Чтение онлайн

Работа кипела, гости веселились. Я осторожно разносила заказы, обходя танцующих людей. Приближалась заветная полночь. Мы расставляли на столики свечки и готовили для гостей бенгальские огни. В полночь каждый готсь должен был зажечь свой огонек и загадать желание. Ведущий со сцены подогревал публику смешными шутками на тему новогодних желаний.

— Рассчитай меня, — потребовал Холод.

За их столиком чувствовалось напряжение.

— Хорошо, одну минуту, — согласилась я.

— Зачем? Я заплачу, — вмешался Александр.

— Не уходи, останься с нами. Как встретишь новый год, так его и проведешь, — проговорила Элиза, протягивая к Дмитрию руки.

— Рассчитай, — Дмитрий был непреклонен. На его лице читались недовольство и растерянность.

Я быстро сбегала за счетом. Дмитрий Анатольевич вложил нужную сумму в расчетную книжку с чеком.

— Оставайтесь, — бросил он своим друзьям и без промедления покинул ресторан.

— Дима, не уходи, — крикнула ему вслед Элиза.

— Пусть идет, — успокоил ее Александр. — Успокоится, потом поговорим.

Элиза нервно взялась за стакан с коктейлем и, вытащив из него трубочку, в миг опустошила содержимое. Александр ободряюще погладил ее по спине.

— Что я могу сделать для вас? — мне нельзя было просто отойти от столика, такова политика ресторана. Нужно убедиться, что гости ни в чем не нуждаются.

— Ничего, — резко ответила Элиза. Ее поведение быстро изменилось. Она больше не выглядела изящной, красивой, воздушной девушкой. Смеряя меня тяжелым взглядом, она хищно улыбнулась мне.

— Я воспользуюсь тобой, когда мне будет нужно, — сказала она. Ее фразу можно было трактовать двояко.

Новогодняя ночь пролетела быстро, дольше ждали. Под утро, проводив последних гостей, я собирала с пола оборванный с потолка дождик и думала. Думала про непростую Элизу, мастерски изображающую из себя хорошую девочку, думала про Александра, который ни разу за вечер не сделал и намека на его предложение, вел себя так, будто мы видимся впервые. Также я думала про Холода. Я вспоминала его студенческие фото, которые использовала Инна в своем номере-поздравлении. Что с ним случилось? Куда делся веселый, открытый парень со снимков, почему он стал таким… холодным. Может я стала думать о нем из-за чаевых, которые он мне оставил? Это была довольно крупная сумма для обычных чаевых и я не понимала, с чего вдруг я удостоилась такого внимания с его стороны. А может это своеобразная плата за мое молчание, чтобы я не болтала о встрече трех знакомых за столиком ресторана? Я и без чаевых не стала бы говорить о этом. Я в чужие дела не лезу, у меня своих проблем хватает. Ну вот, я так и не успела загадать новогоднее желание. Ладно, в следующем году повезет.

— Что ты как деревянная? — злилась на меня Инна.

— Я на таких огромных каблучищах ни разу не стояла, — оправдывалась я.

— Димитрова, у нас экзамен, понимаешь, экзамен! Надо было другую девчонку в номер брать. Учись! Стой ровно! Не так. Что ты как… Это твоя проблема, ты ее решай! Если накосячишь на экзамене, упадешь, ногу сломаешь — я тебя прибью, поняла?

— Поняла.

Близился конец первого курса, а вместе с ним экзамен по актерскому мастерству. Я нервничала. На экзамене нужно было показать упражнения, этюды с животными и этюды с наблюдением за людьми. Мы в прямом смысле наблюдали за интересными людьми в общественных местах и потом, на занятиях, старались изобразить понравившегося нам человека. Мы погружались в образ, передавали мимику, жесты, походку, пробовали раскрыть характер. У меня подопытных было достаточно. В ресторане я часто наблюдала за клиентами, в каждом я научилась подмечать интересную деталь. На занятиях я делилась своими наблюдениями, за второй семестр я умудрилась показать более двадцати этюдов. Добровольский хвалил меня. Он говорил, что в актерской профессии внимательность — это самая важная черта.

