Чтение онлайн

Его ноздри гневно раздулись.

– Что с то... Где эта падаль?
– он вылетел из машины, но едва приблизившись, выдохнул сквозь зубы: - Еб твою... Марион, ты... у тебя...

– Калеб, пожалуйста, давай уедем отсюда, - я схватила его за руку, но он вырвал ее.

– Кто это сделал? Где он?!

– Ничего! Мне ничего не сделали, - кричала в ответ.
– Прошу, поехали!

– Не ври мне! От тебя за версту альфой разит! Все платье в крови!
– взбешенно рычал Калеб, сверкая пожелтевшими от ярости глазами.
– Он в этом доме? Этот урод там?!

Даже смотреть в ту сторону не хочу.

– Нет! Успокойся. Это не кровь. Всего лишь пятно, а платье... Это всего лишь недоразумение...

– Мари...

– Калеб, умоляю, - я поймала себя на мысли, что впервые в жизни была готова встать перед кем-то на колени.
– Давай уедем. Пожалуйста!

Из носа опять потекло, и я быстро приложила пальцы, останавливая кровь. Калеб смолк.

Не знаю, насколько сложно далось ему это решение, но спустя длительную паузу, в течение которой он взглядом буквально выжигал из меня душу, брат все же произнес:

– В машину.

Я буквально запрыгнула на переднее сидение.

– Блокаторы в бардачке, - он сел за руль, мрачно покосившись на меня.

Я достала упаковку со шприцами и ампулами. Долго вертела ее в руках и гипнотизировала взглядом, прежде чем призналась:

– Я не знаю... как.

– Давай сюда.

Калеб сгреб пакет к себе на колени. Снял колпачок и наполнил шприц, спрыснув первые капли.

– Поверни голову.

Я гулко сглотнула, прикрыв веки, когда почувствовала, как холодная игла обожгла тонкую кожу на шее. По телу тут же прошло мелкое покалывание. Так и должно быть?

– Всё?

Калеб не ответил. Просто выкинул использованный шприц и завел машину.

Мои глаза начали сонливо слипаться, а тело, наконец, отпустил все это время мучавший его приливами жар и напряжение, к которым я уже даже немного привыкла.

Как же хорошо не чувствовать это. Так спокойно.

– Это пиздец какой дорогой район, - начал Калеб, выезжая на главную дорогу.
– Что ни дом, так особняк какого-нибудь богатенького буратино. Что ты там забыла?

– Там собирались мои одноклассники, чтобы отпраздновать окончание учебы. Вот и всё.

Он осклабился.

– Угу. А где же в это время был твой... парень?

Я подобралась. Спать резко расхотелось.

– Какая разница?

– Марион, если я узнаю...
– шумно выдохнул он воздух сквозь стиснутые зубы.
– Если я только узнаю, что ты... спишь с кем-то за деньги...

– Боже, - перебила я.
– Как же мне противно от тебя! По себе людей не судят! Как ты вообще мог подумать, что я могла опуститься до подобной мерзости?

– Пф. Знаешь, сколько на свете престарелых извращенцев с набитым кошельком, которые только и мечтают, что засадить таким сопливым малолеткам, как ты? Даже представить себе не можешь. И что еще я мог подумать? Ты выбежала оттуда в разорванном, мать его, платье! Плакала, блять!

– Я же сказала, это недоразумение!

– Да, конечно!

– Ой, всё!
– сквозь отражение в зеркале заднего вида мне на глаза попалась какая-то темная шмотка, лежащая на заднем сидении. Прикроюсь хоть.

Однако только достав ее оттуда и и сделав вдох полной грудью, поняла, что это. Чье.

Толстовка Кевина с того самого вечера около автосервиса.

Я так и не отдала ее тогда.

Запах, что пропитал ткань, засвербел в носу. Закружил голову так сильно, что меня повело.

Глаза запекло от подступающих слез. Ком в горле не давал сглотнуть. Господи. Почему так больно?

– Что это?
– покосился на меня Калеб и вдруг нахмурился.
– Это...

Машина вдруг вильнула в сторону, чуть не выехав на встречную полосу.

– Что творишь!

– Чья она?!
– его нехило затрясло.
– Чья?!

– О чем ты?

– Чья, блять, это кофта? Откуда она у тебя?!

Мои брови дернулись наверх.

– Ты нормальный? Смотри на дорогу, черт возьми!

– Это шмотка Мора, Марион! Того самого Мора! На ней его блядский запах! Я ни с чем его не спутаю!
– глаза Калеба наполнились животным страхом, будто за ним гналась стая бешеных собак. Он даже обернулся и втопил газ в пол. Скорость старушки была на пределе.
– Откуда ты ее взяла?

– Ты реально больной! Останови машину или мы разобьемся!

– Откуда ты ее стащила, глупая идиотка?!

– Он сам мне ее дал!
– огрызнулась, не подумав. Черт.

Калеб заторможенно моргнул.

– В том доме был... он? Это он с тобой сделал?.. Черт. На тебе не его запах.

– Боже. Нет!
– я закрыла лицо руками.
– Он тут вообще не при чем...

– А кто?!
– зашелся в рычании брат.
– Ты молчишь! Он догадался... Догадался, что это я... Решил мне мстить через тебя, меня достать... Подослал своих уебков и...

– Калеб, ты совсем двинулся! Всё совсем не так!

– Говоришь так, будто защищаешь его!

– Потому что ты несешь полную чушь! Останови машину и продышись!

– Если он сказал тебе молчать о том, что там произошло, то..
– он замолк.

Дернув головой, я взглядом зацепилась за боковое зеркало. В отражение увидела лесную полосу, пики крыш и... столб серого дыма. Аккурат над крышей стремительно отдаляющегося от нас дома Ротенберга.

Я сглотнула.

Что там происходит?

– Это... пожар?

– Пиздец.

Лицо брата, смотрящего в зеркало, стало неузнаваемым. Оно вмиг посерело.

Черт. Ему плохо?

Я облизнула пересохшие губы, во все глаза наблюдая за тем, как облако дыма становится больше.

– Господи...

Странный свет спереди отвлек меня, и я вернула взгляд на дорогу.

И заорала во весь голос:

– Калеб, верни руль вправо!
– мы все выехали на встречку.

Истошный вой клаксона, скрежет металла и визг тормозящих шин оглушил пространство. Меня по инерции вмяло в сидение, а затем в бок, прежде чем я перестала чувствовать свое тело и что-либо еще.

В тёмном коридоре раздались глухие шаги.