Чтение онлайн

— Черта с два…

Встревоженная Дора опять встала между мужчинами, стараясь предотвратить драку.

— Все, ребята, хватит, — твердо сказала она.

Но никто не сдвинулся с места. Уперев руки в грудь Нормана, Дора ощущала, как в нем кипит ярость, и одного взгляда на него ей хватило, чтобы понять, что достучаться до его сознания не удастся. И только заметив Рона Вильямса, распорядителя на паддоке, пробиравшегося к ним, она облегченно вздохнула. Крупный мускулистый мужчина, Вильямс мог справиться с любой проблемой, встававшей на его пути.

— Рон, слава Богу! Убери его отсюда, прошу тебя, — сказала она, мотнув головой в сторону Рика.

— Все, Браун, — сказал Вильямс холодно. — Пойди погуляй. Веселье кончилось.

— Я? А, как насчет…

— Ты слышал меня? — резко перебил его Рон. — Убирайся отсюда!

Рик было заспорил, но Вильямс, весивший больше, как минимум на сорок фунтов, тяжело посмотрел на него, и тот решил не продолжать спора. Пробормотав ругательство, он лишь пообещал:

— Мы с тобой еще не закончили, Норман. — И вразвалочку удалился с компанией своих приятелей.

— Может быть, кто-нибудь скажет мне, что за чертовщина здесь творится? — резко спросил Рон, глядя на них. — Я знаю, что Браун иногда может выкинуть какой-нибудь фокус, но я не думал, что ты окажешься таким остолопом, Норман, чтобы позволять ему играть на твоих нервах. Что он сделал на этот раз?

— Ничего такого, с чем бы я не мог справиться, — с непроницаемым видом ответил Фред.

С вечно нахмуренными бровями на огрубевшем от солнца и ветра лице, Вильямс достаточно долго общался с ковбоями и знал, что бывают моменты, когда бесполезны любые разговоры. Покачав головой, он уже спокойнее произнес:

— Дело ваше. Только не улаживайте его с помощью кулаков.

— Что случилось? — спросила Дора, после того, как Вильямс вернулся к своим обязанностям на паддоке. — Ты участвовал в скачках?

— О да, — горько улыбнулся Фред. — Мы прибыли как раз вовремя, чтобы я успел вскочить на спину Зверюги и почти тут же нырнуть носом в землю.

Девушка поморщилась, как от боли.

— Ах, ты Господи! А где был при этом Рик?

— Стоял, прислонившись к ограде паддока, наблюдая за всем этим цирком. И, судя по ухмылке на его лице, можно было подумать, что он выиграл в лотерею.

— И ты пошел на него?

Фред кивнул.

— Тут я был не прав, — признал он. — Но я не собирался бить Брауна… Даже несмотря на то, что у меня очень чесались руки выбить все его поганые зубы… Я просто хотел сказать этому придурку все, что о нем думаю.

Она улыбнулась: кризис миновал, и теперь она могла оценить юмор ситуации.

— Ну, что же, тебе кое-что удалось. Я никогда не видела Рика таким взбешенным.

Еще не остывший, Норман, однако, не был расположен к шуткам.

— Я покажу ему, что такое быть по-настоящему взбешенным, — ответил он мрачно. — Пусть только попробует выкинуть еще какой-нибудь фокус…

— Мне надо возвращаться к работе, — сказала она, нахмурившись. — Ты не хочешь пойти посидеть на трибунах с Бетси?

Фред догадался, о чем беспокоилась Дора.

— Я не побегу за ним, не волнуйся, — спокойно сказал он.

— А я этого и не говорила, — начала Дора и прикусила губу, увидев, как он выразительно приподнял бровь. И хотя щеки у нее порозовели, она рассмеялась. — Хорошо, я не доверяю ни тебе, ни ему. Но все-таки, ты вполне мог бы посидеть на трибунах с девочкой. — Обернувшись, чтобы посмотреть, где дочь, Дора нашла ее на том самом месте, где и оставила, с широко открытыми и полными любопытства глазами, устремленными на взрослых. — Кажется, она думала, что ты отвинтишь Рику башку.

— Если этот ублюдок будет продолжать в том же духе, я это действительно сделаю! — признался он, понизив голос, так как Бетси была уже рядом. — Привет, малышка. — Он, улыбаясь, взъерошил ей волосы. — Тебе не кажется, что на сегодня нам хватит острых ощущений с этой стороны паддока? Что ты скажешь, если мы прихватим сахарной ваты и в придачу к ней пару мест на трибуне и посмотрим, как твоя мама будет выписывать круги на арене?

— Вот здорово! Мам, можно? — полным надежды голосом спросила она, а глаза у нее так и засверкали при упоминании о запретном лакомстве. — Ну пожалуйста, пожалуйста! Разреши мне! Я вечером два раза почищу зубы и целый месяц вообще не буду есть конфет!

Дора рассмеялась над этим явно невыполнимым обещанием и крепко обняла ее.

— Полагаю, один раз можно. Только не свались за ограду, хорошо? А теперь убирайтесь отсюда, вы, бездельники. Мне еще надо вывести из стойла Ласточку и приготовиться к скачке.

Пожелав ей удачи, они поспешили к прилавкам со сладостями, смеясь и поддразнивая друг друга, как отец с дочерью, которые без ума друг от друга. Видя их вдвоем, Дора почувствовала, как что-то сжало ей сердце, какое-то томление, которое, она знала, могло быть опасным. Несмотря на ее сопротивление, Фреду почти удалось стать членом их семьи, а как это произошло, она не имела ни малейшего понятия.

— Эй, Дора, ты собираешься скакать сегодня или будешь, как лунатик, бродить за Фредом Норманом весь вечер? — окрикнул ее Рон Вильямс, и в его карих глазах мелькнул хитрый огонек. — Нечего терять время, если ты собираешься как следует разогреть свою кобылку.

Очнувшись, Дора, к своему ужасу, обнаружила, что все ковбои вокруг весело ухмыляются. Горячая краска бросилась ей в лицо. Надо, пообещала она себе, серьезно поговорить с распорядителем, как только представится возможность. Но сейчас не до того — впереди скачка.

— Собираюсь, — ответила она, вздернув подбородок. — Не беспокойся.

Сегодня она выиграла. Но это родео было двухдневным. Небольшой ежедневный приз присуждался тем, кто имел лучшие результаты в каждом виде программы; потом, по окончании родео, тот, кто показывал лучший средний результат по итогам двух дней, выигрывал «Гран-при» в определенном виде программы. Ковбои вроде Фреда, которых сбросила лошадь или не получившие очков по какой-нибудь другой причине и таким образом выбывшие из борьбы за «Гран-при», имели шанс выиграть что-то во второй день.