Чтение онлайн

— Движение на трёх процентах мощности!

Главный штурман мягко тронул сенсоры управления, и все почувствовали лёгкий толчок. Впрочем, через мгновение всё пропало, вновь привычная сила тяжести, никаких иных ощущений. А между тем за бортами уже всё пришло в движение. Бесконечный борт военной причальной базы начал убегать назад, теряясь в пространстве. Корпус монитатора совершил плавный разворот, не меняя траектории движения.

— Легли на курс. Идём по коридору.

— Так держать…

Ещё несколько томительных минут, и наконец, главное:

— Вышли за пределы системы!

— Главные ходовые — полный ход!

— Включить компенсаторы на полную мощность! Машинное — сто процентная мощность!

— Штурман, расчётное время прибытия?

— Восемь часов, командир!

— Отлично…

— Вот чёрт!

Михаил ошарашено смотрел на распечатку. Что поделать — дурная привычка. Большинство молодых давно пользовались мнеморекордерами, позволяющими загружать информацию непосредственно в мозг. Но ему больше нравилась бумага, или пластик, который здесь использовался повсеместно. Как то проще было уловить то, что составляло «золотую жилу» в полученных данных. Столяров оторвал глаза от листа, покрытого знаками, и удивлённо взглянул на сияющего от радости доктора:

— Получается, что нам неслыханно повезло?

— Так точно, господин генерал! Данная девушка действительно дочь самого командующего вторжением и относится к их высшим кругам. Пусть и, естественно, недостаточно для нас, но её уровень информированности превосходит всё, о чём мы только могли мечтать! Уже сейчас учёные на захваченной нами планете, воспользовавшись полученными от неё данными успешно вскрыли большой массив информации, и то, что стало известно, вызвало настоящий шок среди исследователей. Нас ждёт большой технологический прорыв.

— Отлично.

Начальник контрразведки пошарил в столе, выудил стакан, не глядя, точным движением плеснул туда коньяк из появившейся оттуда же, где была и ёмкость, бутылки, залпом выпил.

— Да… Князь будет доволен. А что она?

Доктор мгновенно стал серьёзным:

— Пока физическое состояние не вызывает тревог. Хуже с моральным. Сами знаете, мозговой сканер вызывает жуткие боли. Мы, конечно, стараемся их блокировать, но если не снизим частоту, то за её психику я не возьмусь отвечать.

Михаил задумчиво повертел в руках пустой стакан, что-то прикинул, вновь поднял глаза на врача:

— Если мы снизим темпы считывания, сколько она протянет?

— Я бы рекомендовал понизить глубину сканирования до трёх дней. Боли уменьшаться, но срок полного прочтения увеличиться вдвое.

— А мы можем себе это позволить?

Собеседник пожал плечами.

— Не знаю. Судя по затраченным ресурсам на создание и посылку к нам Кочевья — у нас лет десять. Правда, прогресс не стоит на месте, и я бы рекомендовал уменьшить срок вполовину.

Стакан чуть звякнул, став на стол.

— Значит, пять лет. А сколько нужно до полного прочтения?

— Так как сейчас — полгода. Если убавить по моим рекомендациям — месяцев десять.

— Ясно.

Вновь взял распечатки, уткнулся в них, потом бросил из-за листов:

— Мы сможем убрать наложенную личность?

— Без проблем. За месяц — гарантированно.

— Хорошо. Но, напоминаю, доктор. Князь лично просил, чтобы наша пленница была к концу года жива, и по возможности здорова.

