Чтение онлайн

Старший инспектор твердо ответил:

– Лоуренс абсолютно надежен.

– Возможно. – Полковник отнюдь не был убежден. – Так или иначе, дело не в этом. Он положил руку на рапорты. Как главный констебль этого графства, я обязан поддерживать своих парней. Пока они не попросят помощи или я не увижу, что они не компетентны работать с этим делом, я не вижу причин привлекать Ярд.

«А когда надумаете,– подумал старший инспектор,– преступника уже и след простынет».

Но он не мог облечь эти чувства в слова, а кроме того, ему импонировала преданность полковника своим сотрудникам. Поэтому, подавив чувства, Касл с уважением пояснил:

– Когда я просил об этой встрече, сэр, у меня не было намерения покушаться на вашу власть. Я просто хотел привлечь ваше внимание к возможной ценности мистера Лоуренса.

– Возможной ценности?– повторил полковник Джонсон. – Погодите-ка. Я слышал кое-что о репутации этого молодого человека. Не он ли, кто... – он упомянул детали.

Касл кивнул.

– Правильно, сэр. Мне пришло в голову, что он мог бы быть очень полезен для полиции графства. В обычных делах от него толку мало. Но он – эксперт при решении фантастических дел.

– М-да. – Полковник задумался. – Возможно, вы правы. Я поговорю с Хэзлиттом.

– Спасибо, сэр.

Полковник задумчиво сказал:

– Теперь, когда вы втянули Ярд и протащили его неофициального представителя, может быть, вы скажете мне, чего еще хотите?

Инспектор улыбнулся.

– Я надеюсь, сэр,– учтиво ответил он,– что вы позволите мне ознакомиться с рапортами о деле на настоящий момент. Тогда, прежде чем вернуться в Лондон, я смог бы кратко обсудить дело с мистером Лоуренсом. Разговор может снять некоторые нестыковки в свидетельствах.

–Хорошо. Хотя мне кажется,– улыбнулся полковник,– вы уже и так весьма хорошо ознакомились с делом.

–Да, сэр,– сознался старший инспектор. – Мистер Лоуренс позвонил еще ночью.

– В самом деле?– рассмеялся полковник. – Таким образом, между собой вы уже все решили.

Касл попытался оправдаться, но главный констебль жестом остановил его:

– Не имеет значения. Я желаю вашему молодому другу удачи.

И добавил сардонически:

– Она ему понадобится.

Олджи Лоуренс прогуливался вдоль мощеной дорожки под деревьями. Он упорно размышлял.

Олджи, как многие величайшие детективы, считал, что чем более причудлива проблема, тем легче ее решить. И все-таки он не мог даже приблизиться к разгадке тайны смерти Роджера Кверрина.

Он криво усмехнулся. Слабое утешение – знать, что инспектор Хэзлитт также озадачен и еще менее уверен в успехе.

Он громко процитировал:

«Легкость, с какой я прихожу – пришел, если хотите,– к решению этой загадки, прямо пропорциональна тем трудностям, какие возникают перед полицией».

Он получил большое удовольствие от звучания слов Дюпена{3} и задался вопросом, имеет ли он право применить их к себе.

Затем он вспомнил отвращение Рассела Крэйга к молодым людям, которые любят цитировать, и вновь усмехнулся.

Его лицо помрачнело, когда он поглядел на французские окна комнаты, в которой умер Кверрин. За стеклами деловито работали люди.

Лоуренс знал, что Хэзлитт, несмотря на собственные тщательные поиски, все еще подозревает существование секретного хода. Таким образом, команда экспертов принялась за работу, исследуя каждый дюйм стен, пола, и потолка. До сих пор ничего не нашли.

Лоуренс еще немного подождал. Кто-то произнес его имя.

Он повернулся и увидел Одри Крэйг. Тронутый несчастным выражением симпатичного лица девушки, он ласково поздоровался с ней.

– Приветик.

Это было то же слово, которое он произнес при их первой встрече. Казалось, это было так давно...

– Я хотела бы поговорить с вами,– с тревогой сказала она.

– Давайте.

Они пошли рядом.

– Олджи. – В первый раз она назвала его по имени. Он почувствовал крошечное удовлетворение. – Олджи, верно ли, что Саймон Тернер арестован?

– Да, это так.

Она неуверенно спросила:

– В чем его обвиняют?

– Нападение, наверное. – Он мельком взглянул на нее. – Не забывайте, он напал и на Хардинджа, и на меня.

– Да, я слышала об этом. Но я подумала, возможно...

Она не закончила предложения.

Лоуренс взял ее за руку:

– Одри, дорогая. Я не думаю, что Тернер имел какое-либо отношение... к тому, что произошло с Роджером.

– Но он, должно быть, все время бродил вокруг дома. Вы помните, я видела, как кто-то двигался среди кустов вчера днем...

– Да. Но Одри, вы забыли одну вещь. Вчера вечером сержант был на страже. Если бы Тернер приблизился к Роджеру между одиннадцатью и двенадцатью часами, то Хардиндж скрутил бы его на месте.

– Если бы старик приблизился к нему из сада, то да,– волновалась Одри. – Но предположим, что старому Саймону удалось тайно проникнуть в дом раньше вечером?

– После того, как меня нокаутировали,– напомнил ей Лоуренс,– все двери и окна были заперты изнутри. На первом этаже, по крайней мере. И, так или иначе,– закончил он,– я сам стоял на страже у входа в проход.

– Все равно,– не унималась Одри,– кто-то добрался... и убил... его.

– Правильно,– согласился Олджи Лоуренс. Его голос звучал устало и горько.

Одри быстро взглянула на него и положила свою руку поверх его:

– Я не хотела упрекать вас. Вы сделали все, что могли.

– Да, я приложил все усилия. Но их оказалось недостаточно.

Они прошли несколько шагов в молчании. Затем Одри предприняла храбрую попытку сменить тему:

– Дядя Расс снова опозорился.

Олджи улыбнулся:

– Он просто ответил на очарование Сьюзен в своем собственном неподражаемом стиле.

К его удовольствию, Одри рассмеялась.

– Наверное, мы едва ли можем его винить.

– Нет. Она – миловидная девица.

– Она – распутница,– заклеймила ее Одри с женской жестокостью. Затем улыбнулась:

– Но мне она нравится.

– Как и дяде Рассу.

Привязанность и смех в ее серо-зеленых глазах боролись с горем:

– Он – старый жулик. – Ее голос дрогнул. – Но он – все, что у меня осталось теперь.