Чтение онлайн

Врать – себе, ему, всем...

Зачем? Есть ли смысл?

Живя в постоянном напряжении, я уже разучилась просто улыбаться, расслабляться, радоваться мелочам.

Влад открыл дверь своей комнаты и втолкнул меня внутрь. Что ж, так даже лучше – будет кричать не при всех, а это уже значительный плюс для готовившейся давать отпор гордости.

Дверь громко захлопнулась, оставив позади пути к отступлению – маленький мостик, по которому я еще могла убежать. Бежать не хотелось.

– Влад, я...

– Молчи! – прошипел он.

Подошел близко – бог мой, как близко! Испуг, ярость, возбуждение – все смешалось, переплелось, срослось корнями. Откуда-то издалека слышалось мое прерывистое дыхание, растворяющееся в накалившемся от напряжения воздухе. На комоде размеренно тикали часы, заполняя тишину, мешая потеряться, утонуть...

Влад поднял руку, погладил по щеке, запустил руку в волосы – сначала нежно, затем жестко, почти грубо. Запрокинул мою голову назад.

Я закрыла глаза...

Врать не хотелось.

Правда, пусть и выраженная не словами – прикосновениями, вздохами, стонами – выплеснулась наружу фейерверком разноцветных искр. Я судорожно сжимала ткань скользящих простыней, тонула, выныривала, захлебывалась блаженством, снова тонула.

Дышала ванилью, и она, словно яд, лишала воли, сомнений, жизни. Меня. Растекалась по венам светом, волшебством...

Растворяясь в другом, всегда теряешь себя.

Важно? Нет, неважно!

Умелые руки, горячее дыхание в районе ключицы, обжигающий шепот. Я отвечала – неразборчиво, не задумываясь о значении произносимых слов. Словно невидимая пружина во мне, натянутая до предела, распрямилась, выстрелила, и что-то высвободилось – дикое, чарующее, восхитительное.

Оно медленно оседало на подушки, в то время как я пыталась прийти в себя, нащупать ниточку реальности и по ней выйти из лабиринта внезапной близости. Желанной и запретной.

– Ты хоть понимаешь, как я испугался?

Рука прошлась по волосам, захватила прядь, скользнула по шее, рождая мурашки. Так приятно – его тревога, забота, желание. Словно я преодолела последние несколько лет и вернулась в прошлое – наше прошлое, до предательства.

– Я не хотела никого пугать. Сама испугалась... Даже не знаю, почему сбежала. Пришла к Вике. Так вымоталась, что сразу уснула. Я же не знала, что она тебе соврет.

– Только не говори, что она не предвзята! – проворчал Влад, приподнимая мой подбородок. – Ты ужасно себя вела. Надеюсь, понимаешь это?

– Извини.

– Охотник вернется, Полина.

Я потупилась, и он вздохнул. Взял мою руку, развернул ладонью вверх и несколько секунд внимательно рассматривал.

– Ты удивила меня вчера, – сказал задумчиво.

– Я и сама удивилась. Не поняла, что произошло.

Постепенно тишина возвращалась. Разбавленная тиканьем часов, окутывала умиротворением и спокойствием. Возникло ощущение, что все правильно. Так, как должно быть. Наверняка это чувство вызывалось проклятием, но мне было плевать. Рано или поздно устаешь сопротивляться и просто принимаешь данность.

Удивительные сюрпризы преподносит судьба. Я ведь шла домой на казнь, а попала в блаженство. Захотелось остановить время, хотя бы замедлить, наложить магическое заклинание на дверь, чтобы никто не смог войти и разрушить эту идиллию. Я поймала себя на том, что улыбаюсь. Той самой глупой улыбкой школьниц – наивной и смешной.

Подумала об охотнике, вернее, о его лучшем друге. Сразу вспомнился Лёня и его пустые глаза, неразборчивое бормотание.

Навсегда... Как же это несправедливо!

– О чем думаешь? – тихо спросил Влад.

– А ты разве не можешь... знать? – вырвалось у меня.

Я тут же прокляла свой язык. Так хотелось не нарушать идиллию, забыть обо всем плохом, но я, как всегда, все испортила.

– Что ты имеешь в виду?

Голос Влада был спокойным и излучал благодушие. Не хотелось отвечать, но раз начала...

– Нали. Седьмого, – сказала и застыла.

«Тик-так, – откликнулись часы. И снова: – Тик-так».

– Я прогнал седьмого, Полина. Еще в хельзе.

– О...

Сердце забилось быстрее, в грудь закрался предательский холодок опасения. Нельзя прятаться от правды, но мне снова захотелось. Правда могла оказаться страшной, неправильной и фатальной.

– Еще что-то хочешь спросить?

Хочу ли я спросить? Шутишь? Конечно, не хочу! Я вообще не хочу, чтобы это происходило с нами. Желаю, чтобы не было проклятия, жуткого прошлого, сомнений. Чтобы тебе не нужна была моя кровь, а я могла спокойно дышать без тебя.

Я покачала головой.

– Нет.

Влад улыбнулся, поцеловал меня в лоб и встал. Вот все и закончилось. Так быстро – я не успела даже осознать, принять, пропустить через себя. Что теперь будет с нами? Со мной?

– И что теперь? – осторожно спросила я.

Влад посмотрел в глаза, покачал головой. Слегка растрепавшаяся прическа удивительно ему шла, и мне захотелось прильнуть, прижаться и ни о чем не думать. Заснуть с ним, как раньше – в ореоле покоя и защищенности. Наверное, проклятие сильнее, если ему потакаешь.

– Ты все равно меня не слушаешь. – Он пожал плечами. – Слова не держишь. Восстанавливаться-то как планируешь?

– Я не буду пить ясновидцев! – нахмурилась я.

– Я так и думал.

Он оделся и вышел из комнаты, а я откинулась на подушки, вдохнула остывающий воздух с рассеивающимся ванильным шлейфом и закрыла глаза.

Что-то я совершенно запуталась...

И что теперь? Сделаем вид, что ничего не было?

Сначала мне, и правда, казалось, что ничего. Словно это было очередным видением, дымкой, туманом. Что я еще сплю у Вики и вот-вот проснусь. Нужно будет идти домой, объясняться с Владом, а его настоящая реакция на вчерашнее не будет такой положительной.

Пробуждения не произошло. Произошло столкновение с Глебом в коридоре. Он сомнительно взглянул на меня – как бы свысока и немного осуждающе.

– Что? – резко спросила я, поправляя волосы. Нужно было хотя бы в зеркало посмотреть. Хотя то, что я вышла из комнаты Влада спустя полчаса после того, как он сам ее покинул, очень красноречиво описывало ситуацию. Да у меня, наверное, на лбу написано все, и спрашивать не надо.

– Думал, он тебя прибьет, – мрачно ответил Глеб.

– Ну, он меня не прибил.