Чтение онлайн

Зачем?!

Отвечать Владу я не стала — отвернулась к окну и посмотрела на постепенно темнеющее небо — чистое, синее, с проступающими отверстиями звезд. Из отверстий лился свет, до нас не доставал, и мы оставались под холодными искусственными потоками фонарей. Проезжавшие мимо машины, выруливающие из парковки, окатывали нас порцией света своих фар.

Мне не хотелось света. Темнота намного уютнее, в ней незаметны эмоции, проступающие на лице. Те, которые совершенно не хотелось показывать, особенно Владу. Но они упрямо рвались наружу, выступали влагой на глазах, и приходилось часто моргать, чтобы не разреветься. Думать о несущественном. О не выстиранном белье. Недомытых чашках, оставшихся на кухне после визита Мирослава. О несбывшихся планах…

Ира! Нужно Ире позвонить, она же ждет, а я тут… сижу, с Владом. Что за наваждение вообще?! Нужно было ехать в Москву, не терять день. Я так и планировала, пока Гектор не явился. А теперь… А что теперь? Я ведь даже не знаю, что происходит.

Ира взяла трубку после первого гудка и сразу спросила:

— Ты в пути?

— Я не приеду сегодня, извини. — Покосилась на Влада и добавила: — Обстоятельства изменились.

— Все плохо? Если все плохо, приезжай немедленно! Крег говорит, он нашел выход.

— Серьезно? — оживилась я. Даже на кресле привстала и заерзала. — Какие-то шаманские штучки?

— Он тренировался и многое знает, — гордо ответила подруга. Гордиться своим мужчиной всегда приятно. И я, быть может, еще успею на последний автобус. Или уже завтра утром. Если Влад не соврал, и Гектор не навредит ему, это шанс. Шанс избавиться навсегда от разрушительного кена и…

И что? Спасти Эрика? Разве это не его вина? Разве Лидия не заслужила кусочка покоя?

Пока я размышляла, Влад бесцеремонно забрал у меня телефон и бросил короткое:

— Она со мной. — Около минуты просто слушал, а потом закончил стальным тоном: — Я сам.

И повесил трубку. А еще говорил, что с женой нашел общий язык! Злится ведь. Даже желваки на скулах ходят и взгляд ледяной.

— Такту ты так и не научился, — саркастично заметила я.

— Зато я могу тебе помочь, — бесстрастно парировал он.

— Крег тоже может.

— То есть ему ты доверяешь больше, чем мне?

— Я любому прохожему доверяю больше, чем тебе, уж извини, — нахмурилась я.

— Поля… — Его голос смягчился, рука легла мне на плечо. Осторожно так, будто боясь спугнуть, будто я могу открыть дверцу, выскочить на улицу и бежать без оглядки. Бежать я не собиралась. Некуда было, да и устала. Насыщенный день, испуг, недоумение. Попытки что-то понять. С Владом всегда так. Он никогда не объясняет, только действует, и от этого чувствуешь себя марионеткой. — Я правда хочу помочь. И могу.

— Как? — прямо спросила я, снова повернулась к нему и сложила руки на груди. — Как конкретно ты можешь помочь?

— Так, как Барт помог мне, — ответил он, и я открыла рот от удивления. Барт помог ему? Как? И главное, зачем? Он же не сольвейг, он же просто…

Я собиралась сказать что-то колкое. Что-то в духе наших обычных перепалок. Но внезапно задняя дверца машины открылась, и внутрь просунулось улыбающееся лицо Дэна.

— Хай, — поздоровался он, будто не было ничего удивительного, что мы все встретились здесь при таких обстоятельствах. Затем повернулся к Владу и указал на тележку из супермаркета, на которой большой грудой были свалены спальные мешки, рюкзаки, набитые всякой всячиной, мотки веревок, упаковка туалетной бумаги и еще много дребедени: — Может, поможешь?

Я ждала, пока они сгрузят купленную Дэном утварь в багажник. С неба злобно скалилась налитая ядом полная луна. Холодно светили звезды. Весь мир, казалось, стал враждебным, злым. Так и норовил уколоть. И я с ужасом поняла, что на кожаном сиденье, спрятавшаяся за тонированным стеклом от посторонних взглядов, я начинаю себя жалеть…

Все, что жизнь отмеряла мне — капельку счастья, растворенную в банке страданий. И банка эта настолько переполнилась, что готова была выплеснуться на окружающих. Я понимала, что быть рядом с любимым — еще не все. В мире есть много того, ради чего стоит жить. Сын. Племя. Друзья. Сила. Та, что бурлила в жиле, лилась по венам, смертоносный кен, делающий меня особенной. Таким, как я, не принято себя жалеть. А я жалела.

Хотелось тепла. Того, что было и которое просыпалось песком сквозь пальцы. Пролилось дождевой водой и впиталось в землю. От которого остались лишь воспоминания. Легкий карамельный шлейф. И в завершение — холодный, чужой взгляд.

Мне не было больно, больше нет. Но на несколько минут, пока мужчины отвлеклись на покупки, я расклеилась. Смотрела в окно на ощетинившийся мир и не понимала, зачем он нужен мне.

А потом Влад с Дэном сели в машину, и жалость пришлось прогнать. Она ушла сама, клубясь невидимым туманом над головой и возмущаясь, что я посмела от нее отказаться. А зачем просочилась в щель слегка опущенного стекла, уступая место прохладному и свежему воздуху.

— Попалась-таки? — сочувственно спросил Дэн, и я кивнула.

Мы тронулись. И уже почти в конце пути я поняла, куда мы едем. Источник атли. Место, подарившее мне благословение и проклятие. Туда, где огромной черной глыбой пугал жертвенный камень, усыпанный трещинами и пропитанный кровью. Чужой. Моей. Где кен каждого атли буквально ощущался в воздухе.

Место, которое не выдают чужакам…

— Здесь безопасно, — сказал Влад глубоким, низким голосом, от которого почему-то дрогнули колени.

— Отлично, — словно не замечая напряжения, ответил Дэн и вышел из машины.

— Порядок? — спросил Влад теперь уже у меня.

Я кивнула. Повернуться к нему так и не смогла — смотрела на здание. Темная черепица, белые стены… Сила. Воздух наэлектризован. Искрится эмоциями — не выплеснутыми, яркими.

— Оставим машину здесь.

— Куда мы… — Я замолчала. Слова выдавливались с трудом, отчаянно прорываясь сквозь осипшее горло. Амулет Эрика приятно холодил кожу, но облегчения я не испытывала. Безопасность. Мнимая, как всегда.

— Эй… — Сильная рука притянула к себе, и я уткнулась носом в плечо. Сандал, мускус, ваниль. И неизвестные мне, новые нотки, которые я не могла определить.

Все меняются, и Влад тоже. Наверное… Хотелось бы верить, что жизнь не стоит на месте, а там, впереди ждет свет и радость. Не только меня.

— Все будет хорошо.

Простая фраза. Банальная. Он редко такие говорит. Но от этих слов в груди разлилось тепло, а глаза снова защипало слезами. Жалость вернулась, скопилась за стеклом и ласково просилась внутрь. Не пускай ее, только не пускай! Если поддамся, останусь на месте. Увязну в ее вязком тумане, словно в болоте. И никогда не выберусь. Никогда…