Чтение онлайн

Вот и сейчас, завидев темную голову Люка, склоненную над очередным прайсом, она быстро поприветствовала его и нырнула в ванную, намереваясь в одиночестве обдумать то, на что решилась. Конечно, это трудно, но жить, каждую минуту ожидая жестоких слов о разрыве, еще труднее. Это то же, что сидеть в зубопротезном кресле в ожидании удаления больного зуба. Уж лучше выдернуть его самой — не так измучает ожидание.

Ужин, как всегда, был в столовой площадью сто квадратных метров, но казавшейся небольшой по сравнению с главным залом, который мог вместить до пятисот приглашенных. На столе, как в приличном ресторане, стояло три перемены блюд. В свое время их повар-француз служил в модном ресторане Нью-Йорка, пока Люк Брэтт, большой ценитель хорошей кухни, не переманил его в Чикаго, где тот стал получать значительно больше, работая несравнимо меньше.

Поковыряв первое блюдо, Джейн даже не взглянула на закуски. У нее и обычно-то аппетит был не слишком хороший, а сегодня его и вообще не было. Люк, с удовольствием поглощавший свою порцию, только сердито покачивал головой, глядя, как она размазывает еду по тарелке.

Закончив ужин, он выпил немного портвейна, предложив его и Джейн, в полной уверенности, что она по обыкновению откажется. Но сегодня ей был нужен допинг для поддержания духа, и она внезапно согласилась. Удивленно вздернув бровь, Люк налил ей вина, и Джейн выпила, чуть поморщившись от его крепости и неприятной сладости.

Обняв за талию, он отвел ее в гостиную, включил домашний кинотеатр и заботливо поинтересовался:

— Ты будешь смотреть диски или какую-нибудь передачу?

Она равнодушно ответила:

— Мне все равно.

Для любознательной Джейн это было странно, и Люк озабоченно спросил:

— Ты не заболела, дорогая?

Нежное обращение ничего не значило, просто давало ему возможность выглядеть заботливым, а, возможно, он и впрямь беспокоился, Джейн уже ничего не понимала. Сейчас ею овладело одно настойчивое стремление — выяснить все до конца и вырваться из этого сладкого ада.

Она чуть покашляла, обдумывая свой вопрос, и решила идти ва-банк. В любом случае она будет в выигрыше. Но тут в комнату вошел чопорный Юбер с серебряным подносом, на котором лежало несколько писем.

— Сэр, поступила вечерняя корреспонденция! — Мажордом явно воображал себя дворецким в старинном английском поместье.

Усмехаясь, Люк подыграл ему, столь же чопорно поблагодарив:

— Спасибо, Дартон. Вы свободны!

Повернувшись на пятках, Юбер чинно выплыл из комнаты, и они вновь остались одни.

Дождавшись, когда Люк бегло просмотрит письма, Джейн тихо спросила у него:

— Ничего серьезного?

Он рассеянно поднял голову. Его мысли были заняты другим, поэтому ответил он не сразу.

— Нет, ничего серьезного. Но мне придется на неделю улететь в Токио.

Это было крупной удачей, и Джейн, сцепив задрожавшие пальцы, бросилась в воду с головой:

— Тебе никогда не приходило в голову, что нам стоит пожениться? — Ее голос нервно подрагивал, но Люк этого и не заметил.

Предложение пожениться пришло в ее голову в последнюю минуту, но показалось единственным, что расставляло все на свои места. Если мужчина хоть немного ценит живущую с ним женщину, то хотя бы сделает вид, что и сам об этом думал. А если с ходу отказывает, то комментарии, как говорится, излишни.

— Пожениться? — переспросил вмиг насторожившийся Люк — и быстро опустил глаза, будто пытаясь что-то скрыть. — А для чего тебе это понадобилось? — Его голос звучал слишком напряженно для простого вопроса, и Джейн решила, что он недоволен.

Ей пришлось собрать все свое мужество, чтобы не пойти на попятную.

— Ну, женой быть гораздо приятнее, чем любовницей без определенных занятий. К тому же твои знакомые перестанут на меня коситься…

— И это все? — Тон у Люка был разочарованный и усталый, будто она его в чем-то неумело обманула.

Не зная, что сказать, — не говорить же ему правду: она влюбилась в него и теперь просто не может видеть его холодность и равнодушие, — Джейн неловко протянула:

— Конечно. А что же еще?

Люк растерянно потер лоб. Он явно ожидал чего-то другого. Стараясь не сказать лишнего, дипломатично начал:

— Видишь ли, дорогая, не вижу в этом смысла. Как ты знаешь, разумные люди не связывают себя подобными устаревшими отношениями. К тому же в роли невзыскательного любовника я гораздо более привлекателен, чем в роли требовательного мужа. Моей жене придется выполнять множество обязанностей, которых сейчас ты благополучно избегаешь.

Джейн понятливо кивнула головой. Она и в самом деле не организовывала званых вечеров, разного рода раутов и приемов, всем этим занималась Аннет со специально нанимаемой в таких случаях командой. А она, Джейн, в лучшем случае была на них гостьей, а хозяйку вечера изображала кто-нибудь из близко знакомых с Брэттом дам из высшего общества. И хотя он клялся, что с ними у него ничего нет, но Джейн все равно было больно и неловко видеть их позирующими со счастливыми улыбками для иллюстрированных журналов.

Протянув руку, он нежно погладил ее сжатую в кулак ладонь и мягко спросил:

— Чего тебе не хватает, дорогая?

Джейн не стала говорить, что ей не хватает любви и уважения. Зачем? Все равно от ее признаний ничего не изменится. Просто Люк смутится еще больше и, возможно, даже решит, что она его шантажирует.

Что ж, она услышала все, что хотела, и встала, чтобы уйти в свою комнату. Нахмурившись, Люк ухватил ее за руку и заставил сесть к себе на колени.

— Меня беспокоит сама постановка вопроса, дорогая. Она означает, что ты чем-то недовольна. Но только скажи чем, и я тотчас это поправлю. — Она саркастично посмотрела на него, и Люк уточнил: — В разумных пределах, конечно.

Но Джейн ничего не хотела. То есть хотела, но того, чего он ей дать не мог, — любви и защиты. Страсти в ее жизни хватало, но вот от всего прочего он ее решительно освободил, заменив любовь и привязанность дорогими побрякушками.

Ну что ж, теперь по крайней мере все встало на свои места. Тлевшая у нее до его решительного ответа надежда тихо угасла, оставив после себя горечь разочарования и твердую решимость порвать с этим затянувшимся фарсом. Пусть ей будет больно, но она хотя бы сможет уважать себя. Быть брошенной еще раз — извините, этого она решительно не желает.

Осторожно, чтобы не возмутить Люка, спросила:

— Так, может, нам расстаться?

Он стиснул ее так, что заболели ребра, и сердито воскликнул:

— Да какого черта! Что тебя не устраивает в наших отношениях? Я и так делаю для тебя все, что могу! Конечно, когда-нибудь мы расстанемся, но не сейчас! И мои слова о том, что ты станешь обеспеченной женщиной, не пустой звук! Но это будет только после нашего расставания! — И он сердито впился в ее губы наказующим поцелуем.

Джейн не сопротивлялась, твердо решив уйти из этого дома. Лучше уважать себя и жить одной, чем понимать, что теряешь остатки собственного достоинства, принимая эти оплаченные ласки, хотя его слова о расставании и отозвались острой болью в ее груди.