Чтение онлайн

– Марио Драги намерен запустить в марте 2015 года крупную программу скупки долгов, без которой евро конец, – сказал я. – Последним, что ему нужно, будут какие-либо помехи данному плану [90] .

Поэтому правительство СИРИЗА должно уведомить Драги о том, что хочет заключить выгодную сделку с ЕС, ЕЦБ и МВФ и готово к компромиссам ради нее. А еще оно должно сообщить, вежливо, но твердо, что если Драги начнет закрывать греческие банки в качестве реакции на победу СИРИЗА, правительство посчитает такие действия casus belli [91] и незамедлительно примет решение отложить выкуп греческих государственных облигаций на балансе ЕЦБ, скажем, на два десятилетия. Я не сомневался, что, если правительство СИРИЗА заблаговременно оповестит о своем намерении нанести ответный удар подобными действиями в отношении облигаций SMP на балансе ЕЦБ, это помешает ЕЦБ закрыть наши банки.

– Драги слишком хитер, это опытный финансист, он не пойдет на такой риск просто ради того, чтобы позволить Берлину вас растоптать, – сказал я Алексису. – Конечно, с другой стороны, если вы не убедите его в серьезности своих намерений относительно облигаций SMP, у него не будет причин враждовать с Берлином и отказывать в удовлетворении его просьбы устроить Греции принудительные банковские каникулы.

Как и в 2012 году, в квартире Алексиса тем вечером я изо всех сил пытался втолковать очевидное: и здесь, и во всех прочих аспектах переговоров, с которыми им предстоит столкнуться, СИРИЗА не может себе позволить блефовать. Даже если Драги закроет наши банки, правительство Алексиса должно было быть готово к удержанию экономики на плаву на протяжении нескольких недель. Если Алексис выстоит – сигнализируя Берлину и Франкфурту, что, пускай целью его правительства является справедливое соглашение с кредиторами, он предпочтет дорогостоящий и нежелательный «Грексит» кошмару капитуляции и долговой кабале, – вот тогда начнутся настоящие переговоры.

Готовы ли они сражаться в этой битве до конца?

Паппас как будто обиделся на мой вопрос. Более сдержанный Алексис сказал с видом мученика: «У нас нет выбора». Драгасакис промолчал.

Крайне важно составить план, позволяющий выиграть время, прибавил я, это позволит обеспечить правительству несколько недель, когда не придется выбирать между «Грекситом» и капитуляцией в тот самый миг, как отключатся банкоматы. А Меркель и Драги это даст шанс отступить, если все поймут, что у СИРИЗА слова не расходятся с делами. Для этого понадобится система платежей, готовая пережить закрытие банков.

Схема, которую я изложил, ссылаясь на наметки июня 2012 года и на пятиступенчатую стратегию мая 2013 года, опиралась на мою раннюю теоретическую работу, посвященную способам стрессовых экономик еврозоны добиться определенной свободы маневра за счет нового использования сайтов налоговых органов. Суть ее сводилась к следующему.

Допустим, что государство должно компании A 1 миллион евро, но откладывает платеж из-за дефицита государственного бюджета. Допустим также, что компания A должна 30 000 евро Джилл, одной из своих сотрудниц, а еще 500 000 евро – компании Б, поставщику сырья. Между тем Джилл и компания Б сами должны, соответственно, 10 000 евро и 200 000 евро государству в виде налогов. Теперь представим, что налоговая служба создает резервный счет для каждого налогоплательщика (по ИНН, чтобы избежать ошибок), в том числе для компаний A и Б и для Джилл. Далее государство может просто «депонировать» 1 миллион евро на резервный счет компании А, прописав наличие этой суммы и предоставив каждому налогоплательщику ПИН-код, который будет использоваться для перевода «средств» с резервного счета одного налогоплательщика на счет другого. Компания A затем перечисляет 30 000 евро на резервный счет Джилл и 500 000 евро на резервный счет компании Б, а Джилл и компания Б, в свою очередь, погашают свои долги перед государством в размере 10 000 евро и 200 000 евро. Тем самым получится мгновенно ликвидировать множество задолженностей.

Такая система великолепно подошла бы для Португалии, Италии, даже для Франции в лучшие времена, а для Греции она представлялась насущно необходимой в наших чрезвычайных обстоятельствах, под угрозой принудительных банковских каникул, и допускала проведение всевозможных транзакций для всех, а не только для тех, кто состоит на госслужбе. Например, пенсии возможно частично выплачивать перечислением на резервные счета налогоплательщика, а пенсионеры затем могут передавать долю «полученных» сумм, скажем, арендодателям своих квартир; у этих арендодателей тоже появятся средства на уплату налогов. Пускай эти кредитные средства нельзя изъять из системы в виде наличных, схема будет работать до тех пор, пока государство продолжит принимать «кредитные деньги» в качестве налогов. А если применить два дополнительных фактора, она будет работать поистине замечательно.

