Я буду первым, заноза
Шрифт:
– Офигел? У тебя спина сгорела, а все туда же, – кладет прохладную ладонь на лоб, так хорошо сразу, приятно. – И жар уже… пойдем, лечить тебя буду.
Ведет в гостиную, укладывает на диван, животом вниз. Сует в рот какую–то таблетку и подает стакан с водой, даже помогает запить. А потом аккуратно мажет спину чем–то вонючим.
– Вот дурак–то… сказала же, не снимай футболку. Но нет, выпендриться надо было…
– Хотел тебе понравиться.
– Ты мне и так нравишься, – вдруг признается и опускается на пол у моей головы. – Но мутить с тобой все равно не буду.
– Почему? – чуть приподнимаюсь, но она укладывает обратно, слегка нажимая на плечи. Потом пробегается пальцем по скуле, убирает прядь волос.
– Лежи… сейчас полегчает. Уезжай завтра в город, а? Не место тебе здесь. Развлекать тебя некогда, работать нужно.
– Я же тоже работаю… ну, как могу, помогаю. Да и с бригадой мужиков вас не оставлю, мало ли… Так, почему со мной мутить не хочешь? Поломаться приспичило? Я знаю, что ты…
– Да ты задрал уже! Не ломаюсь я! – вскакивает с пола, а я жалею, что разозлил. Хочу, чтобы обратно села, и гладила лицо пальцем, как начала это делать. – Плевать мне, что я еще девственница, просто так получилось, а то давно бы стала женщиной. Не с кем было это сделать, ведь мужчина должен хотя бы нравиться, иначе как с ним в постель–то… Ты нравишься. Да ты и сам видишь это. Но ты… ненадежный. Я все больше влюбляюсь, а ты видишь только цель. Переспать со мной. А дальше что? Будет это «дальше» с тобой? Или мне обеспечено провести с тобой ночь и остаться с разбитым сердцем? Будь ты другим… не таким ветреным, мы бы давно были вместе… может быть.
Выпаливает все и выскакивает за дверь. В ее глазах я увидел слезы и закусил губу, чтобы не дать себе в глаз. Я делаю ей больно, тем, что кручусь рядом, заставляя все больше влюбляться, сквозь сомнения и страх быть тут же брошенной.
Вот только у меня такого нет. Не хочу ее бросать. Даже жениться собрался, на бабушку надеюсь, что поможет. Другие девчонки для меня сейчас будто выцветшие фотки на фоне Яны, яркой и веселой. Только с ней рядом есть кислород и дышится легко.
Кряхтя поднимаюсь, чтобы найти Яну и все объяснить. Нахожу ее возле бани, сидит на бревнах, слушает музыку с закрытыми глазами. В руках смартфон, в ушах наушники, белый проводок вьется по груди, которая тоже загорела сегодня.
Сажусь рядом, отбирая один наушник, мне интересно, какие песни любит. Ничего заунывного, мелодраматичного. Наоборот, ритм заставляет пуститься в пляс. Что–то такое, наподобие электронной музыки. Клубняк.
Яна открывает один глаз и снова закрывает, подергивая плечиками в такт ритму. Выдергиваю наушники из смартфона, забираю из ладошки гаджет, ставлю полный звук и тяну Филатову за руку. Мы танцуем, дурачась и копируя танцы в клубе.
У Яны хорошо получается, она очень гибкая. Отдается музыке и ничего не замечает вокруг. Извивается возле меня, трется. А потом музыка меняется, любовная лирика режет как ножом. Девушка хочет переключить трек, но я ловлю ее, прижимая к себе, заставляя двигаться вместе со мной.
– Я не такой, каким ты себе меня представляешь, – нахожу ее губы, пережидаю секундное сопротивление. – Далеко не все девушки удостоились моего внимания. Они вешаются на меня, зная, что у меня есть деньги. Но я не могу им запретить это делать. Уясни это, и не ревнуй. Лучше научись доверять мне, потому что я не отстану от тебя. И готовься к первой брачной ночи, раньше нее я до тебя не дотронусь. Или свадьба, или…
– Или что? – она снова проводит пальчиком по щеке, захватывая подбородок. – Вот тебе оно нужно? Зачем тебе я? Зачем такие кардинальные меры – свадьба?
– Люблю тебя, что тут непонятного?
