Я - хищная. Пророчица
Шрифт:
Шок сменялся осознанием горькой правды. Я – часть целого, пока жива. Если умру, в племени этого даже не заметят, потому что есть Каролина. Ей перейдут мои видения и мое проклятие. Если только...
Я инстинктивно покачала головой, отгоняя параноидальные мысли.
Нет, это неправда! Я не умру!
Глеб взял меня за руку. Как просто он всегда умел успокоить, будь то рукопожатие или слово, или ироничная реплика. Я вынырнула из мыслей, возвращаясь в реальность. Все мы в опасности и можем умереть. Просто у меня на этот случай есть запасной вариант. Эта фраза отдавала цинизмом, но, по сути, так и было. Каролина – всего лишь замена. На всякий случай.
Влад еще что-то говорил, но я больше не слушала. Сжала прохладную ладонь Глеба, пытаясь расслабиться и прийти в себя. Выходило плохо.
– Каролина устала. – Обрывок разговора вернул в реальность. Никто не смотрел на меня, и я облегченно выдохнула. Не хочу внимания сейчас. Нужно все хорошо обдумать в спокойной обстановке, возможно, посоветоваться с Глебом.
Оля подошла к Каролине и увлекла за собой. Скоро деторожденная обустроится и будет ежедневно напоминать мне о возможной гибели. Замечательно просто!
Остальные тоже засуетились, поднимаясь с мест, что-то активно обсуждая, а я замерла на низком диванчике в мягком свете античного бра.
«Умрешь», – повторяющимся эхом звучало в голове.
Очнулась я оттого, что Глеб настойчиво тянул за руку.
Выйти отсюда! Да, непременно. Стоять на балкончике, пока не замерзнем, курить и болтать ни о чем. Забыть мерзкое ощущение неотвратимости, беды, близости мифической смерти. С чего я вообще взяла, что умру?
– Полина, задержись ненадолго.
Нет, только не это! Разговоров с Владом мой насыщенный информацией мозг просто не выдержит. Потом Лара будет неделю дуться и бросать в мою сторону испепеляющие взгляды. Я его уже сейчас чувствую в районе лопаток. Но Лара вышла из кабинета, словно ничего и не произошло. Ну да, это она только со мной колючая.
Глеб постоял немного в замешательстве, глядя в пол, затем тоже вышел.
Мы с Владом остались вдвоем. Тишина упала резко, оглушая, заставляя ежиться от неприятных мурашек. Больше между нами ничего не было – только тишина и пространство нескольких метров.
– Выглядишь напуганной, – сказал Влад, приняв обычную полурасслабленную позу. Ту, которой я всегда восхищалась.
Я пожала плечами.
– Нет, просто... Эта девушка и я... Все так неожиданно... – Вздохнула, подняла на него глаза. Говорю, как всегда, не то. Влад знает больше о жизни атли, он ответит, просто нужно спросить. – Я скоро умру?
После вопроса тишина показалась еще более зловещей. Каждая секунда его молчания приближала к осознанию положительного ответа. Тик-так. Большие старинные часы в углу не сбивались с ритма, им было плевать на чью-то смерть. Она просто отмеряли время.
Влад отвел глаза, и в груди у меня что-то оборвалось. Ком, застрявший в горле, провалился вниз и болью отозвался в легких. Влад молчал, а это значит...
А потом он подошел. В несколько шагов преодолел расстояние между нами. Крепко схватил за плечи, заставляя смотреть в лицо. Да-да, успокой меня, наори, а то у меня сейчас истерика начнется! Надо подумать. Надо куда-то пойти, что-то сделать. Не стоять тут, как истукан. Двигаться. Надо...
– Глупости! – произнес он уверено. – Ты не умрешь.
Затем его взгляд изменился. Словно что-то треснуло – невидимая стеклянная стена между нами, искажающая мимику, осыпалась, и я увидела его истинные эмоции. Нежность. Тревогу. Желание защитить.
Сердце трепыхнулось и пустилось галопом. Тот злосчастный ком снова поднялся к горлу, не давая дышать. Даже часы, казалось, больше не тикали – остановили время.
Влад пригладил мои волосы, провел ладонью по щеке.
Нет-нет, не надо! Что же ты делаешь? Это все проклятие, а ты ему потакаешь.
– Я не позволю, слышишь...
Хриплый шепот был последней каплей.
Все баррикады, что я строила, рухнули. Ничего не стало. Только его руки – обнимают, гладят, путаются в волосах. Я захлебывалась поцелуем, тонула, изредка выныривая, чтобы вдохнуть, и вновь погружалась на дно. Время стало вязким, постепенно застывая, впечатывая этот миг, как в янтарь, в будущие, ни с чем несравнимые воспоминания.
Я не знаю, как нашла в себе силы остановиться. Оттолкнула Влада, отступила на шаг. В ушах шумело, голова кружилась и отказывалась соображать. Черт, да на нем надо табличку вешать: «Предупреждение для пророчиц: ближе, чем на три метра не подходить!».
– Что? – Влад казался удивленным и слегка обиженным.
– Ничего. Я так не могу.
Отвернулась, стараясь привести в норму дыхание.
– Не можешь как?
Черт, он что, серьезно?! Неужели я должна объяснять? По-моему, тут и дураку понятно: у него есть девушка, а я... просто я.
Но Влад ждал ответа, не сводя с меня взгляда. Я изо всех сил старалась изобразить безразличие. Скорее всего, это смотрелось комично – никогда не умела играть.
– Лара ждет наверху.
– Причем тут Лара? – раздраженно выдохнул он, будто я сказала самую большую чушь в мире. – Я хочу тебя, ты хочешь меня. Зачем все усложнять?
– Хочешь меня, а любишь ее? – обиженно спросила я. – Как-то странно, не находишь?
Он всегда реагирует непредсказуемо, иногда сложно предугадать, что сделает или скажет в следующий момент. Вот и сейчас Влад просто рассмеялся, откидывая голову назад, что, несомненно, ему шло. Ему все шло. Иногда казалось, что это мой мозг, считывая визуальную информацию, интерпретирует все по-своему, придавая облику Влада особый шарм.
Он посмотрел на меня, как на ребенка, и спросил:
– Кто сказал, что я ее люблю?
– Ну, ты с ней... долго.
Я смутилась. Какое я вообще имею право лезть? Это их жизнь, их проблемы и их отношения. Стоп! Он ведь только что целовал меня, а потом наглым образом предлагал секс.
– Вовсе нет. Она подходит мне, вот и все.
Я криво улыбнулась. Мне его не понять. Никогда. Просто подходит... Как можно ложиться в постель с тем, кто просто подходит?
– Все равно ты не должен ее обижать.
– Я ее не обижаю. Лара – взрослая девочка, и все понимает.
– Этим ты обижаешь меня! Я не буду делить своего мужчину. Никогда.