У каждого гражданина Греции уже есть удостоверение личности. Вообразим, что эти удостоверения перевыпущены в виде смарт-карт с микрочипами, наподобие тех, что используются в современных дебетовых и кредитных банковских картах. Идентификационные карточки пенсионеров, работников государственного сектора, льготников, государственных поставщиков – всех, кто состоит в финансовых отношениях с государством – можно привязать к резервным счетам в налоговых органах и использовать для оплаты товаров и услуг в супермаркетах, на заправках и так далее. Иными словами, даже если банки закроются, даже если государство объявит дефолт, правительство окажется в состоянии выполнять свои обязательства, просто перечисляя «кредитные деньги» на персональные смарт-карты – разумеется, пока общая стоимость выделенного кредита не приведет к бюджетному дефициту.

Кроме того, та же система может позволить правительству заимствовать у граждан страны, в обход коммерческих банков, враждебных и подозрительных финансовых рынков – и, конечно же, в обход «Тройки». Помимо получения «кредитных денег» от государства, граждане получат возможность покупать «кредитки» в налоговой службе через Интернет при помощи веб-банкинга, с обычных банковских счетов. С какой стати они захотят это делать? Да с той, что правительство предложит им скидку в размере, скажем, 10 %, если они впоследствии используют эти «кредитки» для уплаты налогов – например, через год. Фактически государство будет заимствовать у своих граждан по процентной ставке (10 %), которую ни один европеец сегодня не получит ни в одном банке. Пока общий объем «кредитных денег», выданных правительством, будет оставаться ограниченным и полностью прозрачным, мы вправе ожидать финансово обоснованного роста платежеспособности правительства, большей свободы от указаний «Тройки», а следовательно, путь к конечной цели – к подписанию нового, справедливого соглашения с ЕС и МВФ – укорачивается.

Очевидно пораженный услышанным, Драгасакис попросил меня подготовить проект в письменном виде, а Алексис с Паппасом, похоже, радовались шансу получить драгоценное время на организацию выживания страны после конфликта с кредиторами. Не прошло и двух суток после моего возвращения в Остин, как я отправил Паппасу десятистраничный документ, предназначенный для Алексиса и Драгасакиса.

Давайте перенесемся на четыре месяца вперед, в март 2015 года, на заседание кабинета СИРИЗА с Алексисом на посту премьер-министра. Изложив свою оценку конфронтации с «Тройкой», которая начала мстить в первый же день после выборов, как и ожидалось, я представил законопроект, который мое министерство направило в парламент: проект завершения гуманитарного кризиса через выделение дебетовых карт тремстам тысячам семей, проживающим ниже черты бедности; на каждую карту предлагалось начислять несколько сот «кредитных» евро ежемесячно для удовлетворения основных потребностей людей.

– Эти карты – лишь начало, – прибавил я. – Вскоре они заменят собой удостоверения личности и обеспечат основу системы платежей, которая будет функционировать параллельно банковской.

Объяснив, как будет работать эта система, я перешел к описанию ее многочисленных преимуществ: она обеспечит правительству свободу финансового маневра, поддержит бедных, не принуждая их к унизительному использованию купонов, а также – прежде всего – подаст «Тройке» сигнал о том, что Греция располагает платежной системой, позволяющей нашей экономике функционировать даже при закрытых банках. В завершение я отметил, что, если «Тройка» вознамерится изгнать Грецию из еврозоны, о чем министр финансов Германии грезил многие годы [92] , эту же платежную систему можно переориентировать на новую валюту одним нажатием кнопки.

Когда заседание кабинета закончилось, большинство присутствовавших министров подошли ко мне, выражая свое одобрение; одни хлопали по плечу, другие обнимали меня и говорили, что я подарил им надежду.

Пять месяцев спустя, после моей отставки, пресса принялась критиковать меня за вступление в жесткие переговоры без «плана Б» в кармане. Много дней подряд меня высмеивали в средствах массовой информации не только оппозиционные политики, но и многие депутаты от СИРИЗА: якобы я сунулся в логово льва, не представляя, что делать, если греческие банки закроются. Я ждал, что Алексис или кто-то другой из министров выйдет к людям и поведает им правду. Ожидания оказались напрасными. Тогда, в ходе телеконференции, организованной Дэвидом Маршем, представителем Официального форума денежных и финансовых институтов, я, отвечая на вопросы о том, почему провалились переговоры греческого правительства с ЕС и МВФ, подробно изложил свои предложения по поводу системы параллельных платежей.

Вообще-то обсуждение планировалось вести в соответствии с правилами Чатем-хауса [93] , когда участникам разрешено цитировать других, но не допускается раскрывать источники цитирования, однако это правило было проигнорировано. Полную запись моего выступления вскоре опубликовали. Сразу же те самые журналисты и политики, которые высмеивали меня за отсутствие «плана Б», ринулись обвинять меня в проступке, прямо противоположном первому. «Тайный план Варуфакиса по «Грекситу» раскрыт!» – вот типичный газетный заголовок тех дней; из материалов прессы следовало, что я прятался за спиной Алексиса, стряпая дьявольские козни по выходу Греции из еврозоны. Чередой шли телефонные звонки, в которых мне угрожали уголовным преследованием. Более того, сейчас, когда я пишу эти строки, парламент Греции намеревается обвинить меня в государственной измене за организацию «тайного заговора» против премьер-министра Ципраса.