Чтение онлайн

– Не знаю, какая муха тебя укусила, Силоу. Чего ты добиваешься? Что скажут Сэм и Майкл, когда узнают? Если ты не хочешь думать о себе, так подумай о Билли Бобе. Ты навлечешь на него гнев Сэма. Этого ты добиваешься? Или тебе до смерти хочется завести интрижку с Билли Бобом? Не вздумай его дразнить. Ты для него – лакомый кусочек.

Что может Сэм сделать Билли Бобу? Все равно обещания надо выполнять. Она пообедает с ним у Денни, как обещала.

Но так получилось, что она все-таки не пришла к Денни. Перед самым обедом в банк вошел Hoax Ледбеттер, приехавший из Довера специально, чтобы поговорить с ней. Когда, наконец, поток его жалоб и претензий иссяк, было уже два часа.

Когда Силоу вышла из банка, Билли Боба уже не было, как не было и времени, чтобы искать его. Она должна была к шести часам быть на площади, чтобы поговорить с распорядителями праздника.

Город нежился в нежарких лучах вечернего солнца. На площади устанавливали телевизионную аппаратуру съемочной группы, прибывшей из Тьюпело. Конечно, Суитуотер одним из первых начал проводить торжественные празднования Дня независимости, но Силоу все-таки удивилась: что привлекло к их параду такое пристальное внимание со стороны телевидения? Одной давней публикации в журнале «Нэшнл джиогрэфик» было явно недостаточно.

Длинная вереница припаркованных машин начиналась уже на дальних подступах к особняку Пеннингтонов. Войдя в дом, Силоу наткнулась на мэра и двух членов городского совета, сидевших за кухонным столом. Она, конечно, могла спросить Лору, что тут происходит, но их отношения с экономкой были по известной причине сильно испорчены, так что они старались не замечать друг друга. Лора только передала Силоу просьбу Сэма прийти к нему в кабинет.

Она вошла и осторожно прикрыла за собой дверь.

– Ты хотел меня видеть? Что это за люди? Зачем… Слова застряли у нее в горле, когда она увидела, кто сидит перед ней. Это был судья Сьюэлл. Он смотрел на нее совершенно спокойно, совсем не так, как в последнюю их встречу в клубе. Ни тени раздражения не омрачало его лица.

– Добрый день, Силоу, – поздоровался он, вежливо привстав. – Рад тебя видеть.

Почти невозможно было поверить, что этот хорошо одетый, важный человек способен на бесчестный поступок, результатом которого было появление Билли на свет.

– Добрый день, судья! – ответила она. При виде этого холеного мужчины хотелось тут же посмотреться в зеркало: все ли у нее в порядке, хорошо ли она выглядит? – Извините, я не знала, что вы здесь…

Сэм снял очки и положил их на стол.

– Судья Сьюэлл находится в нашем доме по очень веским причинам, Силоу. Судья только что принял важное и ответственное решение баллотироваться на пост губернатора нашего штата.

Он сделал многозначительную паузу. Догадается она, что надо бы поздравить судью?

– Понятно, – сказала, наконец, Силоу и протянула ему руку. – Примите мои поздравления, сэр.

Судья пожал протянутую руку и улыбнулся.

– Поздравления? На самом деле вы, наверное, хотите сказать: соболезнования?

У него были ямочки на щеках, и вообще он был очень красив. Силоу чувствовала, что ее неприязнь к нему проходит; ей как-то не верилось, что этот человек способен на подлость. К тому же не могла она долго сердиться на отца Билли Боба. От кого, в конце концов, Билли унаследовал ум и красоту?

Внезапно ее озарила догадка.

– А! Так это из-за вас приехало телевидение?

– Как? Уже? – нахмурился судья и посмотрел на часы. – Они приехали на два часа раньше.

– Роберт хочет объявить о своем решении сначала родному городу, – пояснил Сэм. – Официальная церемония будет на следующей неделе.

Маленький городок в праздничной шумихе, возбужденный и радостный, полный цветов, флагов, ярких одежд… Роберт Сьюэлл начинает предвыборную кампанию в очень подходящем месте и в самый удобный момент. «Молодец судья, – кисло подумала Силоу. – Или это Сэм молодец?»

– Ты советник судьи? – спросила она Сэма.

– Почему советник? Сторонник – так правильней сказать, – поскромничал Сэм. – Я, конечно, буду рад, если все закончится удачно. Как и судья, как и ты, наверное, тоже…

Повисла напряженная тишина. Силоу поняла, что сейчас опять начнется самое для нее неприятное, и внутренне сжалась.

– Надо, наконец, выяснить наши отношения. Давайте поговорим. Честно и открыто, – судья Сьюэлл ласково взял ее за руку и заглянул в глаза. – Силоу! Майкл не беспокоит тебя уже целый месяц, потому что Сэм уверил его, что у тебя нет другого мужчины, что ты любишь только Майкла, но тебе необходимо время, чтобы подготовиться к новой жизни. Все мы – я имею в виду себя, Лидию и Сэма – хотим, чтобы ты вошла в нашу семью, семью Сьюэллов… Я очень надеюсь, что ты, как взрослый, ответственный человек, примешь нужное решение, и мы вздохнем с облегчением, а особенно Майкл…

Она для них – просто избалованная, взбалмошная девчонка, поссорившаяся по пустякам с женихом, поняла Силоу. Они думают, она просто капризничает. Они не хотят воспринимать ее всерьез. Придется их заставить считаться с собой.

– Я уже приняла решение. Я не выйду за него замуж. Она удивилась: неужели это она сказала? Так решительно и твердо? Со стороны могло показаться, что она абсолютно спокойна, но сердце у нее стучало, как кузнечный молот.

– Черт побери! – выругался Сэм, сразу помрачнев, как туча, и так сильно стукнул кулаком по столу, что один из портретов – ее портрет – свалился со стены. – Ты – дура!

Судья отдернул от нее руку, как будто обжегся.

– Сэм, но ты же обещал! – гневно воскликнул он. Все его обаяние сразу куда-то улетучилось. – Сколько она уже дразнит Майкла? Я о ней лучше думал. И о тебе.

– Я тоже.

– Девушек вокруг много. Майкл скоро утешится. Но дело не в этом. Я скажу прямо. Суитуотер – маленький город, все на виду. Слухи о размолвке между ними уже понемногу ползут. Стоит телевизионщикам пронюхать…

Сэм не отводил от Силоу тяжелого взгляда.

– Ничего не случится. Кому интересна семейная жизнь детей губернатора? Подумаешь, помолвка расстроена! Ничего страшного. Майкл даже выиграет. Девушкам больше нравятся холостые мужчины.

Судья задумался.

– Может, ты и прав, Сэм. Но пусть пока это остается в тайне. Пусть люди думают, что у них все в порядке.

– Нет!

Этот возглас вырвался одновременно и у Силоу, и у Сэма.

– Зачем дальше тянуть волынку? – фыркнул Сэм. – Силоу сожгла за собой мосты. Пусть живет, как хочет. Мы объявим обо всем завтра. Когда телевидения не будет. А когда вся эта предвыборная шумиха уляжется, я с ней поговорю сам, по-родственному.