Я буду помнить этот мир
Шрифт:
Малик вошел как раз вовремя. На стол уже подавали горячее. Огромные глиняные пиалы были наполнены до краев ароматной похлебкой. Свежий хлеб на тарелке прямо источал жар. Малик сел напротив меня. Серьезный и даже немного взволнованный.
— Что случилось?
Я рассказал все, что случилось за утро Малику, не забыв не про снятые оковы и реакцию стражника, и про гоблина, и про шпионку, что я водил за нос и оставил на рынке. Также упомянул о том, что Малику стоит уже распределить характеристики, как сделали я. Что в ближайшее время надо будет найти ту шпионку и как минимум расспросить. Малик, ел молча, не сводя взгляд с меня. Периодически из его рта падал кусок жеваный пищи, но отмерев, он исправлял ситуацию. Малик вообще был, не возмутим. Эмоции он проявлял только когда официантка очередную порцию эля, малик глупо улыбался.
— Малик, я по поводу шпионки. У меня закрадывается такое чувство, что она тут такая не одна. Возможно, что приставили слежку и за тобой, и даже здесь, одна из официанток может быть шпионкой.
Малик замер на мгновение. Его взгляд помрачнел и уперся в сторону девочек-официанток, стоявших в углу помещения. В полной тишине мы сидели не долго. Я решил окончательно покончить с недопониманием малика и передал ему метку той шпионки. На данный момент она была напротив харчевни Горда. На той стороне улицы была лавка кожевника, где точно она не могла рассматривать товар полтора часа, пока мы тут сидим.
— Согласен. И как мы с ней поговорим? Нечего не законного в городе делать нельзя. Можно пойти по округе, на охоту, Горду мясо принесем, а сами и уровень поднимем и погуляем. За одно, её в ловушку заманим, да и поговорим. А как ты уходил от неё, говоришь?
— Я создал заклинание «Отвод глаз». Могу и на тебя наложить, когда в лесу будем. Там и сзади к ней подкрадемся.
— Так и сделаем. А если она будет не одна? Может, перестрахуемся?
— А как?
— Ну, там создай что-то по типу тумана или купола, через который нас не увидят.
— Я постараюсь что-то придумать.
Малик как всегда, подает отличные идеи. Надо попрактиковаться, может получиться создать что-то такое. Надо для начала определить цель создания магии, потом особенности и эффекты.
— Я тогда пошел в комнату, попробую создать, а ты пройдись по округу и посмотри, может за тобой кто следит. Присмотрись к моей «воздыхательнице».
Окончив трапезу, я отправил Малику тестовое сообщение с помощью меседжа. Удачно, Малик практически сразу ответил.
\Антон? Чего хотел?
\Это было тестовое сообщение.
\Да я и в прошлый раз получил. Ещё и с картой. А сейчас еще и научился, как отвечать. Все без изменений?
\Да, продолжай.
Теперь, если вдруг нужно чтобы никто не слышал нашего разговора, мы могли переписываться меседжом. Удобно. Пока малик гуляет и присматривается к нашим шпионам, я, пожалуй, займусь магией. Немного обменявшись любезностями с Гордом, я поднялся к себе. По карте было видно, что мой шпион, в отличие от Малика, на месте, все также трется у лавки кожевника. Её метка не двигается, видимо она ждет именно меня. В комнате я смог расслабится. Во-первых, в комнату без стука никто не зайдет, во-вторых, тут купол тишины.
Я сконцентрировался на том, что именно хочу создать:
Моё заклинание должно быть как можно естественнее, а значит, туман не подойдет.
2- Оно должно иметь определенный радиус от точки создания ил от точки закрепления на движущемся объекте.
3- Оно не должно причинять вред.
Оно должно быть моментальным и не вносить диссонанс в разум того, на кого оно действует.
Следовательно, нужно заклинание искажения пространства, берущего за основу пустой участок пространства в радиусе метра или двух, и замену пространства в радиусе десяти метров. При этом тот, на кого наложено заклятие, не должен пораниться или споткнуться, следовательно, изменяться должен и сам ландшафт, и его внешние признаки. Назовём заклинание «Пелена замены». Отлично, теперь закрепим свойства. Свойства: подмена материальных объектов и ландшафта, в радиусе 10 метров, вокруг точки привязки, с взятым за основу кусок зримого ландшафта, в радиусе поля зрения, и моделированием его на всем пути зачарованного.
Как-то витиевато.
