Чтение онлайн

Наконец мы нашли Сэмми, маленького черного котика с белым галстучком. Он сидел в клетке один, а как только нас увидел, подбежал к решетке и замяукал. Мы спросили у служительницы, можно ли достать котенка, чтобы поближе с ним познакомиться, и она вынесла его в соседнюю комнату, где было не так шумно. Малыш тут же влез ко мне на руки и уткнулся головкой в мой подбородок, чем окончательно меня покорил.

На тот момент Сэмми не было и восьми недель, нам пришлось подождать еще десять дней, прежде чем его можно было забрать. Когда мы наконец-то привезли котенка домой, он очень быстро со всеми подружился. Дети просто обожают Сэмми, да и муж, который, вообще-то, не большой любитель кошек, тоже к нему привязался. Конечно, котик наш общий, семейный, но в глубине души я считаю его прежде всего своим.

Я не планировала заводить кошку, все произошло случайно: люди, которые жили через дорогу от нас, переехали и оставили в своем доме черненького котенка-девочку. Бедняжке было никак не больше трех месяцев, и она показалась мне самым симпатичным зверьком на свете. Не представляю себе, как можно было бросить такую кроху на произвол судьбы!

Я приютила кошечку и назвала ее Мисси. Мне кажется, это имя ей идет, ведь она такая своенравная маленькая леди! Правда, когда я взяла ее к себе, она была совсем слабенькая, и ей потребовался месяц, чтобы привыкнуть к нам и нашему дому. Ну а потом Мисси повеселела, стала очень даже резвой.

Однажды с нашей питомицей приключилась беда: она что-то не то съела и сильно отравилась. Мы показали больную ветеринару, но он всего лишь посоветовал отвезти ее домой, держать в тепле и комфорте и давать только воду – никакой еды! Я целую ночь не спала: молилась, чтобы Мисси выздоровела. Мои мольбы были услышаны, и наутро кошечка выглядела немного получше. Я оставила ее спать на одеяльце, а сама пошла на работу. Когда я вернулась, Мисси была почти в полном порядке и принялась сердито требовать ужин. Как только я опустила на пол миску с кормом, моя оголодавшая любимица съела все подчистую, даже не переводя дыхания.

С тех пор она больше не приносит домой пойманных ею грызунов, хотя за птичками гоняется по-прежнему. Может, в тот злополучный день наша охотница закусила отравленной мышью или крысой и поэтому заболела? Если так, то теперь она поступает очень умно, отказываясь от таких «деликатесов».

Примерно в 1990 году я взял в приюте кота, черного с белым пятнышком на макушке, и назвал его Сути. Тогда ему было месяцев шесть. Казалось бы, я создал для него все условия, но он то и дело жалобно мяукал, как делают кошки, когда зовут друг друга. Поэтому через пару месяцев я решил добыть ему сестричку (в приюте мне посоветовали взять именно кошечку, а не кота, потому что два самца могут не ужиться). Так у нас появилась молоденькая черненькая красавица Лили. Они с Сути очень подружились: целыми днями играли в догонялки, или один из них прятался за дверью и неожиданно прыгал на другого, когда тот проходил мимо. Мы прожили втроем четыре счастливых года, а потом мне предложили работу в Париже. Это означало, что я должен был надолго уехать во Францию, а взять с собой кошек, конечно же, не мог.

У моих родителей большой дом с огромным участком земли, и они очень любят животных, поэтому я спросил, не заберут ли они Лили и Сути к себе. У мамы с отцом уже была старая бирманская кошка Квини, но они согласились. Новоселам понравился сад, и, как сказали мне родители, большую часть дня мои любимцы проводили, гоняясь за мухами, пчелами и бабочками. Правда, Квини поначалу рассердилась, что на ее территорию вторглась какая-то наглая молодежь, и хотя по размеру старушка была гораздо меньше, чем Лили и Сути, она не боялась за себя постоять, если кто-нибудь из них ей досаждал: шипела и давала лапой по морде. В итоге бывшие мои питомцы ее зауважали, и все трое прожили следующие десять лет в мире и согласии: в солнечную погоду играли вместе в саду, а в дождь дремали рядышком в доме.

