Чтение онлайн

–  Роджер, мэтр.

–  Феликс.

–  Здесь.

–  "Карусель" наша?

–  Ай, мэтр.

–  С капитаном Койном связь мне сюда.

–  Кабель?

–  Нет. "Чернякова-В" в контур станции не заводить. НРС. А питание возьми местное.

–  Недостаточное, мэтр!

–  Звездолёт. В. Контур. Станции. Не. Заводить.

–  Простите, мэтр, ай cap it. Выполняю. Питание местное. Через десять минут, мэтр.

–  Вы её убили, - произнёс Шкаб.

–  Что? Так точно. Не сдержался. Не извиняюсь. Кстати, Ошевэ, садитесь за пятый терминал и верните "Нелюбова" на станцию. Хоть вы-то словите свой шанс. Не маленький ведь.

–  А иначе что?
– спросил Шкаб.

–  Иначе я сейчас прикажу вернуть вахтенных сюда и расстреляю их. Мне некогда.

Шкаб молча направился к пятому терминалу. Землянин, занимавший кресло перед ним, поднялся, предупредительно подняв подлокотник, чтобы Шкаб удобнее и быстрее сел.

2. Орбита Эдема (Четвёртой ЕН53-55),

борт ИТМ "Нелюбов" - DTL "ОРБИТЕР-04/02"

"Нелюбов" брюхом к звёздам стоял в зените района ЭТАЦ. Створки грузового отсека были распахнуты. Два прожектора вытесняли из него тень. Восьмитонный конусообразный DTL был принят на RMS и фиксирован в спецнасадке к манипулятору, представляющей собой мобильный гермоадаптер: спутник отчитался крайний раз очень неубедительно, и руководитель миссии Роман Володница решил наддувать отсек контроля спутника, работать без скафандра. От шлюза 2С "Нелюбова" к адаптеру протянулась нежёсткая переходная камера ASC. Во-лодница в лёгком комбе проник сквозь неё в спутник и торчал в колодцеобразном отсеке контроля третий час безвылазно. Чек затягивался, главным образом, потому, что обнаруженный сбой НРС-ctrl-комплекса спутника был удивителен и неописан в литературе. Когда Володница впрямую, с кабеля, вскрыл полётный журнал - генеральный лог калькулятора НРС-ком-плекса оказался абсолютно не похож на контрольный, снятый телеметрически, - что само по себе было загадочно. Далее лог утверждал, что прошлой ночью DTL принял из надримана некий информационный массив, каковой, просуществовав в оперативной памяти две секунды, решительно отказался перевестись на кристалл и самоуничтожился, повредив операционную среду в нескольких местах и оставив после себя смутное и неприятное впечатление, что команду на самоуничтожение сам себе и выдал. Невозможно также было выяснить адрес, с коего массив зашёл в калькулятор. И вся эта история отображалась неточно, зыбко, обрывками, засевшими в несколько раз уже обновившейся оперативной памяти. А затем, значит, кусок отчёта был сформирован заново и, фальсифицированный, отослан на Птицу в очередном часовом брейке. Подобным же образом сбоило и днём - в четырнадцать (восемь минут сбоя) и буквально во время стыковки "Нелюбова" со спутником. И опять что-то писало в отчёт на отсылку враньё. Как будто калькулятор ожил, научился врать и развлекается! Разумеется, чушь. Любопытнейшая ситуация. Если б не нарушение режима контроля района ЧП… Всякие так мысли в голову придут. Не Славочка ли Боборс, колбу его, опять тренируется, девственник безумный, где нельзя?

Птица была за связью. Впрочем, главный специалист уже был на месте - сам Володница. Кое-что соображал в сопера-торстве пилот Валехов, но переговоры с ним свелись к оканью, эканью и безбрежному удивлению дуэтом.

Однако удивление было контрпродуктивно. Володница сделал зеркало отказа, сбросил его к себе на модуль - поразмыслить дома - и, перегрузив систему, принялся её отстраивать.

Космачи Линёв и Фаг, старые младые, поскольку манипулятор был занят, вышли наружу в установках автономного перемещения, имея задачей подсоединить магистрали для дозаправки спутника рабочим телом и производить прямой контроль передавливания до зелёного. Дел было много, спутник работал на MD, и не копаться - старались. Все возможные функции контроля района ЧП временно взял на себя "Нелюбов".

Над районом ЧП стояла тяжёлейшая облачность, фотометрию исключая. Сканерная консоль DTL администрировалась только с родной БВС, так что сканера перевели в "стоп". Поставили на активный приём радиосвязь каналов Нюмуцце и Скариус, вывели в громкую. Приняли и поставили на запись непрерывную, "секунда-через-секунду" панораму с внешних камер "пятидесятого".

