Чтение онлайн

Поскольку Лотар все еще не знал, что им сказать, Утер взял инициативу в свои руки и заговорил:

– Милорд, архиепископ рассказал нам о грядущей битве и о приближении Орды. Мы готовы служить вам и всем людям. Направляйте нас, как посчитаете нужным, ибо мы сокрушим наших врагов и обратим их в бегство, защитив эту землю силой Света небес.

Утер был высоким человеком могучего телосложения с резкими, немного знакомыми чертами лица и строгими глазами цвета океана. Лотар чувствовал исходящую от него веру, как нечто осязаемое. Она была похожа на веру Фаола, хотя казалась не такой теплой.

– Ты раньше был рыцарем? – спросил Лотар.

– Да, милорд, – ответил кандидат в паладины. – Но я с юных лет следовал заветам Церкви и глубоко верил в Свет. Я впервые встретил архиепископа, когда он был еще только епископом Фаолом, и он по доброте своей согласился стать моим духовным наставником и учителем. Для меня честь, что он посвятил меня в планы по созданию нового ордена и предложил место в нем. – Утер стиснул челюсти. – Учитывая то, что сюда движутся эти мерзкие твари, я знаю, что нам понадобится благословение Света, чтобы победить их и защитить наши земли, наши дома и наших людей.

Лотар кивнул. Он мог понять, почему Утер считал веру ответом или хотя бы частью ответа. И не сомневался, что на поле боя паладин будет сражаться изо всех сил. Но Лотару не нравился его фанатизм. Он подозревал, что Утер слишком зациклен на чести и вере и не согласится использовать менее благородные способы борьбы. А это совсем не хорошо. Сам Лотар на горьком опыте уяснил, что в битве с орками одной лишь чести недостаточно. Чтобы выжить под натиском Орды, им придется использовать любые представившиеся возможности.

Они с Кадгаром еще час или даже больше разговаривали с четырьмя потенциальными паладинами, и Лотар с удовольствием отметил, что его юный друг тоже оценивал их во время беседы. Когда воины Света ушли на вечернюю молитву, Лотар повернулся к казавшемуся пожилым магу.

– Ну? – спросил он. – Что ты о них думаешь?

Кадгар нахмурился.

– Я сомневаюсь, что они будут нам полезны, – через некоторое время произнес он.

– Да ну? И почему же?

– У них нет времени на подготовку, – объяснил чародей. – Мы ожидаем, что Орда достигнет Лордерона за считаные недели, если не меньше, а никто из них еще не был в бою. По крайней мере, в качестве паладина. Я не сомневаюсь, что они могут сражаться, но у нас и так много бойцов. Если архиепископ считает, что они смогут сотворить чудо, то, боюсь, он будет разочарован.

Лотар кивнул.

– Я согласен, – признался он. – Но Фаол в них верит, и, возможно, нам тоже стоит поверить. – Воин улыбнулся. – Допустим, они вдруг окажутся готовы, – какого ты о них мнения?

– От Утера Орде точно не поздоровится, – ответил Кадгар. – Но я не думаю, что он сможет руководить другими воинами, за исключением самих же паладинов. Он слишком благочестив, и его вера раздражает. Солдаты этого не вынесут. – Лотар кивнул, показывая своему спутнику, чтобы тот продолжал. – Сайдан и Тирион такие же. Сайдан был рыцарем, а Тирион – воином, но они глубоко ушли в религию. Из-за этого они могут побояться действовать так, как поступили бы, оставаясь воинами.

Лотар улыбнулся.

– А Туралион?

– Наименее религиозный из всех, и потому в моих глазах он выше остальных, – с улыбкой признал Кадгар. – Он учился, чтобы стать жрецом, и он преданный последователь учений Церкви, но его не ослепляет фанатизм, в отличие от других. А еще он дальновиднее их всех, и ума у него побольше.

– Я согласен. – Лотара молодой жрец тоже впечатлил. Туралион сначала говорил немного, и через несколько секунд стало понятно почему. Он был наслышан о подвигах Лотара в Штормграде и, похоже, восхищался им. Воину стало неловко, но он не в первый раз сталкивался с подобным отношением. Еще дома многие молодые люди боготворили его, молили стать их наставником и принять в личную стражу. Но когда Туралион поборол застенчивость, он показал себя смышленым молодым человеком с гибким умом. Он больше своих товарищей ценил хитрость и не воспринимал мир лишь в черно-белых тонах. Лотару он сразу понравился, и то, что Кадгар думал так же, лишь подтвердило мнение воина.

