Чтение онлайн

Сто тысяч? Пустяки на фоне того, что им давали бесценные знания, которые нигде больше нельзя получить. Она готова была заплатить за такое хоть миллион, хоть десять... Если бы они у неё были. Но у неё не было даже ста тысяч, что погружало её в уныние. С её зарплатой библиотекаря, даже если она будет экономить на электричестве, потреблении воды и сядет на самую строгую диету, у неё в лучшем случае получится откладывать по десять тысяч в месяц. И сколько она будет копить на эти уроки? Почти год? Но у неё не было столько времени. Уроки должны были начаться уже на следующей неделе. Нужно было как можно скорее найти деньги.

Наташа не могла обратиться к родителям. Они у неё и так были пенсионерами с небольшими пособиями от государства. При этом они ещё и помогали её старшему брату, у которого имелось двое детей. Возможно, у родителей и имелась какая-то заначка, и они готовы были бы отдать эти средства на важное дело, но... Как она объяснит свою нужду? Мама, папа, дайте денег, чтобы я научилась колдовать? Да они покрутят пальцами у виска и будут считать её сумасшедшей.

В итоге она обратилась в банк, но там ей отказали. Затем был другой банк. Потом третий. И лишь в четвёртом ей дали в кредит девяносто тысяч на пять лет под бешеные проценты, при мыслях о которых ей хотелось проклясть всех банкиров скопом, а владельцев этого банка в частности.

Девяносто тысяч — это уже что-то существенное. Если бы у неё сохранилась заначка, то она бы распотрошила её. Но, увы. Заначку она потратила раньше на покупку новой курточки и юбки, чтобы предстать красивой перед своим избранником. К сожалению, он не обратил внимания на её наряд или сделал вид, что не видит её преображения. Но она считала, что ничего страшного. Она всё равно добьётся внимания наставника и станет его спутницей-ведьмой на жизненном пути.

Недостающую сумму она заняла у коллег. Для сотрудников библиотеки занять «подруге» десять тысяч — слишком. Но когда она у каждой из коллег заняла по паре тысяч — другое дело. С миру по нитке, и на оплату второго уровня обучения деньги собраны. А кредит... Кредит ерунда — она с ним расплатиться за год-два. Зато она приобретёт бесценные знания и будет находиться рядом с любимым, что даст ей шанс продолжить его любовную осаду.

В долги влезли не только молодая девушка и парень. Алкоголик и одна из пожилых женщин тоже набрали кредитов, чтобы оплатить второй уровень обучения. Лишь одна Лидия Петровна смогла заплатить из личных сбережений.

Но Кайна источники появления у них денег не волновали. Для него финансовые средства были вторичными, хотя и очень важными. Главное для него было то, что эти люди нашли в себе решимость перешагнуть через серьёзные заградительные барьеры. Сначала маленькое жертвоприношение. Потом большая денежная плата. И так шаг за шагом он расширял границы их сознаний. Затем последует жертвоприношение с крупным животным. А там и до призыва демона рукой подать.

Появление у него полумиллиона не могло не радовать. Огромные деньги. После уплаты налогов у него осталось на руках на тридцать тысяч меньше. Наконец, впервые за долгое время, он ощутил, что конец бедности положен. Он окончательно выбрался из долговой ямы и мог себе позволить любые покупки.

На следующий день после пополнения счёта он сорвался и ушёл в отрыв. Это был шопинг без границ. Но при этом он не покупал всё самое дорогое и всякие бесполезные вещи. За время на голодном пайке он научился выбирать лучшее из худшего. Идеал — это не самая дорогая вещь. Идеал — золотая середина между ценой и качеством.

Наконец, он обновил смартфон. Но он не стал покупать модный и понтовый аппарат от фруктового бренда. Его выбор остановился на известном бренде Поднебесной за минимальную цену с максимальными характеристиками. Всего двенадцать тысяч рублей, и он мог наслаждаться шустрым телефоном с ёмкой батареей. В отличие от старого кирпича, этот телефон не тупил и мгновенно открывал страницы в интернете.

