами, и на документе появилась его огненная подпись.

Я выдохнула, чувствуя, как дрожат колени. Договор был подписан.

Рай и ад официально поступили в мое подчинение.

Оставалось сущая мелочь: спуститься на край света и построить заплатку на вселенной, пока мой парень не забыл, кто он такой, а кот не сожрал остатки гравитации.

Предзащита диплома у Злобина теперь казалась мне легкой разминкой.

Если бы кто-нибудь сказал мне неделю назад, что я буду орать на архангела Михаила за нарушение СНиПов при укладке концептуального цемента, я бы посоветовала этому человеку проверить голову.

Но реальность — штука гибкая, особенно когда она трещит по швам.

Мы разбили строительную площадку прямо на лестничной клетке моего этажа. Бабу Валю и остальных соседей Мальфас предусмотрительно погрузил в глубокий, не пробиваемый даже перфоратором летаргический сон. Пространство подъезда слегка расширили с помощью магии, так что теперь наша лестничная площадка напоминала ангар размером со стадион, посреди которого одиноко стояла моя обшарпанная металлическая дверь, за которой пульсировала серая пустота.

— Эй, пернатые! Кто так арматуру вяжет?! — голос Асмодея перекрывал гул голосов.

Владыка ада воспринял должность прораба с пугающим энтузиазмом. Он сменил свою грязную майку на черную водолазку, нацепил на голову строительную каску подозрительно стильного матового-черного цвета и вооружился свернутым в трубку чертежом.

— Это концептуальная арматура веры, демон! — огрызнулся Михаил, пытаясь запихнуть сияющий золотом прут в сложный геометрический узел. — Она должна стремиться ввысь!

— Она должна держать нагрузку на срез, а не молиться, идиот! — рявкнул Асмодей. — У нас перекрытие из бытовой рутины! Если вера пойдет вкось, рутина обвалится, и энтропия сожрет нас через щели в стыках! Марго, скажи ему!

Я потерла переносицу. На мне тоже была каска — обычная, желтая, с логотипом МАРХИ.

— Михаил, — устало произнесла я, подходя к узлу. — Владыка прав. Вы делаете жесткую заделку, а нам нужен шарнир. Человеческая психика так устроена: если веру намертво приварить к быту, конструкция лопнет от напряжения при первой же ипотеке. Оставьте люфт в два градуса для сомнений, тогда всё будет держаться.

Архангел скрипнул зубами, но послушно ослабил сияющее крепление.

Работа кипела. Ангелы в белоснежных комбинезонах таскали ведра с «раствором». Раствор месили в гигантской бетономешалке, которую демоны притащили из какого-то адского круга для наказания недобросовестных подрядчиков.

Рецепт смеси я разработала лично: одна часть небесной благодати (для прочности), одна часть адского пламени (для пластичности) и три части концентрированного человеческого абсурда — того самого, с которым энтропия не могла справиться. В качестве абсурда Мальфас загружал в бетономешалку стопки неоплаченных квитанций ЖКХ, сборники законов о налогах и записи утренних ток-шоу. Смесь пузырилась, пахла жженой резиной и безысходностью, но затвердевала в материал прочнее титана.

Внезапно раздался пронзительный свист.

Все замерли.

На стремянке, прямо над бетономешалкой, сидел Шрёдингер. На его голове криво сидела крошечная оранжевая касочка, а на шее висел бейджик: «Инспектор по ТБ. Штраф — кусь».

— Нарушение техники безопасности на объекте! — проорал кот, указывая лапой на стайку херувимов, которые порхали под потолком, закрепляя освещение. — Работа на высоте без страховочных тросов!

— Мы умеем летать, нечестивое животное! — возмутился один из херувимов.

— А гравитация у нас сегодня нестабильная, крылатый ты полуфабрикат! — парировал кот. — Упадешь в раствор — нарушишь пропорцию святости к идиотизму. Штраф! Две банки лосося! Записать на счет канцелярии небес!

Я не смогла сдержать смешок. Асмодей подошел ко мне, стянул перчатки и встал рядом. От него пахло озоном, потом и крепким кофе, который демоны-снабженцы варили прямо в турках на адском огне.

— Знаешь, — тихо сказал он, глядя, как ангел и демон вместе, ругаясь сквозь зубы, тащат огромную балку из уплотненного времени, — я пытался объединить рай и ад тысячелетиями. Войны, интриги, апокалипсисы, а оказалось, нужен был всего лишь общий враг и женщина с лазерной рулеткой.

Я посмотрела на него снизу вверх, из-под черной каски выбилась прядь темных волос. В его глазах больше не было той пугающей, древней скуки, которая была там в день нашей встречи. Там горел азарт.

— Это временно, владыка. Как только мы залатаем дыру, они снова начнут делить сферы влияния.

— Пусть, зато сейчас мы строим. Это... забавное чувство, создавать, а не разрушать.

Он вдруг наклонился и, проигнорировав всех архангелов и герцогов ада вокруг, коротко, но очень крепко поцеловал меня в губы.