На этюдах наш экзамен не заканчивался, также мы должны были сделать пародии на известных исполнителей и оформить все наши номера в полноценный концерт. За организацию, естественно, взялась Инна. Сначала идея пародий очень вдохновила меня, но потом я зашла в тупик, так как не знала, кого я могу изобразить. Другие ребята быстро определились с номерами, у некоторых было по два-три номера. Пашка удивил всех выбором, он решил сделать пародию на Ободзинского и все время напевал слова из песни «эти глаза напротив». Денис был более прогрессивным в выборе исполнителя. Тася помогла ему раздобыть белый парик с длинными пушистыми волосами. Наш тихий, задумчивый Денис собирался устроить на сцене рок-н-ролл под песню «final countdown». У Инны было два номера. В первом она была Ларой Фабиан, исполняла нежную, красивую песню в длинном белом платье и парике, во втором она была вокалисткой группы ВИА ГРА. И так как в этой группе три исполнительницы, она выбрала пару девчонок для подтанцовки, конечно же таких, чтобы выигрышно смотреться на их фоне. Одной из этих девчонок была я.

— И снова раз, два, три, поехали, — командовала Инна.

Мы друг за дружкой выходили на сцену и подходили к стойкам микрофонов. Инна стояла ближе к залу, я с одногрупницей чуть дальше, чтобы не затмевать собой восходящую звезду. У меня болели ноги, я никогда не носила таких высоченных каблуков. Открывая рот под фонограмму, извиваясь, словно гусеница, я репетировала этот нелепый номер, мысленно ругая себя за то, что согласилась на все это.

— Уже лучше, завтра поработаем в хореографическом классе, — Инна закончила репетицию.

— Ну, как оно? — засмеялся Смак.

— Никак. Сам видел, — обиженно ответила я.

— Забей. Лучше со своим номером определись.

— Я не представляю, что мне показывать. Идей никаких.

— Новости. У нас совместный урок с курсом Огорельцевой, — Денис вошел в зал и поделился с нами новостями.

— Как-то все не складывается сегодня, — заметила я.

— Угомонись, забубнила. Туфли жмут? — снова засмеялся Пашка.

— Издеваешься? Я на них еле стою, а нужно ходить и пританцовывать.

— Какие танцы? Так, с ноги на ногу переваливаетесь, — не унимался Паша.

— Даже это дается мне с трудом!

Я сняла туфли и босиком пошла в раздевалку. Нужно было переодеться к занятию по сценическому движению.

— Димитрова, отнеси журнал преподу, — снова настигла меня Инна.

— Почему я?

— Потому! Эта крыса белобрысая, я про Элизу, сегодня в институт приперлась. Холод, как ошпаренный ходит. Я к нему со всей любезностью, добротой, а он как гаркнул, еще и посмотрел так, будто прибьет сейчас. Не хочу накалять. У нас итак с ним все тяжело идет.

— У тебя с ним? — удивилась я ее словам.

— Димитрова, не тупи. На журнал, отнеси.

— Не хочу, проси другого.

— Какая смелая стала! Огрызаться научилась! Тебя таким манерам в мафиозном ресторанчике научили?

— В каком?

— Короче, держи, неси. Просить больше некого. Все уже разминаться ушли. Одна ты тут торчишь. Иди давай.

Она сунула мне в руки журнал и вышла из раздевалки. Я побрела в учительскую коморку. Двери маленького кабинета были открыты. На полу валялась сумка, вещи были разбросаны. Я подошла к столу, положила журнал и обратила внимание на белый лист с золотым тиснением. На столе в виде элегантной карточки с вензелями лежало приглашение на свадьбу. Элиза и Александр — два имени были напечатаны витиеватым шрифтом.

Пазл сложился. По словам Инны в институт приходила Элиза, после ее прихода Холод стал сам не свой, значит она принесла ему это пригласительное. Пригласительное на свою свадьбу? Своему бывшему парню, который очевидно любит ее до сих пор. Жестокая девушка. А что насчет Александра? Может это тот самый мужчина из ресторана? Вряд ли. Еще пару месяцев назад он предлагал мне секс за деньги, а сейчас женится? Не может быть, наверное, это другой Александр. Даты свадьбы не было. Может это шутка такая? Чтобы Холода позлить, на эмоции вывести. Не знаю и знать не хочу. Не мое дело, не интересно.