Чтение онлайн

Греко двинул плечом, словно потерянная рука все еще была на месте, и неуклюже потянулся правой рукой к шее, пытаясь почесать ее.

–  Не трогайте, пожалуйста, у вас в теле все еще остались осколки, - встревожился врач, стоявший за спиной генерала.

–  По моему, я не спрашивал вашего совета доктор, это во-первых. И во-вторых, кто вас сюда вообще пустил? Это секретное совещание! Даю вам десять секунд, чтобы убраться отсюда.

–  Генерал. Мне приказано быть с вами, до тех пор, пока вы не окажетесь в госпитале.

Греко медленно, было видно, что каждое движение причиняет ему боль, повернулся к охраннику.

–  Сержант! Или выведите его отсюда, или пристрелите к чертовой матери. Меня не волнует, что вы будете делать, но что бы через пол минуты и духу его здесь небыло.

Толвин сочувственно улыбнулся, провожая взглядом спешно удаляющегося врача.

–  Ерунда, хороший глоток виски, пара минут возни с иголкой и скальпелем и буду как новенький, - проворчал Греко, продолжая ожесточенно чесать шею.

Наконец засветился экран, высвечивая сообщение переданное "Таравой". Греко нахмурился, и надолго замер в кресле, подперев голову здоровой рукой. Через минуту, он поднял трубку правительственной связи и набрал номер.

–  Господин Президент, это Греко. Вы еще в здании? Прекрасно. Думаю, что вам необходимо зайти ко мне в кабинет… Нет нет, прямо сейчас, это очень срочно, - сказал Греко и повесил трубку.

Морщась от боли, он обернулся к Толвину.

–  На этот раз, похоже, что нас действительно приперли к стенке. Ты уверен, что информация Вэнса, соответствует действительности?

–  Когда он получил эти данные, меня уже не было, - ответил Толвин, - но ты же знаешь Вэнса. Он не стал бы это посылать, если бы у него были какие-то сомнения.

Греко мрачно кивнул.

–  Пять адмиралов и семь генералов лежат сейчас в морге. Погибло больше ста тридцати человек, бывших на ключевых постах в армии и на флоте. Мы почти что обезглавлены, а теперь еще и это, - Греко мотнул головой в сторону экрана.

–  Как же все это так совпало?
– негодующий возглас Греко пронесся по комнате.

–  Видимо, перемирие с самого начала было уловкой, - ответил Толвин.
– Теперь мы точно знаем, что они хотели выиграть время, отремонтировать свой флот и получить возможность бросить все силы на строительство своих суперавианосцев. И у них это блестяще получилось. Они конечно уже знают, что мы их раскрыли. Этот теракт наверняка был частью их плана.

–  Сколько им понадобится времени, что бы привести флот к Земле?

–  Если их флот полностью готов к выдвижению, то на максимальной скорости они пересекут Империю за двенадцать - четырнадцать дней. От границы до Земли их путь займет еще десять дней. Даже при максимальном сопротивлении, с момента пересечения ими границы и до появления на орбите Земли, пройдет максимум две с половиной недели. Помнишь? Перед самым перемирием мы отрабатывали на симуляторах похожую ситуацию: внезапный удар килрафи в условиях нашей неподготовленной обороны. Припоминаешь результаты? С этими новыми авианосцами ситуация выглядит еще хуже.

Греко вздохнул.

–  Бэнбридж говорил мне еще сегодня утром: "Потребуется, по крайней мере четыре месяца, чтобы привести Флот в состояние готовности, предшествующее перемирию". Будь оно все проклято!
– сорвался он.

Дверь кабинета открылась, и вошел Президент Родхэм в сопровождении министра иностранных дел Джеймсон.

Греко и Толвин встали, приветствуя вошедших.