Новый ноутбук ему обошёлся в шестьдесят тысяч. Он считал такую цену излишней, но, выбирая между неизвестным китайским брендом и известным, он выбрал именитый. И не прогадал. Хотя но-нейм стоил на пятнадцать тысяч дешевле, отзывы о нём были плохими. И память у него впаяна в материнскую плату, а значит, её нельзя увеличить; и батарея слабая; и жесткий диск подтупливает.

Гардероб он тоже обновил. Прикупил ещё один спортивный костюм, осеннюю и зимнюю куртку, свитер и шапку.

Затем он начал поиск обуви. Сначала он пытался её подобрать в магазине низких цен, в котором покупал одежду. Но там обувь оказалась совсем никчёмной. Качество у неё было такое, что невооруженным взглядом видно — создатели не заботились о его высоком уровне. Где-то видны следы клея, где-то торчат нитки, где-то и вовсе подошва приклеена криво. А ещё огромная проблема с размерами. На ярлыке может быть написано что угодно от сорокового до сорок шестого размера, но на деле эти малютки подойдут разве что ребёнку с маленькой ножкой. А бывает, что надеваешь ботинки из одной пары, а один из них сидит хорошо, а второй мал.

Кайн бросил затею найти обувь в магазине дешёвых цен. После него он посетил крупный магазин спорттоваров. Там выбор был получше, хотя на полках встречалась обувь того же качества, как и на прежней торговой точке, только сильно дороже. Парню понравились кроссовки от бренда с тремя полосками, но они стоили безумно дорого — десять тысяч. Платить столько за обувь его душила жаба. В итоге он воспользовался новым артефактом — смартфоном.

Вскоре был обнаружен маленький магазинчик на рабочей окраине. Там фирменные кроссовки продавали в два-три раза дешевле. Он поехал туда. В итоге купил там такие же кроссовки, только за три с половиной тысячи вместо изначальных десяти. И прикупил ещё одну пару утеплённых зимних кроссовок за четыре тысячи (такие же в спортоварах стоили двенадцать).

День шоппинга нанёс серьёзный удар по бюджету Кайна. От былых четырёхсот семидесяти тысяч у него осталось всего триста семьдесят восемь тысяч. А ведь он считал, что не совершал крупных покупок, под которыми подразумевается приобретение автомобиля, квартиры или хотя бы гаража.

«Ллос! — закатил он глаза к потолку троллейбуса, на котором ехал домой с кучей пакетов. — И как вообще эти люди живут? Как они покупают себе жилища?! Я ведь узнавал, что зарплата у рабочих что-то в районе тридцати-пятидесяти тысяч рублей. То есть, я заработал в этом месяце как пятнадцать дворников или один дворник за более чем год работы. И при этом деньги тают, словно лёд на солнце. Вот как? КАК ТУТ ЖИТЬ?!!»

На следующий день всю радость от новых покупок с Кайна как водой смыло. Он начал чувствовать себя виноватым в растрате средств. И хотя денег у него оставалось ещё прилично, потеря крупной суммы делала его чуточку несчастным. Впрочем, радость от использования нового телефона и портативного компьютера уравновешивала его состояние.

Работать на новом ноутбуке было куда приятней. Он не тормозил, практически мгновенно открывал вкладки и запускал программы. Кайн на волне энтузиазма почитал кое-что о программировании, но тут же потерял интерес к этому направлению. Программирование очень напоминало ему магию, вернее, её ответвления в виде ритуальной магии и артефакторике. Там использовались те же принципы построения чётких команд, прописывания иерархии производимых действий и тому подобное. Фактически, ритуал — это своего рода программа, которая заточена на выполнение определённых действий с использованием маны.

С одной стороны, изучение программирование могло бы помочь Кайну оптимизировать его магические искусства. Он мог серьёзно продвинуться в артефакторике и ритуалистике. И это большой плюс, но... Не в его положении заниматься изучением чего-то подобного. У него время серьёзно поджимало.

Деградация рассудка никуда не исчезла. Учиться на программиста нужно лет пять или шесть, а лучше ещё сколько-то попрактиковаться. Потом ещё несколько лет на адаптацию под магию и создание волшебного языка программирования. В целом он считал, что на подобное уйдёт не меньше десяти лет. Зато после этого он смог бы доверить вычисления ритуалов компьютерным программам.