/Поздравляем, вы создали сложнейшее заклинание магии иллюзий. 16 круга (уровня.
Заклинание «Пелена замены» добавлена в вашу книгу заклинаний.
Получено звание «Чародей» — ваши заклинания, основанные на иллюзии и/или ином воздействии на сознание, не могут быть развеяны заклинателем ниже вас уровнем.
/Вы получили 1743 очка опыта! Поздравляем! Вы получили уровень. Ваш текущий уровень 26. Доступны 2 очка характеристик и 1 очко класса.
Мило. Так, теперь второе заклинание. Оно должно уже быть наложено на меня и Малика. Пусть это будет банальная невидимость. Название — «Невидимость». Свойства: объект, на которого наложено заклинание будет абсолютно невидим для остальных.
/Создание заклинания не возможно, такое заклинание уже имеется в анналах истории магии этого мира и имеет аналогичные свойства. Чтобы овладеть заклинанием, имеющимся в этом мире до вашего создания, вам необходимо получить его путем либо изучения его из первоисточника (владелец заклинания), либо через носитель информации (книга, свиток)
Облом! Ну, тогда вспомним знаменитую присказку: «нормальные герои всегда идут в обход»! Будем создавать аналог невидимости, только путем изменения не свойств, а общей направленности. Снова возьмем иллюзию. Название — «Причуда лисицы». Свойства: Временное иллюзорное заклятие, накладывается на самого себя, либо на союзника, Окружающие не видят вашего образа, он видят мирное или нейтральное животное, которое им более симпатично из местного бестиария мира. Параллельно, на объект применения накладывается бафф на привлекательность. Суммарное количество дополненной привлекательности не может превышать уровень «обаяние».
/Поздравляем, вы создали сложнейшее заклинание магии иллюзий. 9 круга (уровня)
Заклинание «Причуда лисицы» добавлена в вашу книгу заклинаний.
/Вы получили 732 очка опыта!
Вот теперь я понимаю, имба! Настоящая имба для убийцы. Теперь можно не красться, а прямо в упор подойти к жертве и убить. Но мы не убийцы, а, следовательно, мы будим просто «шАлИть».
Боже, как же страшно. Хоть это и мир магии, но вот умирать, в случае чего совсем не хотелось. Сидя на кровати, вспоминая тот ужас, который показывали по телевизору про войну, взрывы, убийства… Я вспомнил маму. Её теплые руки, всегда мягкую улыбку, искренние голубые глаза. Папу с его вечно суровым выражением глаз, раннюю седину на висках, крепкие руки и сильный голос. Как мне их не хватает. Здесь я могу все, а там не смог даже похоронить по-человечески. Мне вспомнился стих, который отец любил читать вслух.
Сыны небес; однажды надо мною
Слетелись, воздушных два бойца;
Один — серебряной обвешан бахромою,
Другой — в одежде чернеца.
И, видя злость противника второго,
Я пожалел о воине младом;
Вдруг поднял он концы сребристого покрова,
И я под ним заметил — гром.
И кони их ударились крылами,
И ярко брызнул из ноздрей огонь;
Но вихорь отступил перед громами,
И пал на землю черный конь.
Михаил Лермонтов
Я ценю жизнь и точно не хочу её отнимать. Нужно всегда это помнить. Я сидел на кровати и думал о том, что совсем не знаю об этом мире. Мне стоит серьезнее отнестись и к этому миру, и к народам, населяющим его. Я демиург. Я не собираюсь менять в худшую сторону этот мир, но я не смогу не поменять его. Как я выяснил, он совсем не отличается от того, в котором я жил, только магия и удивительные животные, а так отличий нет. Даже тот дракон, который сидит на стене замка оказался защитной иллюзией, которая вблизи не видна. Но вот от других драконов и всяких мелких недоброжелателей, и иноземцев она защищала. Мне хочется сделать что-то такое, чего я не мог в своей прошлой жизни, ведь это, как не крути, мой шанс! Законы и механика этого мира не позволяет создавать магически материальные ценности, такие как золото, серебро и медь, не в виде денежных знаков, не в виде слитков и чистой породы, а вот ложки, кружки… нужники… Я могу создать всё, если имеется материал, могу придумать магическое заклинание, но если оно не будет нарушать равновесие этого мира. Не скажу, что я атеистом был, но вот в нашем мире контроль со стороны бога был минимальным, может от того, что и сил у нас как таковых не было. Но тут, при создании чего-то, что могло переломить равновесие добра и зла, сразу пресекалось или ограничивалось.