Толвина до сих пор забавляло прозвище "Большой Дюк", данное генералу. Ростом Греко был всего лишь немногим выше полутора метров, впрочем, его вспыльчивый характер с лихвой компенсировал недостаток роста. Те немногие из офицеров, кто осмелившиеся шутить на эту тему, частенько потом жалели об этом.

–  Как вы себя чувствуете, генерал?
– поинтересовался Родхэм, покосившись на пустой рукав Дюка.

–  Всего лишь протез потерял, а так все в порядке.

Родхэм одарил Толвина холодным взглядом, и затем недоумевающе поднял брови.

–  Что этот человек делает здесь?
– осведомился он.

–  Сегодня он прибыл сюда по личному приглашению адмирала Бэнбриджа, - ответил Греко.

–  Джеффри Толвин! Вы больше не являетесь членом генерального штаба, так что прошу вас немедленно покинуть эту комнату, а лучше и это здание!
– холодно потребовала Джеймсон.
– Греко, немедленно уберите этого человека отсюда! Я даже не удивлюсь, если выяснится, что он каким-то образом был причастен к этому теракту!

–  Нет, он останется здесь.

Джеймсон удивленно уставилась на Греко, и потом оглянулась на президента, ища поддержки.

–  Контр-адмирал Джеффри Толвин, - не без удивления Толвин отметил, что Греко именует его прежним званием, - нарушил приказ о прекращении огня, следуя распоряжению Генерального Штаба. Это было сделано, для того, чтобы он смог получить необходимое прикрытие, и у него появилась возможность лично участвовать в секретной операции командования.

–  Если бы этот мерзавец Нурогами остался жив, он моментально бы вылетел в отставку!
– яростно выкрикнула Джеймсон.

Лицо Греко стало похоже на каменную маску.

–  Этот мерзавец, как вы выразились, был моим близким другом. Но вы можете еще спуститься в морг и высказать ему все, что не решались сказать при его жизни, - с неприкрытой издевкой ответил он.

–  Генерал, не могли бы вы объяснить причину, по которой Толвин находится здесь?
– спросил Родхэм, встав между Греко и Джеймсон, не давая ей наброситься на генерала.

–  Начальник генштаба с самого начала подозревал, тут какой-то подвох. Он предложил Толвину добровольно выполнить тайное задание. Для его выполнения нужен был именно человек, изгнанный со службы. Так мы, - он холодно посмотрел в лицо президенту, - смогли бы отрицать свою причастность, если вдруг что-то пошло бы не так. Джеффри организовал переброску части выведенных из состава Флота кораблей и некоторого оборудования в Ландрейх, а затем, следуя нашему плану, он провел глубокую разведку на территории Империи Килра. Выполнив задание, он вернулся, и прибыл сюда за несколько минут до взрыва.

–  Мы только что получили официальный протест по поводу этой авантюры, - вставила Джеймсон.
– Килрафи требуют объяснений. Они заявляют, что пять крейсеров были неспровоцированно атакованы и уничтожены.

–  Есть новые сведения о "Тараве" и "Нормандии"?
– спросил Толвин.

–  Килрафи требуют их выдачи.

–  Неплохой обмен, - вяло заметил Греко.
– Килрафи могут бушевать, сколько им вздумается, но "Тарава" доложила только о трех уничтоженных крейсерах и потере "Нормандии", а этим ребятам я верю больше, чем этим мохнатым рылам.

–  В соответствии с договором о перемирии они требуют для себя права найти и уничтожить корабль-ренегат, и запрашивают данные о его местонахождении и предполагаемых маршрутах следования. Мы обязаны предоставить эту информацию в течение двадцати четырех часов.

Джеймсон оглянулась на Родхэма. Тот нахмурился, но кивнул, подтверждая слова Джеймсон.

–  Да, в договоре есть такой пункт. В соответствии с договором о перемири мы должны предоставить им полную информацию об интересующих их кораблях. Если мы откажемся, то они вправе разорвать договор, и тогда снова разразится война.