Чтение онлайн

– Отвали от меня нахуй!
– закричала я, когда он коленом прижал мою руку к полу и ухитрился зацепить наручники за спинку кровати.

– Ты могла бы сделать это простым способом, жена, но вместо этого тебе пришлось быть упрямой маленькой шалуньей, - сказал он, снова успешно застегивая металлический браслет на моем запястье.

Мое сердце упало, когда я потянула за ремни и обнаружила, что оба запястья были в наручниках, а я была привязана к чертовой кровати. Кай встал, его грудь вздымалась от того, что он удерживал меня, и он возвышался надо мной, ярость сверкала в его темных глазах.

– Я вернусь, когда мы будем в воздухе и сможем поговорить, - сказал он, и хотя его голос был спокоен, я знала, что он в ярости.

– Не утруждай себя, блядь, мне нечего тебе сказать, - усмехнулась я, слезы разочарования выступили у меня на глазах.

Он некоторое время смотрел на меня, его глаза шарили вверх-вниз по моему телу, там, где мое платье задралось во время нашей драки, прежде чем он покачал головой и выбежал вон, оставив меня наедине с моим гневом.

Вскоре после ухода Кая двигатели с ревом ожили. Маленькая шторка в спальне была закрыта, не давая мне видеть, что происходит снаружи, но мне и не нужно было видеть, чтобы почувствовать, как самолет начал громыхать по взлетно-посадочной полосе, прежде чем мы в конце концов взлетели.

Потребовалось несколько минут, чтобы мое дыхание успокоилось после того, как я была так чертовски зла. Какого черта Кай не мог уважать мои желания и оставить меня в покое? Я не хотела слышать, что он хотел сказать, мне было все равно. Я была непреклонна в том, что независимо от причины нелепого решения притвориться, что он мертв, я не собиралась его прощать.

Означало ли это, что я могу уйти от Кая? Скорее всего, нет. Мужчина ни за что не согласился бы на развод, и если бы я попыталась сбежать, он бы нашел меня. Но альтернативой было принять то, что он сделал, а он причинил мне слишком сильную боль, чтобы сделать это.

Разочарованный всхлип вырвался из моего горла от чувства беспомощности, охватившего меня. Я ненавидела чувствовать себя беспомощной, ненавидела чувство загнанности в угол, из которого нет выхода.

Но я так устала. Устала от постоянного ощущения, что борюсь со всем миром. Устала нести тяжесть боли и мучений в своем сердце каждый чертов день. В кои-то веки мне захотелось, чтобы кто-нибудь подхватил меня на руки, вынес из этого угла и сказал, что все будет хорошо.

Я знала, что смогу избавиться от всего этого, если прощу Кая, но я не могла найти в себе сил даже подумать о том, чтобы простить его за обман.

Как я могла?

Это было слишком экстремально. Но хуже всего было то, что я все еще любила Кая. Конечно, я так и делала, я не могла просто отключить свои чувства, а этот мужчина так глубоко запал мне под кожу и пустил корни в самой моей сердцевине, что не было никакой возможности избавиться от него.

Стараюсь, как могу.

Я зажмурилась и попыталась расслабиться, когда самолет закончил набор высоты и выровнялся. Как только мое дыхание восстановилось, мне удалось принять сидячее положение, прислонившись к изголовью кровати, что было неудобно из-за того, что мои запястья были прикованы цепью, но это было лучше, чем лежать и чувствовать себя беспомощной.

Через несколько минут дверь открылась, и вошел виновник моего нынешнего головокружения. Я ненавидела, как участилось мое сердцебиение при одном его виде. Я ненавидела то, что в ту секунду, когда его запах окутал меня, я почувствовала себя как дома. Я ненавидела то, как сильно я хотела, чтобы он заключил меня в объятия и сказал, что любит меня.

– Ты в порядке?
– спросил он осторожным тоном. Очевидно, у него было время успокоиться с тех пор, как он ушел.

– Замечательно, - пробормотала я, избегая встречаться с ним взглядом.

– Райли, так не должно быть, - сказал он, отваживаясь сделать шаг вперед.

– Ты абсолютно прав, это не так. Почему бы тебе не заставить самолет развернуться и не отвезти меня обратно к Рафу, и не оставить меня, черт возьми, в покое, как я просила тебя снова и снова.

Я знала, что упоминание имени Рафа выведет его из себя, я знала, что это было злобно, но я хотела, чтобы ему было так же больно, как и мне. И действительно, на его лице промелькнула боль, и на мгновение меня затопило чувство вины. Так продолжалось до тех пор, пока этот ублюдок не набросился на меня, схватив за ноги и дернув вниз по кровати, так что мои руки оказались вытянутыми над головой. Кай оседлал мои бедра.

– Ты этого хочешь, Райли? Ты хочешь вернуться к Бьянки, чтобы он мог трахнуть тебя? Чтобы он мог прикоснуться к тому, что принадлежит мне?
– я отвернулась от него, но он схватил меня за подбородок и дернул так, что у меня не было выбора, кроме как посмотреть на него.
– Отвечай мне!

Боже, как же он разозлился, вена у него на шее дернулась, а взгляд посуровел.

– Да, это именно то, чего я хочу, - поддразнила я. Я ничего не могла с собой поделать. Кай умел выводить меня из себя, и хотя меня ни в малейшей степени не привлекал Раф, и даже несмотря на то, что я чувствовала толику вины за то, что дразнила Кая, я все равно не могла сдержать слетевшие с моих губ слова.
– Я хочу, чтобы он обхватил меня руками и заставил почувствовать себя хорошо.

Его глаза сузились, когда он посмотрел на меня, но вместо того, чтобы разозлиться и убежать, как я ожидала, на его губах появилась злобная усмешка. Он опустил лицо, его нос оказался в дюйме от моего.

– Тогда, возможно, мне нужно напомнить тебе раз и навсегда, кому ты принадлежишь, - прорычал он, и прежде чем я успела отреагировать, его зубы сомкнулись на моем горле, где он пососал нежную кожу, отмечая меня еще раз.

– Отвали от меня нахуй!
– Я взвизгнула, но без помощи рук, с его весом, навалившимся на меня, я была беспомощна.

– Нет, жена. Пора тебе вспомнить, за кем, черт возьми, ты замужем, и я обещаю тебе сейчас, Звезда, как бы ты на меня ни злилась, я тебя не отпущу. Ты моя, и я могу делать с тобой все, что захочу.

Его рот прошелся по моему телу, вызывая мурашки на каждом дюйме кожи, которого касались его губы и язык. Когда он двинулся дальше вниз по моему телу, я попыталась приподнять бедра, чтобы оторвать его от себя, но он рывком развел мои бедра в стороны и встал коленями у меня между ног, не давая мне сомкнуть их.

Несмотря на то, что мой мозг говорил мне, что мне нужно заставить его остановиться, у моего тела были другие идеи. Моя сердцевина затрепетала, пробуждаясь к жизни, изголодавшаяся по вниманию за последние шесть месяцев, и моя киска начала пульсировать, отчаянно требуя наполнения. Я ненавидела осознавать, что если Кай сейчас засунет в меня свой член, то найдет меня мокрой.

Не просто мокрой, пропитывающейся.

Но Кай мог читать меня как открытую книгу. Когда его рот добрался до моего живота, он поднял глаза и одарил меня озорной улыбкой, прежде чем задрать мое платье и начисто сорвать с меня стринги своими руками.