Квини умерла во сне, когда ей было восемнадцать лет. Родители нашли ее на кухне. Лили и Сути сидели по обе стороны от своей старшей подруги. Ее смерть их очень огорчила: несколько дней они ходили тихие и грустные, предпочитая сидеть в тех уголках, где раньше проводили время с Квини. Наконец родители решили их порадовать и взяли им из приюта новую приятельницу – сварливую старую кошку черепахового окраса. Увидев Лили и Сути, она пришла в ярость, и прежний порядок был восстановлен.

Я спасла своего кота Томаса от смерти. Раньше у бедняги не было хозяев, и он постоянно вертелся на ферме моей старой знакомой. Как моя подруга ни пыталась его отвадить, он приходил снова и снова, и наконец она стала подумывать о том, чтобы усыпить назойливого гостя. Я очень люблю животных и не могла этого допустить. Пришлось мне завернуть бродягу – ужасно тощего, грязного, блохастого – в полотенце и отнести к себе домой. Оказалось, что лучшего маленького друга мне и не найти: несмотря на то что долгое время Томас был бездомным, он никогда не шипел, не кусался и не царапался. Это самое ласковое животное из всех, что у меня когда-либо жили.

Как-то раз мы с мужем возвращались домой на машине в сильный снегопад и увидели на обочине какой-то крупный белый предмет. Сначала мы подумали, что это сугроб, но поскольку на нем было красное пятнышко и он шевелился, мы остановились и вышли.

Оказалось, что это большой белый кот. Одна задняя лапа у него была в крови и, видимо, очень болела. Конечно, оставить беднягу мучиться на дороге мы не могли, поэтому осторожно взяли его и отнесли в машину. Из дома позвонили нашему старшему сыну Джо, который по профессии ветеринар, и он обещал к нам заглянуть. А тем временем мы сами осмотрели пострадавшего повнимательнее: он, очевидно, долго жил на улице, и вид у него был очень потрепанный, белая шерсть свалялась.

Минут через двадцать приехал Джо. Мы уложили кота на кухонный стол, подстелив полотенце, и сын сказал, что лапка сломана, а кроме того, животное истощено. Он сделал пациенту обезболивающий укол, потом вправил ногу и наложил гипс. Джо сказал, что кот проснется через полчаса, и оставил нам антибиотики, которые нужно было давать больному для профилактики инфекции. Мы с мужем решили, что, когда бедняга поправится, отвезем его в приют.

Проснувшись, наш гость замяукал. Я подумала, он кричит от боли, но муж предложил покормить кота, и мы дали раненому банку сардин и блюдце молока. Все это он проглотил в одну секунду, после чего успокоился: осторожно, чтобы не повредить сломанную лапу, свернулся калачиком и опять уснул.

На следующее утро, как только я пришла на кухню, больной принялся вопить, как накануне вечером. На этот раз я предложила ему несколько ломтиков ветчины и воду. Угощение снова имело такой успех, будто бедолага не ел несколько дней. Когда кот позавтракал, я погладила его и поняла, что уже привыкла к нему и ни в какой приют он не поедет. Я назвала нового питомца Сноубол [37] , потому что он белый и нашли мы его во время снегопада. Котик сразу же признал меня своей хозяйкой: позволил себя расчесать и пощекотать за ушками. Мне показалось, что ухаживать за ним легко и приятно, хотя раньше у меня никогда не было кошек.

С тех пор прошло десять лет. Теперь Сноубол старый и мудрый. У него есть любимое кресло, на спинке которого он сидит и смотрит на птичек за окном. Мне кажется, без этого кота наш дом был бы пустым.

Моя Джинни такая очаровательная кошечка! Мы взяли ее в приюте, и первое время она даже не позволяла брать себя на руки. Но я терпеливо ждала, когда бедняжка ко мне привыкнет, и наконец она помягчела. Правда, фамильярностей Джинни по-прежнему не любит и на коленках у меня никогда не сидит, зато с удовольствием устраивается рядышком на диване. Когда к нам кто-нибудь приходит, она сначала прячется, но потом все-таки выходит поздороваться.