– Я поговорю с Фаолом, – наконец сказал Лотар. – Паладины, несомненно, внесут ценный вклад в наше дело. Я назначу Утера посредником между нами, паладинами и любыми другими войсками, которые предоставит Церковь. – Вдруг ему в голову пришла еще одна мысль. – Я предложу им еще одного кандидата, – решил он, – Гавинрада. Он был одним из моих рыцарей в Азероте, самый верующий из нас. Он хороший человек. Подозреваю, что из него выйдет отличный паладин. – Воин улыбнулся. – Но Туралиона я назначу своим заместителем.

Кадгар кивнул.

– По-моему, хороший выбор. – Он тряхнул головой. – Будем надеяться, что Орда даст нам время подготовить их и остальных наших бойцов.

– Мы подготовимся, как сумеем, – резонно ответил Лотар, уже размышляя о том, как распорядиться теми войсками, которые предоставили правители. – И мы сразимся с орками, когда придет время. Больше мы ничего не можем сделать.

Гул’дан был вне себя.

– Почему вы до сих пор не добились результатов? – требовательно вскричал он. Другие орки съежились от страха. Они и раньше видели главу чернокнижников в ярости и знали, что он может обрушить на них свои устрашающие способности, если только его не умилостивить.

– Мы стараемся, Гул’дан, – ответил Ракмар, старейший, после самого Гул’дана, выживший некромант. Ракмар Остроклык был негласным лидером некролитов, и ему часто приходилось отчитываться об их успехах или неудачах перед верховным чернокнижником. – Мы смогли оживить тела, да, но у нас не получилось дать им сознание. Они – всего лишь пустые оболочки. Мы можем управлять ими, как куклами, но их движения неуклюжи и медлительны. Они вряд ли будут кому-нибудь опасны.

Гул’дан злобно посмотрел на лежавшие за спиной Ракмара тела. Это были трупы людей, воинов, сраженных здесь, на полях Штормграда. Они могли стать мощной силой и послужить Орде, как он и обещал Молоту Рока. Но только если его никчемные помощники смогли бы превратить их в нечто большее, чем те неуклюжие развалины, которые он увидел!

– Найдите способ! – брызгая слюной, закричал Гул’дан. Чернокнижник сжал кулаки, испытывая соблазн сокрушить некролитов на месте, но чего он этим добьется? Если они умрут, то вряд ли смогут ему помочь…

Вдруг ему в голову пришла мысль, и Гул’дан пошатнулся, ошеломленный ее гениальностью. Ну конечно! Вот и ответ!

– Ты прав, Ракмар, – вкрадчиво заговорил он, разжимая кулаки и проводя руками по своим одеяниям. – Вы стараетесь. Я понимаю. Мы пытаемся сделать что-то новое и необычное, так что всякий испытывал бы при этом большие сложности. Я не имею права гневаться на тебя за то, что у вас пока ничего не получилось. Пожалуйста, возвращайтесь к работе. Я оставлю вас в покое, и вы снова сможете начать эксперименты.

– Эм, спасибо, – запинаясь и выпучив глаза, выдавил Ракмар. Гул’дан видел, что его подчиненный и остальные стоявшие за ним чернокнижники удивились внезапной перемене настроения их предводителя. Он подавил в себе желание усмехнуться, просто кивнул им и отвернулся. Пусть думают, что Гул’дан передумал кричать на них, или даже что его что-то отвлекло и он забыл, почему так сильно злился на них. Пусть думают, что хотят.

Скоро это не будет иметь никакого значения.

Гул’дан огляделся на ходу. Чо’Галл, как и всегда, был поблизости – огр присел внутри разрушенного здания неподалеку, находясь достаточно близко, чтобы при необходимости оказать Гул’дану помощь, но при этом держась на достаточном расстоянии, чтобы спрятаться от других некролитов и не пугать их своим присутствием.