(Как позже можно было из любопытства выяснить - при передаче функций слежения от спутника на шаттл флажки выставились в схеме "по умолчанию" - видео и аудио с полутанка шли в память без анализа движения и акустики, и громкий сигнал ВНИМАНИЕ не прозвучал. Вокруг полутанка в кадре и под микрофонами почти час бродила хана - и на "Нелюбове" ничего не заметили. Справедливости ради - пилот Валехов просто физически не мог разорваться и осуществлять контроль каналов полутанка впрямую - телестанция находилась в радиорубке, за два люка от первого поста).

Пилот Валехов неотрывно сидел за первым постом, сопровождая с рук и вис комплекса "Нелюбов" - DTL и отрабатывая диспетчером выход Линёва и Фага. Ему даже в гальюн некогда было отлучиться. Ресурса двигателей коррекции жалели, а юстировка установки ГКФ в условиях активного перераспределения масс в нежёстко состыкованном комплексе - штука нервная, особенно, когда знаешь, что через несколько часов всё обратно переделывать, и благо что только для спутника. Сидел Вадим "Кросс" Валехов в распашонке и АСИУ, работал, потел, маленькими глоточками дотягивал чрез трубку кофе из опавшей груши. Рук едва хватало. Когда за два метра от него занялась огнями и загудела органом вызова стойка НРС, Валехов очень сильно рассердился. Обычный вызов. Не MD, подождут.

–  Что там, Кросс?
– спросил его Володница через минуту.

–  Город.

–  Что тебе, рук не оторвать?

–  Никак. Подождут, Роман, не эм-дэ.

–  Ты прав. Но всё же выбери время.

–  Что там у вас?
– через пять минут спросил Филлип Фаг, по прозвищу ЛитР.
– Утомительно очень.

–  Да Город же, (…)!
– объяснил Валехов, которому как раз вот сейчас некогда было глаза протереть от пота, свисающего с лица.
– Ну что за выеденные яйца, ну вы объясните мне!

–  Надо ответить, - глубокомысленно сказал Володница.

–  Скоро привыкнем, - сказал Валехов ещё более глубокомысленно.

–  Никогда ты не станешь серьёзом, - заметил Володница.

–  Зато я честно выполняю свои обязанности, - возразил Валехов.
– Меня это вполне… ты-ты-ты… тихо, тихо, барабан… приносит мне законное удовлетворение.

–  Кросс, да брось ты там в пульт чем-нибудь!
– взмолился через десять минут Линёв.
– У меня громкость не регулируется, усилитель отказный!

–  Чем бросить-то?
– спросил Валехов.
– Три минуты потерпи. Сейчас я цикл доведу и отвечу.

–  Брось собой, а?

–  Через три минуты. Всем телом брошусь. Или, Роман, давай я двигатели зажгу. Тогда проще. Брошусь немедленно.

–  Три минуты - нормально, - решил Володница.

–  Уже меньше, - сказал Фаг.
– Или ты опять усреднил?

–  Немного, ЛитР, - сказал Валехов.
– Так, плюс или минус.

–  Бесконечность… - громко пробормотал Линёв.

–  Рома, тогда пусть он двигатели пускает.

–  Я хочу, чтобы на капремонт шаттл стал с резервом ресурса.

–  Ты настоящий Шкаб!
– с уважением сказал Линёв.
– А я должен расплачиваться.

–  Разве это я нас вызываю?
– спросил Володница хладнокровно.
– Разве это я не переключил НРС на автоотклик? Не ты ли, друг мой, этого не сделал? Не эм-дэ. Подождут. Мы тут не баклуши сбиваем с деревьев.

Через двадцать минут Фаг сказал:

–  Всё, я всё бросаю и иду отвечать.

–  А у тебя много ещё?
– спросил Валехов с интересом.

–  А какая разница? Ещё чуть-чуть, и я всплыву, как дохлая рыбка.

Недавно на Птице посмотрели фильм, где был аквариум с дохлыми рыбками.

–  Ну я почти закончил, Фил.

–  За это твоё "почти" я плюну в тебя дважды - в фас, а потом в профиль.

–  Ну я ужИ закончил, космачи! Натурально. Висим, братва! Шесть часов у нас в гиро!

Сигнал продолжал надрываться.

–  Да (…), Кросс!

–  Кросс!

–  Пилот Валехов, ответьте первому миссии!

–  Я в гальюне!
– прокричал Валехов издалека.
– Минуточку! По-маленькому! Минуточку!

–  Всё, я возвращаюсь на шаттл… - сказал Фаг с отчаяньем.

С облегчением отдуваясь, Вадим "Кросс" Валехов повернул клапан сброса отходов, закрыл АСУ, выбрался из туалета и полетел обратно в рубку. Он был в метре от оборавшегося НРС-ctrl, когда стойка вдруг погасла.

–  Оп-са!
– сказал, изумившись, Валехов. Он принялся в поручень на морде стойки.
– Рома, они отчаялись. Вызвать в отместку?

–  Кросс, да… - начал было Володница, но тут по громкой раздался предупреждающий сигнал радиостанции "Нелюбо-ва", на авто стоявшей.