В ответ мне звонкий смех. Не верит. Ни моим словам не верит, ни признанию.
Этой ночью я сплю на диване в сенях. Пробраться к девушке даже не пытаюсь. Буду слово держать. Она поверит мне!
Весь следующий день убираемся в доме. Помогаю снимать шторы и вытряхивать половики. Выбиваем подушки и сушим одеяла. Яна стирку затеяла, и я с ней. Она часто смеется, будто другая стала после признания.
Мы морской бой устраиваем, обливаясь мыльной водой. Заноза меня побеждает, валит всего мокрого на траву, падая сверху. Она застывает, разглядывая что–то в моих глазах. Потом целует, сама, без принуждения. Так вкусно. И странно. Не жадно, как другие, а с такой нежностью, даже осторожностью.
Я лежу, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть. Она бросает губы и целует подбородок, потом глаза и брови. А я схожу с ума, кайфую реально. Дыхание сбивается. Так хочется перевернуться, подмять ее под себя… но я обещал.
Наконец-то крышу перекрыли, к вечеру, можно ехать в город. Немного даже стало жаль, мне понравилось гостить. Но, дела зовут домой. Я на несколько дней забросил спортзал, нужно наверстывать. Хоть у нас с Максом работают надежные админы, проверять нужно постоянно.
Бабушка нам собрала не мало гостинцев, уверяя, что в городе не найду такого. Все свежее с грядки. Отказывать заботливой бабушке не хотелось. Гружу сумки в багажник. Потом Наталья Григорьевна спрашивает, когда я привезу Яночку в следующий раз и я обещаю, что это случится на следующих выходных.
– Скажи мне, какая точная сумма потрачена на крышу? – неожиданно спросила Яна, когда выруливаем на шоссе.
Опять за свое, чуть не вою от безысходности. Понимаю, что спорить с ней все равно бесполезно и тогда решаюсь предложить ей работу у себя.
– Я буду платить тебе хорошую зарплату, – внимательно слежу за дорогой, но чувствую ее взгляд на себе. – Я не требую деньги за ремонт крыши, но ты же упрямая…
– Хорошо. Мне работа как раз нужна. Но платить будешь не хорошую зарплату, а как всем своим работникам. Я буду с каждой зарплаты тебе отдавать часть суммы, – говорит уверенно.
– У меня все работники хорошо зарабатывают, – усмехаюсь, посматривая на девушку. Какая же она красивая, так бы и смотрел на нее.
Не спорю, знаю, что с деньгами у нее напряг. Это все чем могу помочь.
– Договорились, – подъезжаем к воротам общаги. – Я помогу донести вещи.
Говорю, так, чтобы у нее не было желания опять спорить со мной. Быстро выхожу из машины и иду к багажнику, чтобы достать сумки.
– Не доставай все, там же и тебе… – заботливо говорит Филатова.
– Хорошо, не откажусь, – тут же соглашаюсь. – Значит так, завтра к девяти приходи и сразу в отдел кадров оформляться. Знаешь какие при себе нужно иметь документы?
– Да.
Поднимаю сумки к ней в комнату и нехотя прощаюсь. Повод, чтобы остаться, не нашел. Ну ничего, нам теперь работать вместе.
Глава 11
Рабочий день в спортзале начинается, как всегда активно. Жду, когда придет Яна. Решил поставить ее на ресепшен, там как раз уволил одну девушку, которая вместо работы, строит глазки клиентам. Я такое не приветствую на работе, все об этом прекрасно знают.
– Ба, привет, – звоню с докладом. – Я был в деревне, у Натальи Григорьевны.
Рассказал о поездке и выдал все данные, которые собрал. Зная свою бабулю, она начнет действовать незамедлительно. Попрощавшись, иду в один из залов, чтобы лично проверить работу тренеров.
Когда прохожу мимо женского зала, то ко мне выходят постоянные клиентки, которые, каждый раз видя меня на горизонте, стараются обратить на себя внимание.
– Глеб, тоже решил потренироваться? – томным голосом говорит Жанна.
Вот только она меня никак не цепляет, больше не цепляет. Жанна кладет свою руку мне на грудь, смотрит в глаза. Я убираю руку осторожно, чтобы не обидеть, клиентка при деньгах и не скупится на оплату самого дорогого абонемента.