Чтение онлайн

–  Вы обвиняете меня в предательстве?
– взвизгнула Джеймсон.

–  Нет. Пока еще нет, - ответил Родхэм.

–  Значит вы хотите моей отставки? Хорошо, можете идти к черту. Можете объявить об этом перед журналистами, но знайте, я не собираюсь скрывать своего мнения о произошедшем!
– Она возмущенно огляделась.
– В гробу я вас всех видала!
– крикнула она напоследок, выбегая из комнаты.

Родхэм проводил ее взглядом и развернулся к Толвину и Греко.

–  Простите меня, если можете, Дюк. Вы и все остальные офицеры были абсолютно правы.

–  Даже если мы и смогли бы воскресить их, господин Президент, из-за вашего решения в ближайшее время погибнут миллиарды людей.

–  Не надо напоминать мне, Дюк.

–  Придется. Всегда происходит именно так. Обычные люди быстро забывают, насколько враждебен этот мир. Они начинают все больше и больше верить своим фантазиям, а расплачиваться за это, в конце концов, приходится их детям. Из-за этой глупости человеческая цивилизация рискует быть полностью уничтоженной.

Родхэм было, открыл рот для ответа, но осекся и опустил голову. Через минуту, очнувшись от раздумий, он продолжил:

–  После того, как я разберусь с Джеймсон, я уйду с поста Президента, - объявил он.
– Вице-президент Дэйв Квинсон всегда был против идеи с перемирием; народ будет на его стороне. Думаю, что ему лучше, чем мне, удастся сплотить людей перед лицом новой войны.

–  Пожалуй, что это неплохая идея, - бесстрастно ответил Греко.

Родхэм встал, и еще раз взглянув на голоэкран, облокотился руками о спинку кресла.

–  Джеймсон постарается применить, все свои грязные приемы. Это может замедлить мобилизацию. В связи с этим я издаю свой последний указ о полной мобилизации Флота и переводе экономики в режим военного времени. Джеймсон, скорее всего, уже на головидение, так что лучше я сделаю ход первым. Когда я уйду в отставку, мой кабинет тоже уйдет. Возможно, это расчистит путь для Квинсона.

–  Хорошая мысль, - таким же бесстрастным тоном поддержал его Толвин.

Родхэм кивнул и протянул руку Греко.

–  Прости меня, Дюк. Прости за все.

Гарольд Родхэм, развернулся и вышел из зала, даже не обратив внимания на охранников, вытянувшихся по стойке смирно.

–  Похоже, он поступил так, по велению сердца, - пробормотал Толвин.

–  Помнишь, чем вымощена дорога в ад?
– отозвался Греко.
– Вот только разгребать эту кашу придется уже не ему, а нам.

Все собравшиеся были несказанно удивлены. Силовой экран, скрывавший Императора, в этот раз отсутствовал. Теперь Императора могли лицезреть все, находившиеся в зале. Как только силовая завеса исчезла, все лидеры кланов церемонно преклонили колени.

–  Встаньте, и поднимите свои головы, - повелел Император.
– Я специально приказал убрать экран, чтобы вы могли видеть меня и не сомневались более, в том что я по-прежнему существую.

Лидеры кланов стояли, сохраняя молчание, и украдкой косились друг на друга.

–  До вас уже наверняка дошли слухи о покушении на мою жизнь. Да, эти слухи соответствуют действительности, - сказал Император.
– Кто-то действительно попытался совершить самое отвратительное из преступлений. В нашем языке даже нет слова, чтобы описать его. Похоже, что нам придется позаимствовать это слово у какой-нибудь низшей расы.

Он застыл, словно ожидая чего-то. Секунды тянулись одна за другой, тишина становилась тягостной, а Император продолжал стоять, словно ожидая, что кто-то кинется ему в ноги с мольбой о пощаде.

Никто не двинулся с места.

–  Его следует найти, - нарушил тишину Император.
– Но сегодня я собрал вас совсем по другой причине. Нам нужно обсудить предстоящие боевые действия.

По залу пронеслась волна облегчения.

–  Наш флот начал движение четырнадцать дней назад; как только стало ясно, что наш замысел полностью раскрыт. Теперь он на полной скорости движется в сторону границы и прибудет в систему Килры сегодня вечером.

–  Началось!
– возбужденно прошипел Вакх. Ему вторили другие лидеры кланов, и утробное рычание эхом разнеслось по залу.

Император воздел руку, призывая к тишине.

–  Улики указывают на виновность людей во взрыве бомбы и гибели наших послов, а так же вероятно, что именно они подготовили и осуществили покушение, направленное против меня - вашего Императора.

–  Неужели и впрямь, - бесстрастно спросил Джукага, - обе бомбы были подложены людьми?

–  До меня дошли слухи барон, будто вы утверждаете, что взрыв бомбы в штабе людей не мог быть делом их рук - сверкнул глазом Император.

–  Это всего лишь догадка, сир, - ответил Джукага, - у меня нет никаких данных о том, что именно мы взорвали бомбу в их штабе.

Император обнажил зубы.

Оба они знали правду друг о друге, но никогда не признались бы в этом.

–  Барон, я надеюсь, что вы приложите все свои силы, что бы не дать им объединиться и выступить единым фронтом. Даже сейчас они все еще не могут прийти к согласию. Прежде чем они закрыли наше посольство, мы получили информацию о том, что люди начали мобилизацию.

–  Что нам делать с посольством людей здесь, на Килре?
– спросил Вакх.

–  Сегодня утром, по моему приказу посольство было захвачено. Их всех пытали, и некоторые сознались в организации взрывов. Немногим позже, все они были казнены, - оскалившись, сообщил Император.
– На основании этих показаний мы обвинили их в подрыве моего крейсера. Наши действия полностью оправданы. И так следует поступать со всеми людьми, поскольку они не заслуживают ничего другого, кроме полного уничтожения их, и миров, на которых они обитают.

–  Но это же противоречит всем правилам войны, - еле выговорил Джукага.

–  О каких правилах войны вы говорите, Барон?
– пошипел Вакх.
– С этими животными, не может быть никаких правил. Они не достойны нашего уважения, они будут истреблены без раздумий и милосердия.

Император с минуту удовлетворенно наблюдал за дискуссией баронов, затем снова взял слово.

–  Я устал от этой человеческой мрази и того разложения, которое они принесли в Империю. Поэтому я приказываю: всех до единого пленных людей, которых мы до сих пор удерживали в живых, а так же люди- рабы должны быть уничтожены. Новый флот необходимо вооружить термоядерными бомбами, покрытыми стронцием. Эти ракеты следует взрывать в атмосфере их планет, дабы сделать их абсолютно непригодными для жизни. Все миры людей должны быть уничтожены!

После слов Императора, зал взорвался ревом.

Джукага огляделся вокруг, и впервые в жизни почувствовал, что стоит на краю бездны. Если бы его заговор удался, все они пошли бы за ним. Но он потерпел неудачу, и теперь они готовы при случае разорвать его на части. Он вдруг поймал себя на том, что чувствует резкое неприятие и отвращение перед лицом подобной дикости. Да, он желал видеть людей побежденными, стоящими на коленях и молящими о пощаде. Но вместе с тем, он осознал, что питает к ним какое-то непонятное чувство, если не расположение, то по меньшей мере уважение. То, что предлагал Император, было чудовищно.