Молчаливый кивок. Затем врач исчез за дверью кабинета. Михаил вновь отложил распечатки, уставился в пустой угол. Что же задумали супруги Князя? Что? Почему они так пекутся об этой девице? Фрукт она, конечно, интересный. Красива, умна, упорна, настойчива. С характером. Как выяснилось — генетический двойник разобранной на органы герцогини Гейтс. Внезапно его осенило: Гейтс! Вот в чём причина! Сюзитки не смогли разобраться, кто из них кто, и, прозрев будущее, ошиблись! Настоящая причина — именно это девочка! Она — Мать династии! Другого объяснения нет. Молодая, свежая кровь с её стороны, и яростное, неиссякаемое любопытство земной расы, помноженное на оптимизацию генов. Внезапно словно дрожь пробежала по спине контрразведчика — это какой же дьявольский коктейль заваривается?! Что ждёт Вселенную? Уже сейчас, после того, как митриты прошлись по старым мирам кровавым гребнем, вычистив практически всю прежнюю власть, большинство бывших республик, королевств, и прочих ленов всерьёз думают о присоединении к Терранскому Княжеству… Мать моя женщина… Империя? Боже, ах ты же старый сюзит… Какую кашу ты заварил… Пожертвовал большей частью казны своей страны, проиграл намеренно, теперь уже нет в этом ни малейших сомнений, войну с Рамджем, погубил прежний свой мир. Сам покончил с собой, заставил умереть всю свою семью, кроме единственной дочери, чтобы объединить Вселенную… Но такое вот воссоединение требуется перед лицом невероятной опасности.

Не митриты же это?! Их разгромили неожиданно легко, против ожидания. Так кто, или что, стояло за спиной ап дель ои Суера? Ради чего погибли миллионы и миллионы разумных?

Алексей вновь склонился над прозрачным колпаком медицинской капсулы. Под прозрачным пластиком в струях анестезирующего газа виднелось любимое лицо. Малышка Ми. Рядом, точно в такой же — Крошка Я. Так он звал своих женщин в минуты счастья. А счастье они ему дарили ежедневно. Яйли, дочь почившего Императора. И Майа, Баронесса той же Империи. Две сюзитки, две его жены. Если первая более решительная, привыкшая повелевать, когда правила, то вторая, хлебнувшая столько лиха, что не каждому дано. Теперь между ними нет недомолвок, нет тайн. Пять дочерей эти женщины подарили ему. Простую семейную радость. Князь всегда мог положится на своих супруг во всём. Когда ему было плохо, они делали всё, чтобы облегчить его ношу. Когда же хорошо — радовались вместе с ним…

Логгер тихо пискнул. Значит, вновь ухудшение. Если так будет продолжаться дальше, то он станет вдовцом. Проклятие! Ну почему?! Кто же знал, что массовая смерть вызовет такую реакцию? Хотя митриты преступили грань разумного. После того, как Князь увидел документальные кадры, снятые на захваченном Кочевье, его самого трясло почти сутки. Переходы, забитые раздувшимися, заледеневшими трупами мужчин и женщин, детские тела со стеклянными глазами. Тысячи и тысячи. Миллионы. Почти миллиард. Жутко. Воля их Бога. Обрекшая на смерть столько разумных… И теперь его жёны, воспринявшие весь этот ментальный удар на себя — в коме. Сын хочет помочь. Но успеет ли он? И найдётся ли в библиотеке что-либо, могущее найти лекарство для их выздоровления? Он очень надеется на это. Фактически — это всё, что у него осталось. Дочери плачут у себя в комнатах, все дни напролёт проводят в этой комнате, где лежат их матери. Атрофируются нервы. Отмирают все чувства. Память начинает гаснуть. По существу, они становятся растениями…

Алексей вновь замер у капсулы, провёл по стеклу рукой, затем повернулся, коснулся второго стекла. Лежащая в углу собака Яйли Лэй, чистейших кровей восточно-европейская овчарка, привезённая с Земли, чувствуя состояние хозяина, тихо заскулила. Поднялась, подошла к нему, застывшему между двух цилиндров, лизнула опущенную руку. Вновь отошла в угол, снова тихонько проскулила, опять легла, положив голову на вытянутые передние лапы. Ему показалось, или в жёлтых глазах стоит нечеловеческая тоска? Ведь Лэй умница… Она всё понимает. Врачи были против нахождения животного в стерильной комнате, где стояли медицинские машины, но едва собака появлялась здесь, как распад тканей приостанавливался, а иногда и замедлялся. Чтобы потом начаться вновь. Что же сын? Сможет ли он найти и раскопать хранилище? А главное — успеет ли?