Я еще не бог. Книга XXXV
Шрифт:
Петр Петрович провожал меня у входа. Мы договорились, что я буду один.
— Уверен, что не нужна поддержка? — спросил он.
— Справлюсь. Это дипломатический визит, а не боевая операция.
— С тобой никогда не знаешь, — усмехнулся он.
Один из офицеров подошел и почтительно поклонился.
— Царь Кузнецов? Его Величество ожидает вас. Прошу в машину.
Я кивнул Петру и сел в средний автомобиль. Салон оказался роскошным: кожаные сиденья, кондиционированный воздух, легкий аромат благовоний. Типично для египтян.
— Неплохо живут, — оценила Лора.
Кортеж тронулся и поехал по улицам Каира. За окном мелькали старинные здания, минареты мечетей, пальмы. Город был шумным и хаотичным, но в этом хаосе чувствовалась своя гармония.
Минут через двадцать мы въехали на территорию королевского дворца. Он поражал воображение: белоснежные стены с золотой отделкой, колонны в древнеегипетском стиле, фонтаны с кристально чистой водой. Повсюду стояли статуи львов и сфинксов.
— Впечатляет, — признал я.
— Дворец Абдин, — пояснила Лора. — Построен в девятнадцатом веке, но с тех пор неоднократно реставрировался. Один из красивейших дворцов на Ближнем Востоке.
— Ты как экскурсовод.
— Могу добавить исторических фактов. Знаешь, сколько золота ушло на отделку?
— Нет, и не хочу знать.
— Много. Очень много. Достаточно, чтобы купить небольшую страну, — продолжила она.
— Лора.
— Молчу.
Машина остановилась у парадного входа. Двери открыли слуги в традиционных одеждах. Я вышел, и меня тут же окружили почтительным вниманием.
— Царь Кузнецов, добро пожаловать во дворец Его Величества, — произнес пожилой мужчина в расшитом золотом халате. — Меня зовут Фарук, я главный церемониймейстер. Позвольте проводить вас к королю.
— Надо же, церемониймейстер! — передразнила Лора.
Мы прошли через анфиладу залов, каждый из которых был красивее предыдущего. Мраморные полы с инкрустацией, потолки с росписями, хрустальные люстры. Слуги кланялись при моем появлении.
— Они явно наслышаны о тебе, — заметила Лора. — Обычно иностранных гостей так не встречают.
— Или их проинструктировали.
Наконец мы вошли в тронный зал. Огромное помещение с колоннами из красного гранита, золотым троном на возвышении и гигантскими окнами, через которые лился солнечный свет.
На троне сидел мужчина лет пятидесяти в белом костюме с золотыми знаками отличия. Его лицо было смуглым и властным, с аккуратно подстриженной бородой. Рядом стояли советники и телохранители.
— Царь Михаил Кузнецов, правитель Сахалина! — объявил церемониймейстер.
Король поднялся и спустился с трона мне навстречу. Это был знак уважения: монархи редко покидают свои места ради гостей.
— Царь Кузнецов, — он протянул руку. — Рад наконец познакомиться. Слухи о вас дошли даже до берегов Нила.
— Ваше Величество, — я пожал его руку. — Благодарю за согласие встретиться.
— Прошу, присаживайтесь, — он указал на кресло рядом с троном. — Фарук, принеси нам чай.
Когда мы устроились, король внимательно посмотрел на меня, явно не понимая, зачем я приехал.
— Итак, чем обязан визиту? Полагаю, это связано со вчерашним инцидентом?
— Вы правы, Ваше Величество. Меня интересует, почему второй человек в правительстве решил устроить покушение на Петра Первого.
Король вздохнул и откинулся на спинку трона.
— Визирь действовал без моего ведома. Когда я узнал, было уже поздно. Приношу извинения за этот инцидент.
Я слегка удивился тому, как быстро он признал ошибку.
— Извинения приняты. Но меня интересует другое: кто его надоумил?
Король помолчал, словно решая, стоит ли отвечать.
— Царь Кузнецов, прежде чем я скажу, хочу заметить, что любые попытки спровоцировать наши страны на конфликт, это проделки тех, кому это выгодно. Но я, как лицо государства, уверяю вас, что мы не хотим с вами войны.
— Я понимаю. Мне тоже не нужна война.
Хотя его опасения были вполне обоснованы. Я, молодой царь с маленьким новым государством, что поставил всю Европу на колени. С этим невозможно не считаться.
— Тогда скажу прямо. Около месяца назад к визирю приезжал посланник из Соединенных Штатов. Они провели несколько закрытых встреч. После чего визирь стал одержим идеей устранить русского царя.
— Посланник президента?
— Именно. Президент США лично заинтересован в дестабилизации Российской Империи. Это не секрет для тех, кто следит за мировой политикой.
Я переглянулся с Лорой. Она кивнула, записывая информацию.
— Благодарю за откровенность, Ваше Величество.
— Это меньшее, что я могу сделать после того позора, который устроил мой визирь, — король покачал головой. — Египет не желает быть пешкой в чужих играх.
Вашингтон.
Белый дом.
Овальный кабинет.
Президент США положил телефонную трубку и откинулся в кресле. За окном садилось солнце, окрашивая Белый дом в теплые оранжевые тона.
— Итак? — раздался голос из динамика на столе.
— Не получилось, — спокойно ответил президент. — Визирь провалил задание. Петр Первый жив.
— Я предупреждал, что это рискованно.
— Знаю. Но я и не ожидал положительного результата. Главное, что процесс пошел. Египет теперь под подозрением. Петр Первый будет искать врагов там, где их нет. А мы тем временем продолжим работать.
— Разумно, — согласился голос. — Что дальше?
— Продолжаем по плану. Держи меня в курсе.
Связь прервалась. Президент потер виски и посмотрел на карту мира, висящую на стене. Российская Империя занимала на ней большую территорию. Слишком большую.
В дверь постучали.
— Войдите.
Вошел личный помощник президента, молодой мужчина в строгом костюме.
— Господин президент, есть информация, которая может вас заинтересовать.
— Слушаю.
— Сегодня утром на нашу горячую линию позвонил человек. Он утверждает, что владеет секретной информацией о царе Сахалина.