Чтение онлайн

Заметив ее приближение, Митя поднялся со скамьи. Скользнув по коленям, упали на траву рисунки. Он держал в руках карандаш и смотрел, не мигая, не веря глазам.

Она остановилась очень близко от него, казалось, он слышит ее дыхание. Они долго молча смотрели друг на друга.

– Меня зовут Лика, - тихо сказала она.
– Я приехала, чтобы увезти вас отсюда.

Митя молчал. Он не знал, что ответить. Да и вообще, он не собирался ничего отвечать. Он смотрел и не мог насмотреться.

– Ну, что же вы?
– спросила она.

– Право, я не знаю... Хотя, конечно. О чем я говорю? Но ведь это невозможно.

– Не думайте об этом. Я беру все на себя. Идите за мной. Дайте руку.

Она взяла Митю за руку. Верзилы в белых халатах, стоявшие рядом, забеспокоились.

– Я забираю больного с собой!
– властно сказала она.
– Сергей Дмитриевич распорядился привезти его к нему на дачу. Обратно он привезет его сам.

Верзилы переглянулись. Но что-либо возразить не решились. Жену главного они хорошо знали.

*

Автомобиль мчался загородным шоссе. Они молчали.

– Что вы думаете об этом?
– вдруг спросила она.

– Не знаю. Мне кажется, всего этого нет, и я скоро проснусь в своей палате.

– Нет! Этого не будет никогда! Я не допущу этого. Вы больше не вернетесь туда... Когда я смотрела на свой портрет, меня не покидало ощущение, что все это уже было. Мне почему-то кажется, что мы с вами уже жили однажды в какой-то далекой другой жизни и были близки. Очень близки.

– Может показаться странным, но именно так же я думал, когда рисовал его.

Она улыбнулась:

– Он мне очень нравится.

– Я очень рад этому.

– Еще сегодня утром мне было так грустно. А сейчас я не знаю отчего, но мне хочется жить, смеяться, веселиться, кутить, петь!
– Она снова весело улыбнулась.

Митя тоже улыбнулся:

– Хотите поехать к моим друзьям?

– А кто они, ваши друзья?

– Они? Они мои друзья!

– Вот как!
– засмеялась Лика.
– Конечно хочу!

Вид с высоты птичьего полета. Их автомобиль проносится левой полосой шоссе, оставляя позади кажущийся неуклюжим весь остальной транспорт.

*

Солнце клонилось к горизонту.

Опустевший пляж. По берегу моря мчит автомобиль. У самой горы, на своем обычном месте под навесом, на лежаках, расположилась знакомая четверка. Рядом припаркована Люськина коляска с выбитыми спицами и подранным сиденьем. Все четверо заметили автомобиль и с любопытством наблюдают за его приближением.

– Менты, - недовольно говорит Шиш.
– И че мы им тут мешаем, а? Щас начнут цепляться, паскуды...

– Нет, это не менты...
– отвечает Кутя.

– Да, на ментов не похоже...
– соглашается Люська.

Автомобиль приближается и, сделав крутой разворот, останавливается в двух шагах от лежаков. Открывается дверь и из нее выскакивает Митя. В руках его едва помещается охапка бутылок с шампанским.

– Эй, начальник!
– приветствует он всех фразой из "Родины", их любимой песни.

– Митька...
– удивленно, не веря своим глазам, выговаривает Кутя.

– Митя, он и есть, - улыбаясь, говорит Зиновий Гердович.

– Митька! Митька приехал!
– орет во все горло Шиш.
– А?! Отпустили!!!

Люська не в силах скрыть радости и вместе с ней слез. Все трое мужчин бросаются навстречу Мите и, обнявшись, кружатся в веселом танце.

– Митька приехал!!! Митька приехал!!!
– продолжает орать Шиш.

Лика стоит у машины. Она весело смотрит на резвящихся взрослых мужчин, в обеих руках у нее тоже по бутылке шампанского. Похоже, ей также не терпится влиться в эту веселую беспутную кутерьму. Ее вовсе не удивило общество Митиных друзей. Ни их одежда, ни место жительства. Она приняла их сразу, как будто давно была знакома с ними. Полную раскованность почувствовала она в душе и во всем теле. Все это было так близко, так желанно ей. Она была среди природы, среди ее детей. О берег плескались свободные, как и эти люди, морские волны, и не было никакой каменной тюрьмы, из которой наконец ей удалось убежать.

– Это Лика, - сказал Митя.

Мужчины в лохмотьях смотрели на незнакомую женщину и, кажется, смущались своего вида. Они переглянулись и вперед, хромая, выступил Зиновий Гердович, самый галантный и обходительный из них.

– Разрешите представиться, Зиновий Бажановский.

– Лика, - просто и весело ответила Лика.

– Весьма приятно познакомиться. Дмитрий много говорил.., то есть... я хотел сказать, он просто еще не успел... но если бы успел... то-о много бы говорил о вас... Что-то я волнуюсь сегодня.

Все искренне рассмеялись.

– Ну, да ладно, - молвил Зиновий Гердович и, залихватски щелкнув каблуком, по-гусарски предложил Лике руку.

Лика взяла Зиновия Гердовича под руку, и он галантно, как истинный кавалер, повел ее к лежакам.

– Знакомьтесь, это Люся, - продолжал он.
– Самый душевный человек из нашего коллектива. Кутя, или Семен Семенович Кутиков, мой друг и соратник по борьбе с человеческими предрассудками и многочисленными спиртными напитками. Ради Бога, извините. Шиш... Ну, он и есть Шиш. Тут больше сказать нечего. Весь, как говорится, налицо. Вот такие вот пироги. Чувствуйте себя, как дома.

– А можно, я включу музыку?
– улыбаясь, спросила Лика.

– Ради Бога! Без музыки мы не живем и часа.

Лика включает магнитофон, и пустынный пляж сотрясает "Родина", любимая песня Митиных друзей.

Радости и удивлению нет предела. Почти в то же самое мгновение с выстрелом откупоривается бутылка шампанского. Митя разливает вино в привезенные с собой стаканы. Подает Люське, затем Лике, Зиновию Гердовичу, Куте, Шишу.

– Давайте выпьем за сегодняшний день! Потому что этот день самый счастливый день моей жизни!
– улыбаясь, не отрывая глаз от Лики, говорит Митя.

Все молча выпивают и тут же бросаются в пляс. Радостные, счастливые лица. Они заводят хоровод, прыгая и резвясь, словно дети, что-то крича и подпевая "ДДТ":

"Родина! Еду я на Родину! Пусть кричат: "Уродина!" А она нам нравится, хоть и не красавица. К сволочи доверчива. Ну, а вот к нам траляля-ляляля-ляляля! Эй, начальник!!!"

Заканчивается "Родина" на кассете, но не заканчивается у веселой компании. Они продолжают орать: "Эй, начальник!!!"