Чтение онлайн

Только есть одна загвоздка - платье. В старом точно не пойду. Я его одевала больше десяти лет подряд. Ткань по швам заметно потерлась, да и цвет потускнел.

– Я пока не определилась. Возможно, меня не отпустят. Слишком много часов отработки на мне висит,– уклончиво ответила, садясь за стол.

– Жаль. Я хотел пригласить тебя потанцевать,– пожал плечами оборотень, не отрываясь от своего занятия.

Жар смущения опалил мои щеки, а сердце застучало быстрее обычного. Мимолетный взгляд… Я резко поднялась со стула и подошла к окну. Воздух! Мне нужен воздух! Почему он так смотрит?! Я знаю, что он почувствовал мое смущение и услышал сердце. И это раздражает. Я же не слышу ни его дыхания, ни ускоренного пульса! Он спокоен и безмятежен! А я, а я нервничаю! Сколько раз наставница учила нас прятать свои эмоции! Как она говорила? Надо подумать о грустном. У меня нет платья!

«Прекрасно, Джиобами. Ты само спокойствие», – расхохоталось мое внутреннее пушистое чудовище.

– Я плохо танцую,– выдавила из себя. – Найди себе другую партнершу для танцев. Джиао любит двигаться под музыку.

– И Ченг меня убьет,– хохотнул Бохай. – Ладно. Будем весь вечер пить пунш и обсуждать косолапость смельчаков на танцполе.

– Что? – не поняла последнюю фразу оборотня, упорно разглядывая пейзаж за окном.

– Я буду ждать тебя в семь в следующую субботу,– ударило мне в спину решительное заявление мужчины.

6 глава

– Джиобами! Наконец-то ты пришла!
– радостно защебетала Джиао, едва я переступила порог дома.

За окном уже смеркалось. Обещание Бохая простимулировало выйти в сад и ожесточенно повыдирать бурьян. Поэтому, к вечеру моя голова была словно чугунная кастрюля, а поясница – сплошной комок боли. Руки еще горели, ведь в запале я не додумалась надеть перчатки, и сейчас кривилась от любого касания к ладоням.

Сестра встретила меня с музыкой, подтанцовывая на носочках. Мама говорила, что когда Джиао обретет своего Зверя, она наверняка получит зависимость от танцев. У каждого члена клана Хон есть своя одержимость. Это отличает нас от других оборотней, не считая алых глаз. Манул может быть одержим чем угодно. К примеру, папа одержим острой едой, мама - пунктуальностью, а наша соседка - синим цветом. Весь её дом в синих оттенках: обивка, краска, фарфор. Даже у её пары человеческие глаза 15 не карие, а голубые.

– Зачем ты меня ждала?

– Ты же знаешь о фестивале? Знаешь, знаешь! – защебетала Джиао.

– Знаю.

– Так вот! Папа выделил из нашей фабрики сотни метров шелка, чтобы все девушки клана могли пошить для себя новые наряды!

Информация стала последней каплей, и я пораженно плюхнулась на кухонный табурет. Сейчас, когда в мире твориться хаос и анархия, а клан Хон воюет сразу на два фронта, очень расточительно тратить деньги для нарядов. Этот шелк можно было бы продать и…

– Папа! – взвизгнула Джиао и бросилась обнимать вошедшего из улицы отца. – Спасибо!

Оборотень раскраснелся от радости и закружил в объятиях младшую дочь. Я отстраненно следила за их идиллией, не готовая разделять общее настроение.

– Твоя радость ощущается еще с дороги,– смеялся Демин Хон, потрепав Джиао по волосам. – А почему Джиобами сидит с таким лицом, будто съела дуриан?

Мы все скривились, вспоминая запах этого фрукта.

– Я считаю твое решение глупым,– прямо ответила отцу.

Оборотень удивленно почесал затылок и оперся об стол, заинтересованно глядя на меня.

– Почему?

– Ты хочешь отдать шелк на платья. Но его можно продать и выручить хорошие деньги.

– Ты права. Но я слежу за настроением внутри клана. Поверь мне, оборотницы сегодня перевыполнили план от радости. Все устали от войны, и небольшое развлечение пойдет только на пользу. Я рассчитываю, что некоторые пары расслабятся, а через девять месяцев в клане будет много новых Котят.

Я возмущенно фыркнула и молча сложила руки на груди.

– Всегда ищи скрытые мотивы, Джиобами. Ты - дочь альфы клана, и стратегия должна течь по твоим венам,– отец ткнул пальцем в мой лоб.

– У нас много сирот. Детей нужно рождать в мирное время,– потерла «ушибленное» место.

– Будем откровенны, Джиобами. Клану нужны Котята. За последние годы мы потеряли много пар. Надо восполнить брешь, чтобы продолжить держать удар.

Моим ответом были поджатые губы. Мне не удастся его переубедить, да и женщины клана загрызут меня, узнав, что я отговаривала отца.

– А что ты скажешь по поводу вещей из дворца императрицы Йоны? – не удержалась от колкого вопроса.

– Мы ищем, дочка. Когда поступил сигнал о помощи, мы прибыли быстро и смогли поймать несколько мародеров. Сейчас они в нашем Небесном Хлеву 16 .

– Это случайно не те мужчины, что служили для нас живыми наглядными пособиями на уроке? – полюбопытствовала Джиао, и, прошмыгнув под руку отца, прижалась к его широкой груди. Тот кивнул, машинально гладя дочь по голове:

– Да, это они. Итак, я к машине. За тканями,– быстро свернул диалог Демин Хон и вышел из дома. За ним умчалась Джиао.

Я с подозрением проследила взглядом за сестрой, теряясь в догадках, почему она столь возбуждена. Её тоже пригласили? Кто? Бохай обмолвился о Ченге… Неужели?

– Джиао, а с кем ты идешь на танцы? – спросила у сестры

– Джиобами,– шикнула на меня копия и затравлено глянула на отца.

Он уже поставил ящики с тканями на стол и с большим интересом следил за нами, ожидая развязки ситуации.

– А чего ты засмущалась? Я же все равно узнаю, – хмыкнул оборотень.

– Меня Ченг позвал на танцы. Я, правда, сказала, что еще не знаю, пойду ли вообще,– затараторила девушка, краснея, словно вареный краб.

«Прямо как мы»,– фыркнула Кошка.

– Наш Ченг Хон? – уточнил отец.

После кивка Джиао, папа довольно потер подбородок и аккуратно похлопал дочь по плечу.

– Весьма недурно. Ченг - сын главного инженера на фабрике. Одержимость электронными приборами. На передовой разобрал по винтикам наш истребитель и нашел причину поломки. Мы его чуть под трибунал не отправили за своевольность, так как он не был в группе электриков. Но его одержимость нам очень на руку. Мозговитый,– одобрительно улыбнулся альфа. – Раз секрет твоей сестры мы услышали, теперь скажи, кто тебя пригласил, Джиобами? – сверкнул алыми глазами Демин.

Я невольно опустила взгляд. Смущение неприятным сгустком пульсировало в груди, из-за чего сердце заныло.

– Я не пойду.

– Отчего же?

– Много часов отработки.

– Дочка, я слышу в твоем голосе правду с налетом лжи. Поэтому могу предположить, что ты не желаешь говорить все.

– Ты ему отказала?! – охнула Джиао, догадавшись быстрее. – Кто он?

Я уже хотела было отмахнуться и сказать, что меня никто не приглашал, однако оборотни слишком хорошо чувствуют неправду. Под внимательными взглядами родственников сдалась, признаваясь: